# Помоги, Господи, не унывать

Игумен Митрофан (Гудков)

Уныние – один из смертных грехов. Святые отцы считали его великой опасностью на пути ко спасению. Святитель Иоанн Златоуст пишет: «Уныние и непрестанная печаль могут сокрушить силу души христианина и довести ее до крайнего изнеможения». Эта духовная болезнь очень сильна и врачуется непрестанным пребыванием сердца верующего в Боге. В сборнике представлены поучения, проповеди, наставления святых отцов, подвижников благочестия и современных священников о причинах уныния и способах борьбы с ним.

Помоги, Господи, не унывать

По Благословению митрополита Ташкентского и Среднеазиатского Владимира

У духа зла всегда одно и то же ухищрение – ввергать в уныние во время скорби, чтобы лишить нас упования на Господа.

Преподобный Макарий Египетский

Кто отчаивается в своём спасении, тот думает, что Бог – немилостивый и не истинный, а это страшная хула на Бога.

Святитель Тихон Задонский

СЛОВО СВЯЩЕННИКА Пред чтением этой книги

Наш храм Державной иконы Божией Матери, что расположен в Чертаново, продолжил издание книг серии «Даруй, Господи, мне зрети мои прегрешения». Книги, вошедшие в неё, задуманы в помощь прихожанам, готовящимся к исповеданию грехов перед Причастием.

Уныние – великая опасность, подстерегающая каждого христианина на пути его следования за Христом. Святитель Иоанн Златоуст так характеризует роль этой страсти в жизни людей:

«Чрезмерное уныние вреднее всякого демонского воздействия, потому что и демоны, если в ком властвуют, то властвуют через уныние, а если уничтожишь уныние, то и от демонов не потерпишь никакого вреда».

В нашем мире причин, приводящих современного человека под власть этой губительной страсти – множество.

…Мы мчимся в круговерти внешней жизни: дом – дела – работа – планы – отчеты – заказы – финансы… и в этой постоянной суете теряем сам смысл своей жизни смысл, дающий основу всему. В этом множестве дел мы все меньше и меньше становимся способными ответить на вопрос – РАДИ ЧЕГО все это делаем. А бесцельное делание является, по преподобному Исааку Сирину, одной из причин уныния.

…Мы загружены так, что не хватает времени и сил на то, чтобы внимательно взглянуть в глаза родным и близким, чтобы отдохнуть, чтобы сосредоточенно помолиться… А небрежение о должном, о том, что дает нам истинную жизнь – о молитве, таинствах, внимании к себе, предстоянии Богу – являются матерью и уныния, и малодушия.

…Трудиться! Трудиться… 8… 10… 15 часов в сутки! Трудиться, чтобы успеть, устоять, догнать и перегнать, стать первым… А уже если молиться – то как можно больше! К обычному ежедневному правилу сами добавим кафизму-другую, несколько акафистов и канонов, молитвы любимым святым, Богородичное правило и пяточисленные молитвы, пятисотницу, земных поклонов побольше… А преподобный Амвросий Оптинский нас предупреждает – уныние бывает и от тщеславия, и от непосильного рвения.

В нашей Православной Церкви, в жизни многих ее святых подвижников накоплен огромный и бесценный опыт людей, которые, с помощью Божией, нашли пути победы над этой страстью. Каждый человек, действительно желающий избавиться от этой страсти, может найти в творениях святых отцов те советы, которые в наибольшей степени соответствуют его устроению души и тому диавольскому проявлению уныния, которое характерно именно для него.

Важно помнить, что в основе борьбы с унынием лежит упование на Бога и самопонуждение. Упование и доверие к Нему, к Его Любви, Благости, Всеведению, к Его слову и спасающему Промыслу о каждом из нас. Доверие к слову Его и к опыту жизни тех людей, которые преодолели тяжелейшее испытание унынием и этим стяжали нетленные венцы. Не забудем совет святого Тихона Задонского, долго боровшегося против этой страсти и победившего ее. Святитель писал: «Весьма спасительно действуют и отрезвляют душу, впавшую в уныние, слова Псалмопевца: "Уповай на Господа, мужайся, и да крепится сердце твое, и уповай на Господа" (Пс. 26, 14)».

А теперь обратимся к опыту борьбы с унынием тех, кто реально может научить нас, как победить эту страсть. Пусть говорят подвижники и святые…

Клирик храма Державной иконы Божией Матери в Чертаново иерей Виктор ГУСЕВ

ЧТО ЕСТЬ УНЫНИЕ

Грех уныния происходит от чрезмерной занятости собой, своими переживаниями, неудачами, и как результат – угасание любви к окружающим, равнодушие к чужим страданиям, неумение радоваться чужим радостям, зарождение зависти. Основа и корень нашей духовной жизни – любовь ко Христу – жить следует мыслью о Нём, а не о своих мелких суетных удачах и неудачах…

Архимандрит Лазарь «О тайных недугах души»

Молитва святого Ефрема Сирина

Господи и Владыко живота моего! Дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми!

Дух же целомудрия, смиренномудрия, терпения и любви даруй ми, рабу Твоему.

Ей, Господи Царю, даруй ми зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего, яко благословен еси во веки веков. Аминь.

Святитель Лука (Крымский). Толкование на молитву святого Ефрема Сирина[1]

«Господи и Владыко живота моего! Дух уныния не даждь ми».

Что такое дух уныния? Это то, что называют упадком духа. Люди, совсем не понимающие христианства, не понимающие нашей духовной жизни, думают, что вся религия христианская полна духом уныния. Глядя на монахов, ходящих в черной одежде потупив глаза и перебирая четки, думают, что вся религия уныла, как вид монахов. А это совсем не так. Это противоречит тому духу, которым проникнуто все христианство, ибо скажите: человек с упадком духа может ли обладать силой духовной, бодростью духовной, необходимыми для того, чтобы идти по узкому пути, неутомимо борясь с бесами? Конечно, нет.

Наша религия – не религия уныния, наоборот, она – религия бодрости, энергии, силы воли, силы характера. Религия наша плодом своим имеет не уныние, а нечто совершенно противоположное, то, о чем говорит апостол Павел: «Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. На таковых нет закона» (Гал. 5, 22–23).

Вот это подлинный дух, сущность нашей религии: вовсе не уныние, а праведность, мирная радость о Духе Святом. Разве обладающий этой радостью может быть унылым? Конечно, нет.

Люди часто ошибаются, оценивая внешность человека. Подлинный христианин не имеет такого вида, как люди, предающиеся радостям жизни. Он всегда мирен, часто бывает на вид глубоко задумчив, ходит, опустив голову, предаваясь своим размышлениям. Разве значит это, что он уныл, упал духом? Это значит, что радости мирские, которые ценят другие люди, далеки от христиан, чужды ему, как чужды взрослому человеку детские игры и забавы.

Мысли христианина сосредоточены на вечном, на Царстве Божьем, обращении к Господу Иисусу Христу, поэтому он всегда серьезен и задумчив. Иногда бывает, что и христиане становятся по временам унылыми, наступает упадок духа. Они, уже далеко уйдя по пути Христову, пути отречения от мира, иногда мыслями возвращаются на прежний путь; им кажется, что напрасно сошли они с этого пути, что хорошо было бы идти по широкому проторенному пути, по которому идет большинство людей. Тогда впадают в уныние.

Это состояние тех людей, которые познали великие тайны Христовы, оставили широкий путь соблазнов мира, пошли по пути страданий за Христом. Их соблазняет диавол, останавливают легионы бесов, мешают идти по Христову пути, представляя картины радостной жизни, которую оставили, картину счастья семейного, блаженства дружбы, тянут с великого пути обратно, обратно на этот путь.

И нередко бесам удается достигнуть своего: человек впадает в уныние, падает духом, теряет ревность о Господе Иисусе Христе, и это уныние – великая опасность, подстерегающая каждого христианина на пути его за Христом, это соблазн диавольский. Этим наветам духов тьмы подвергались все святые, и в огромном большинстве случаев молитвой, постом, бдением побеждали христиане духа уныния, навеваемого от диавола. Но были и такие, дух уныния в душах которых все возрастал и возрастал, и уходили они с пути Христова. А когда уходили, чувствовали себя оставленными Богом, пустота и тяжесть жизни становились им невыносимыми, и кончали они часто жизнь самоубийством.

Вот почему все святые считали уныние великой опасностью, великим несчастьем и все силы направляли на борьбу с духом уныния.

В уныние могут впадать даже люди святые. Почему, откуда? Уже не от сатаны, не от духов тьмы. Уныние возникает, когда временно бывают они оставлены Божией благодатью. Это бывало со всеми святыми, это необходимое испытание каждого подвизающегося в благочестии. Необходимо оно, чтобы человек не приписал себе, своим силам, своим достоинствам все, чего уже достиг. Нужно ему напомнить, что не своими силами достиг этого, а только Божьей благодатью.

Когда человек достигнет высокой жизни, возомнит он иногда о себе, и Божия благодать его на время оставляет. Впадает он тогда в тяжелое, невыносимое состояние духа, сердце в нем сразу пустеет. Вместо тепла, от Бога посылаемого, водворяется в сердце холод, настает вместо света непроглядная тьма, вместо радости – глубокое уныние. Это Господь делает для того, чтобы напомнить подвижнику, что не своими силами, а благодатью Божией идет по Христову пути.

Это один источник уныния. Какие еще есть источники его? Я говорил вам о праздности, вам должно быть понятно, что праздность – одна из матерей уныния. Люди праздные, не работающие и вполне обеспеченные, утопающие в роскоши, люди, которые пресыщены благами жизни, теряют вкус к жизни, все им надоедает, все становится неинтересным, скучным, ни в чем не находят радости, сердце их наполняет уныние – этот тяжкий и опасный враг нашего спасения.

Еще один источник уныния: есть люди, которые склонны видеть все в мрачном свете, их называют пессимистами. Они склонны быть в таком настроении, сосредотачивать мысль на темном – греховном. Ставят они вопрос: где справедливость Божия, где правда, если бедный, но благочестивый страдает, а неверующий богат, идущий кривыми путями блаженствует?

Если склонен человек замечать в жизни только темное, только дурное, овладевающее им уныние все возрастает, доходит до того, что человек не видит ничего доброго и кончает жизнь самоубийством. Так силен дух уныния. Второй раз говорю, как может он довести до самоубийства.

Есть и еще источник уныния, наиболее частый источник. Это горести, прискорбные случаи, которые испытываем в жизни. Умрет близкий, любимый человек, умрет ребенок, муж, мать. Впадает человек в уныние. Свет ему не мил, думает только об умершем своем дорогом, человек бедный блуждает мыслью около могилы, представляет себе своего близкого лежащим в гробу и разлагающимся. Глубже и глубже становится уныние.

Какое средство избавиться от этого уныния? Не надо блуждать около могилы мыслями своими, вспоминать прошлое, проливать слезы. Умерший далеко-далеко. Надо унестись туда, куда ушел дорогой, любимый всей силой мысли. Знайте, что душа его предстоит Богу и Ангелам, радуясь своему освобождению. Если сосредоточиться не на темном, а на светлом, не на тленном, а на вечном, – дух уныния уйдет.

В уныние повергают иногда тяжкие телесные болезни. Есть много людей, нетерпеливо переносящих болезни. А были люди святые, которые всю свою жизнь лежали прикованные болезнью к постели и славили за это Бога. Нужно помнить о таких и уметь принимать посылаемые от Бога болезни. Не надо отказываться от помощи врача, ибо премудрый сын Сирахов говорит: «Врача сотворил Бог на помощь людям».

Врач – это слуга Божий, который может облегчить страдания и отогнать дух уныния.

Вот каковы источники и причины уныния. Главное средство борьбы с ними – молитва. Это средство, много-много веков испытанное всеми святыми. Нет средства более действенного, чем молитва, постоянная просьба к Богу о помощи.

Когда вступаете в беседу с Богом, Он утешает вас. Отгоняет духа уныния. Когда приходите в храм Божий, где все так далеко от мирской суеты, вслушивайтесь в песнопения, и уйдет дух ваш из темной области уныния и воспарит.

А если приступите к могущественному средству борьбы с унынием, которое дал Господь Иисус Христос, если на исповеди откроете сердце пред пастырем Церкви и если вслед за этим причаститесь Тела и Крови Христовой, почувствуете облегчение и радость, и тогда дух уныния с позором будет прогнан от вас.

Не сосредотачивайте мыслей на мрачном, на греховном, на тяжком, но, возносясь духом горе, сердцем своим пребывайте у Бога, в чертогах небесных, куда нет доступа темным духам, навевающим уныние.

Вот что нужно знать об унынии каждому христианину.

А что сказать о людях, не знающих почти Христа, идущих путем мирским, ищущих радость и утешение от мира? Они по виду часто кажутся довольными, бодрыми, веселыми, как будто нет у них уныния. Не думайте, что это так, не соблазняйтесь их видом, но подумайте об уклонении их с пути.

Если бы знали, что происходит в глубине их сердца!.. В глубине их души никогда не прекращается обличение совести. Совесть услышать никто не может. Внутренний человек поднимает временами голову и начинает вопить. Это постоянное страдание тех, кто гонится за мирским благополучием. Апостол Павел говорит: «Печаль яже по Бозе покаяние нераскаянно во спасение соделывает, печаль же мирская смерть соделывает» (2 Кор. 7, 10).

Если не обратитесь от печали по миру к печали по Богу – погибнете. Помните о тяжести уныния помните, что сердце христианина должно быть наполнено радостью о Духе Святом, радостью стремления к свету, должно быть чуждо печали, которая наполняет сердца грешников.

Помните об этом всегда, и да помилует вас Господь Бог, а святой Ефрем да содействует вам молитвами своими. Аминь.

Святитель Феофан Затворник. Сердечное бесчувствие и охлаждение, являющееся в душе среди подвигов спасения (Извлечения из духовных трудов святителя)

Нередко бывает, что люди, которые текут путем доброй христианской жизни, вдруг и по видимому без всяких причин, начинают чувствовать в себе какое-то параличное состояние всех сил душевных, вследствие чего у них является охлаждение ко всем, дотоле бывшим, духовным подвигам. Недоразумевающим, как и от чего это происходит и как вести с этим борьбу, преосвященный Феофан Затворник пишет:

«Это со всеми по временам бывает. О сердечном бесчувствии все почти, писавшие о духовной жизни, поминают. Св. Марк Подвижник трех такого рода врагов выставляет: неведение с забвением, разленение с нерадением и окамененное нечувствие».

В кратких молитвах не забыл их и Святитель Златоуст: Избави мя от уныния, забвения, разленения с нерадением и отмененного нечувствия. Средства противления указываются немногосложные: терпеть и молиться.

Возможно, что Бог Сам посылает это для обучения – не полагаться нам на свои силы. Иной раз много берем на себя и многого ожидаем от своих усилий, приемов и трудов. Вот Господь и забирает благодать и оставляет человека, как бы говоря: «Вот испытай, насколько у тебя есть сил». А если не понесёшь испытание, то можешь впасть в уныние. И потому чем больше имеется дарований естественных, тем такое обучение нужнее.

Сознав это, будем терпеть. Посылается это и в наказание за вспышки страстей, допущенные и несамоосужденные, и потому не покрытые покаянием. Вспышки эти то же для души, что для тела – пища дурная… которая отягчает или расслабляет, или отупляет… Надо осмотреться, не было ли чего такого в душе… и покаяться пред Господом, и положить вперед остерегаться.

Больше всего достается это за гнев, неправду, досаждение, осуждение, возгордение и уныние. Одно остается – молиться… об избавлении от сей самой сухости… и от окамененного нечувствия.

При охлаждении и бесчувствии – мысль трудно будет удержать при словах молитвы, но все возможно. Делать надо наперекор себе… перетруждение себя и будет средством преклонить Господа на милость и возвратить благодать. А бросать молитву никак не должно. Св. Макарий говорит: увидит Господь, как искренно желаешь блага этого… и пошлет. Молитву же против охлаждения воссылать своим словом, пред правилом и после правила… и в продолжение его к Богу взывать, как бы преднося пред Его лице мертвую душу: Видишь, Господи, какова она! Но рцы слово и исцемет.

С этим же словом и в продолжение дня почасту обращаться к Богу.

Главное – не давать душе холодеть… Блюдите, светится ли свеча, и да теплится камин душевный… Почаще подбрасывайте дровец… то есть святые помышления держите в уме, с сочувствием им и сердца.

Охлаждение – горькое и опасное состояние. У Господа оно стоит в числе руководительных, вразумительных и исправительных средств. Но бывает оно и вроде наказания. Причина сего – явный грех, но как у вас его не видно, то причины нужно искать во внутренних чувствах и расположениях. Не вкралось ли самомнение, будто вы не то, что другие? Не загадываете ли самовольно шагать по пути спасательному и восходить горе одними своими средствами? Не успокаиваетесь ли на том порядке жизни, какой заведен… и расположились спать в мысли, будто больше заботиться не о чем?.. Такие и подобные мысли приводят в беспечность, а беспечность есть первый шаг к унынию. Поэтому потрудитесь собрать мыслей поболее, хотя вы еще и не начинали дела. Приложите убеждение, что, хотя бы вы достигли высоких степеней, – все небезопасны от падений… путь к которым врагу пролагает беспечность и нерадение – предшественницы охлаждения. Собирая же таковые возбудительные помышления, не думайте, что сами себя согреете… Согреет Господь, когда время придет. Ваше же дело – труд и труд. К сему труду мысленному прилагайте молитву к Господу, именно об избавлении от сей язвы. Все другие предметы оставьте, держите одну эту молитву против охлаждения… И не давайте себе покоя, пока не согреетесь. Согреянность есть Господа прикосновение к сердцу, а непрестанная теплота есть Господа вселение в сердце… Даруй вам, Господи, сие благо. И не впадайте в уныние и рук не опускайте!

Некто говорит: «Поставь себя в состояние умирающего…» Другой прибавляет: «Еще лучше, поставь себя в момент суда над тобою, когда готово изыти из уст Божиих последнее о тебе решение». Нельзя не согласиться: такие приемы, действительно, сильны размягчить каменное сердце.

Вот вам слово св. Исаака Сирина – на случай охлаждения и нечувствия:

Не смущайся мыслию и не подавай руки душевному расслаблению, но терпи, читай книги святых отцов и подвижников, принуждай себя к молитве и жди помощи. Она придет скоро, что и не узнаешь…

Я думаю, что в нашем охлаждении не безвинна и плоть. Не предполагаю излишества, но даже и малое расслабление плоти. Но и это малое отупляет чувство духовное и расслабляет энергию. Потрудитесь подтянуть сию рабу неключимую, чтобы не лезла в госпожи. Как?.. Я думаю, вам ведомо! Касается же сие и пищи, и сна, и других льгот. Сделайте, чтобы плоть чувствовала, что на ней тяжелая рука. Как вражду и неприязнь непримиримую к плоти имейте… и преследуйте ее за своеволие.

Как только ослабнут требования плоти, чувство духовное оживет. Очень много значит – не давать разваливаться, держать в струнке все члены чрез внутреннее духовное напряжение мускулов. Это сильно поддерживает бодрость духа и помогает душе стоять в трезвенном настроении.

Положите законом: выходить из-за стола немного голодным. Злая раба– плоть – будет чувствовать, что над нею есть властная рука… Что винопитие пресечено – прекрасно. Это самое лучшее пособие к тому, чтобы тело было бодро, трезвенно и свежо. Великое сие есть дело.

Ничего ради плотоугодия, а только для здоровья, и никогда не есть досыта… Извольте себе избрать мерное правило в пище и питии, как делали все святые.

Схиархимандрит Иоанн (Маслов). Об унынии (печали)[2]

Обычно после совершения всякого греха у человека появляется томление духа. Это внутреннее гнетущее состояние бывает подчас настолько мучительным, что даже превышает возможность человеческих сил противостоять ему. И нередко оно приводит человека к печали, унынию и даже к отчаянию. Овладев человеком, печаль и уныние способны полностью расстроить силы его души, отвлечь его от богоугодных занятий и вообще уничтожить все духовные плоды и тем самым привести свою жертву к смерти духовной (2 Кор. 7, 10). Особенно яростное и лютое свое действие эти страсти обрушивают на подвижников, чтобы устрашить их трудностью подвига и посеять в сердцах нерадение о спасении.

Нередко печаль и уныние могут появиться в человеке неожиданно по внушению врага нашего спасения – диавола. Если он заметит в душе ревностного христианина хотя бы малую склонность к грусти, то тут же воспользуется этим и постарается привести его душу к духовной печали, а позже, возбудив в ней жестокое уныние, которое полностью овладевает сердцем и делает его совершенно неспособным к духовным упражнениям, и особенно к молитве.

Преданный пороку уныния настолько ослабевает духовно, что становится бессильным шествовать по верному, спасительному пути. Спасение кажется ему трудным и непостижимым, даже слова Священного Писания не оказывают на него воздействия, так как сердце его в это время бывает подобно закрытому сосуду.

А между тем Христос со Своею благодатной силой и помощью постоянно пребывает у дверей человеческого сердца и ждет, пока человек добрым своим соизволением откроет Ему эти двери (Откр. 3, 20). Поэтому хотящему принять слово Божие следует распахнуть свое сердце и так возжелать глаголов жизни вечной, как жаждет дождя иссохшая земля. Только в таком случае христианин сможет напитать свое сердце и удалить из него все страсти.

Святитель Тихон Задонский не только указывает на губительность печали и уныния, но и дает совет, как можно противостоять им и какими средствами преодолевать их. Прежде всего, христианин должен постоянно принуждать себя к духовному подвигу, и особенно к молитве. Хотя это бывает и весьма трудно, но Богу, споспешествующему во спасении, все возможно. Немалую роль в этой борьбе играет размышление о смерти, о Страшном суде Христовом, о вечных мучениях грешников и блаженной жизни праведников, очистивших свои сердца от греховной скверны и водворившихся в горнем Иерусалиме для вечного упокоения и радости в Боге. И, наконец, весьма спасительно действуют и отрезвляют душу, впавшую в уныние, слова Псалмопевца: Уповай на Господа, мужайся, и да крепится сердце твое, и уповай на Господа (Пс. 26, 14).

Итак, чтобы искоренить страсти и худые наклонности из своего сердца и вместо них насадить добрые навыки, христианину необходимо сосредоточить все свои силы в подвиге духовной борьбы и непрестанно прибегать к Божественной благодатной помощи. Поскольку христианин предназначен жить в Боге и для Бога, а смысл его жизни заключается в самосовершенствовании, то, следовательно, его насущной задачей должна быть постоянная бдительность по отношению к своему внутреннему миру, дабы легче распознавать все диавольские ухищрения, направленные на погубление его души, и с помощью Божией вовремя отражать их. Непременным спутником его и помощником на этом многотрудном духовном поприще служит искреннее покаяние, главной целью которого является то, чтобычеловек от грехов и от суеты мира сего отвратился, и к Богу всем сердцем обратился, внутрь бы изменился, и иным бы, как прежде был, сделался… и ни о чем бы так не тщался, как только Богу угодить, и тако спастися. Из этих слов святителя становится понятным, что только внутреннее обновление сможет удержать христианина на соответствующей ступени богоугодной жизни, что будет способствовать водворению в его душе самопознания и молитвы.

Подобным образом жизни он сможет склонить праведный гнев Божий на милость и тем самым получить благодать Святого Духа, помогающую ему и укрепляющую его духовные силы в борьбе со страстями. Только в таком случае христианин будет способен к исполнению воли Божией и теснейшему единению со своим Творцом, а это, в свою очередь, приведет его к вечной блаженной жизни в обителях Отца Небесного.

Митрополит Николай (Могилевский). Уныние ведёт путём Иуды[3]

В порядке следования у отцов-аскетов помещаются две сродные по характеру обнаружения и разные по названию страсти: печаль и уныние.

Как по законам психологии вслед за бурными порывами какой-либо страсти должна последовать реакция в виде ослабления и упадка душевной энергии и выразиться в новых аффективных состояниях, так и, по учению отцов-аскетов, вслед за бурными состояниями гнева, как некоторая духовная реакция, наступает состояние печали. Помимо этого психологического основания, отцы-аскеты прямо и ясно указывают на тесную взаимную связь печали и страсти гнева.

Прп. Иоанн Кассиан указывает и самый момент, когда наступает состояние печали – «по прекращении гнева».

Прп. Нил Синайский говорит: Печаль бывает следствием гневных помыслов; ибо гнев желает отмщения; неуспех же в отмщении рождает печаль.

Предшествующая печали страсть, постепенно ослабляя повышенное настроение духа и волю, тем самым в душе создавала для насаждения новых страстей (то есть уныния и печали) удобную почву с готовыми семенами пороков, которые, как только прольется на нашу душу дождь искушений, тотчас производят ростки и плоды. И действительно, по аскетическому учению, печаль не может найти себе доступа в ту душу, в которой ранее не свили себе прочного гнезда какие-либо другие страсти.

Таким образом, печаль является не только как следствие гнева, но и прочие другие страсти могут оставить ее в качестве наследницы.

Конечно, печаль может рождаться от многих причин. Эта страсть, как уже сказано преп. Иоанном Кассианом, иногда происходит от порока предшествующего – гнева – или рождается от неудовлетворения желания какой-нибудь корысти, или от понесения убытка, или от нанесения нам обиды; печаль рождается от всего того, что нам противоречит. Проще сказать, печаль возникает как следствие неудовлетворенности наших страстных желаний или удовлетворения их неполного, не доставляющего удовольствия: «желающий себе чести не может иметь недостатка в унынии».

Иногда печаль, утверждают отцы-аскеты, рождается и без видимой внешней причины, от причин внутренних: «одна (печаль) происходит в сердце без видимой причины (к печали), от неразумной скорби сердца или отчаяния», другая же «рождается и вторгается от причин странных», – говорит прп. Нил Синайский. Отсюда – существуют два вида печали греховной.

Есть еще особый вид печали, именуемой «печалью по Богу». Такая печаль, имеющая своим центром Бога, возникающая от покаяния в грехах, или от желания совершенства, или от созерцания будущего блаженства – признается печалью полезной. Печаль эта по характеру и свойствам своим далека и не похожа на печаль греховную – «бесовскую»: она бывает послушна, приветлива, смиренна, кротка, приятна, терпелива как происходящая от любви к Богу. Печаль по Богу подкрепляет душу слезами… заботится о приближающейся смерти и Суде и ожидает сего с терпением и любовью. В таком смысле эта печаль («печаль ума») является драгоценным Божиим даянием.

Совсем другой характер имеет печаль, когда человек не Бога, а себя самого, свою «самость», свои удовольствия ставит центром жизни. Тогда печаль имеет характер мрачного уныния, безнадежной тоски, приводящей человека к апатии, к бездеятельности в духовно-нравственном отношении. Такая печаль, являясь болезнию души и плоти, парализует первую и как бы связывает, «пленяет» деятельные силы и способности человека. Печаль эта, переходящая в уныние, бывает очень сурова, нетерпелива, жестока, строптива, соединена с бесплодною грустию и мучительным отчаянием. Подвергшегося ей, расслабляя, отвлекает от усердия и спасительной скорби, как безрассудная, прерывает не только действенность молитв, но упраздняет и все духовные плоды, которые печаль ради Бога доставляет. Из приведенных мест уже с очевидностью открываются гибельные свойства этой страсти. Уныние не позволяет охваченному ею человеку ни совершать молитвы с обычною ревностию сердца, ни с пользою заниматься священным чтением; не попускает быть спокойным и кротким с людьми: ко всем обязанностям трудов или богослужений делает нетерпеливым и неспособным.

Душа, снедаемая едкой печалью, как одежда молью, настолько портится, что делается бесплодной и непригодной на построение и украшение того духовного храма, основание которого положил мудрый строитель Павел, говоря: вы есте храм Божий, и Дух Божий живет в вас (1 Кор. 3, 16).

Человек, преданный долго глубокой печали, настолько ослабляет свои духовные силы, что лишает себя всякой возможности идти по пути нравственного своего совершенства, и самое спасение ему часто начинает казаться недостижимым, подвиги – напрасными, труды, надежды – бесполезными. И так доходит печалью снедаемый или до полного уныния, или до отчаяния. Это особый род печали, гораздо худший, ибо ведет душу не к исправлению жизни, не к очищению пороков, а прямо к смерти.

Такое состояние может легко привести к последованию примеру Иуды. Ничто так не сильно и не гибельно для души человека, как отчаяние, говорит преп. Исаак Сирин. Оно не знает, чтобы кто его победил тем или иным способом и средствами. Никто из врагов не может противостоять ему. И человек, предавшись ему, подклонил свою главу, чтобы принять на себя смерть.

Уныние, хотя не так опасно для души человека, как полное отчаяние, но как страсть по своим свойствам оно является для нее гибельным ядом.

Страсть уныния обычно у отцов-аскетов встречается наряду с печалью. Даже часто один термин («печаль») ставится вместо другого («уныние»); и это, конечно, потому, что симптомы той и другой страсти выражаются очень часто почти в одинаковых формах, выступая несколько интенсивнее в страсти уныния. В этом последнем смысле уныние и определяется как окончательное, полное развитие предшествующей страсти (печали) на общей психологической почве.

Действительно, все характеризующие печаль симптомы, выражаясь в страсти уныния в более резких формах, захватывают, овладевают в человеке более широкой областью – всеми его душевными силами, почему страсть уныния у прп. Нила Синайского и называется не только «болезнию души» (как печаль), а «изнеможением души»; и это так потому, что в то время как другие страсти касаются только или раздражительной части души, или вожделевающей, или же мыслительной, уныние, охватывая все силы души, вдруг, одним духом, приводит в движение почти все страсти – вот почему оно и тяжелее всех других страстей. Страсть эта поэтому характеризуется как «слабость души», «расслабление души», «изнеможение души», как общее душевно подавленное состояние.

Душа человека, подверженного унынию, с утратой в силу этого разумом всякой власти над ходом душевной жизни, представляется как бы вовсе бездействующей в отношении религиозно-нравственного подвига, расслабленною, как бы «дремлющею». Все прочие страсти, при условии общей расслабленности душевного состояния, нападая на человека, сущего в унынии, действуют с полной силой, не встречая себе надлежащего отпора со стороны нерешительной воли; душа такого человека представляет собою поприще их полного над нею господства.

Поэтому человека, впавшего в уныние, узнают по многим характерным чертам, каковы: леность, ропотливость, негодность к делу, отсутствие терпения, бесцельный переход с места на место, безделье и праздность, суетность в мыслях. Леность и расслабление в молитвенном подвиге, скука при чтении и слушании слова Божия, нерадение при отправлении Божественных служб, малодушие, приводящее иногда к полной потере надежды на Бога, – все это, несомненно, признаки страсти уныния.

То, как уныние вкрадывается в сердце и какой вред оно причиняет духу, ясно и характерно изобразил преп. Иоанн Кассиан, представив картину нападения страсти уныния на монаха. Этот отец говорит, что когда уныние нападает на жалкую душу, то производит страх места, омерзение к келлии, также и к братиям, которые живут с ним или вдали, порождает презрение, отвращение, как к нерадивым и менее духовным.

Также и ко всякому делу внутри келлии делает ленивым, нерадивым. Не попускает ему ни основаться в келлии, ни прилежать чтению, и он часто стонет, что, пребывая столько времени в той же келлии, ничего не успевает, ропщет и вздыхает, что не имеет никакого духовного плода, пока будет связан с этим обществом, скорбит, что не имеет духовной пользы и напрасно живет в этом месте, так как, имея возможность управлять другими и приносить пользу очень многим, он никого не назидает и никому не доставляет пользы своим наставлением и учением. Другие отдаленные монастыри хвалит и места те считает более полезными к преуспеянию и более способствующими спасению; также общество братии представляет приятными духовной жизни. Напротив, что находится под руками, то все худо, не только нет никакого назидания между братиями, но и самое телесное содержание приобретается не без большого труда. Наконец, думает, что, пребывая в этом месте, он не может спастись; нужно оставить келлию, в которой ему придется погибнуть, если еще будет оставаться в ней, и потому как можно скорее переселяется в другое место.

Потом уныние производит также расслабление тела и голод в пятом и шестом (по нашему счислению в 11-ом и 12-ом) часу, как будто он утомлен и расслаблен был долгим путем и самым тяжелым трудом или будто проводил два или три дня в посте, без подкрепления пищей. Потому тогда беспокойно озирается туда и сюда, вздыхает, что никто из братии не идет к нему, часто то выходит, то входит в келлию и часто взглядывает на солнце, как будто оно медленно идет к западу.

Таким образом, в таком неразумном смущении духа, как бы земля покрылась мраком, пребывает праздным, не занятым никаким духовным делом, и думает, что ничто другое не может быть средством против такой брани, как посещение какого-либо брата или утешение от овладевшего им сна. Потому этот недуг внушает, что нужно делать приличные посещения недужных вблизи или вдали находящихся. Также внушает какие-нибудь благочестивые набожные обязанности, что надобно не забывать родителей и чаще ходить для поздравления их; считает великим делом благочестия чаще посещать какую-нибудь благочестивую, посвятившую себя Богу женщину, особенно не имеющую никакого пособия от родных, и если что ей необходимо, чего не дают ее сродники и небрегут, о том заботиться есть дело святое и больше надобно к этому прилагать благочестивый труд, нежели бесплодно, без всякого преуспеяния сидеть в келлии. И так несчастная душа, опутанная такими хитростями врага, расслабленная духом уныния, как сильным тираном, впадает в сон или, выгнанная из затвора келлии своей, начинает искать утешений в посещении брата; и этим средством, от которого в настоящее время как будто получает облегчение, намного после этого больше бывает расслаблена. Таким образом воин Христов, сделавшись беглецом из своей военной службы и изменником, связывает себя житейскими делами и становится неугодным военачальнику (2 Тим. 2, 4).

Что касается того, откуда происходит уныние, отцы-аскеты дают такой ответ: уныние происходит или от естественных причин – «переутруждения», или же от беса. Есть уныние естественное – от бессилия, и есть уныние от беса. Естественное уныние наступает тогда, когда человек трудится выше силы своей и понуждает себя на еще большие труды. От беса происходит уныние тогда, когда враг, видя человека в лености (в этом предвестнике уклонения в худое) или праздности, нападает надушу слабую, невооруженную и еще более ослабляет ее и окончательно связывает своими оковами.

Таким образом, причины, производящие страсть уныния, заключаются в нас самих – это леность, праздность вообще, беспечность и отсутствие в нас сердечного делания. Наша слабость душевная служит только почвой для сеяния врага, а самое расслабление есть отражение состояния нашей воли.

Страсть уныния прежде всего характеризуется как болезненное состояние нашей расслабленной воли, почему все отцы-аскеты для укрепления последней настойчиво советуют труд, рукоделие и подобного рода занятия.

Страсть уныния, как и сродная с нею печаль, составляя «болезнь души», сами являются, несомненно, состояниями слабой и болезненной воли. Отсюда понятны те основания, по которым отцы-аскеты, оценивая значение уныния в духовной жизни, считают эту страсть в высшей степени опасным, злым и тяжким врагом для подвигов спасения. Уныние, ослепляя ум человеческий, делает его неспособным к созерцанию истины добродетелей; уничтожает самые добродетели терпения, смирения и любви, на которых утверждается наше спасение; и, ослабляя нашу душу и волю (и без того слабую), является, по выражению отцов-аскетов, «всепожирающею смертию» для человека-христианина.

Итак, уныние и печаль, а равно сребролюбие и гнев, по учению отцов, суть расположения нашей греховной души, внутренние психофизические явления, наиболее отчетливо собою выражающие состояние нашей болезненной воли.

Из рассмотрения гибельности двух страстей – печали и уныния – мы убеждаемся, что обе они выражаются одинаковым образом в духовном расслаблении, в отвращении от духовного созерцания и молитвы. И в то же время, как в страсти гнева, нарушается принцип любви (почему и расстраиваются у человека добрые братские отношения), в страсти печали и уныния этот принцип глубже нарушается, и человек расстраивает свои отношения с Богом.

Печаль и уныние, расслабляя душу, угнетают ее, не позволяют совершать молитв с обычной ревностью и заниматься с пользою чтением Святого Писания; они делают человека нетерпеливым ко всем обязанностям трудов и богослужения. Здесь душа утрачивает свое духовно бодрое настроение, делается вялой и как бы дремлющей. Вот поэтому и нужно обратить все внимание борющегося с этими страстями на отрешение от этого состояния своей «дремлющей» души.

Для этого, по мнению святых отцов, необходимо: избегать безделья и праздности, которые, усиливая только духовную дремоту, поддерживают эту болезнь, и, избравши какое-нибудь определенное занятие и работу, трудиться. Определенная физическая работа, труд способствуют самособранности в мыслях: «тот, кто занят работою, не скоро допустит что-либо излишнее и в делах, и в словах, и в мыслях, так как вся душа его совершенно предана трудолюбивой жизни».

По словам Нила Синайского, и человек, занятый делом, удерживает при себе мысль, которая не менее чем глаза должна наблюдать за тем, что делается для достижения безошибочности в действии. По учению прп. Иоанна Кассиана, страстным движениям сердца и непостоянному волнению помыслов противопоставляется тяжесть трудов, как какой-нибудь твердый непоколебимый якорь, которым рассеянность и блуждание сердца удерживаются, как в безопасной пристани. Упражняя как телесные, так и душевные силы, труд уравнивает выгоды внешнего человека с пользою внутреннего.

Таким именно путем «телесный труд», по учению отцов-аскетов, охраняет чистоту, «приводит к смирению» и вообще является лучшим помощником добродетели.

Отсюда понятно, почему наиболее видные представители подвижничества и сами усердно занимались «рукоделием», каким-нибудь трудом, и другим настойчиво рекомендовали это занятие как безусловно важное и существенно необходимое условие в борьбе со страстию уныния и печали.

У прп. Иоанна Кассиана содержится характерный рассказ об авве Павле, который хотя и совершенно не был заинтересован материально в продаже своих изделий, и потому сплетенные корзины по прошествии года сожигал, однако занимался ежедневно рукоделием для одного очищения сердца и собранности помыслов.

Итак, надо и душу, и тело держать в напряжении и всегда чем-нибудь заниматься, чтобы не допустить к себе праздности с ее близкими спутниками – унынием и печалию.

Чрез внимательность ума мы достигнем собранности помыслов; по словам Иоанна Кассиана, этим способом мы можем победить все роды печали, от каких бы причин ни происходила она. Такую «внимательность ума» подвижник может приобрести, если будет предаваться молитве, поучению в слове Божием, размышлению о духовных и небесных благах. Особенно же нужно стяжать терпение, недостаток которого так сильно ощущается в названных страстях. Терпеливое перенесение обид и злословий, как льва, заключает в зверинце страсть уныния и печали.

При помощи терпения надо создать такое христианское настроение («бесстрастие»), чтобы можно было в причинении нам обид, бесчестия и разных неприятных уязвлений – радоваться; и тогда эта радость мира будет печаль прогонять, гнев угашать, ненависть отражать, мстительность уничтожать, уныние рассеивать и скорбь в радость претворять.

Поэтому не надо стремиться избегать скорбен как причины печали, а скорее – надо научиться переносить их мужественно, чтобы чрез это приучить волю и свои желания подчинять воле Божией и домостроительству. Надо помнить и то, что всякие скорби посылаются или попускаются нам от Бога к нашей душевной пользе.

Только этим, а не иным путем шествуя, от скорби мира сего мы можем прийти к радости духа в сей скорби плоти.

Архимандрит Софроний. «Держи ум твой во Аде и не отчаивайся»[4](Блаженной памяти Силуана Афонского)

В духовном созерцании подвижник становится зрителем вещей, которые для подавляющего большинства людей являются тайною, но он стоит пред невозможностью поведать об этой тайне, потому что, переводимая на человеческий язык, она предстает слышащему о ней совсем иною.

Язык человеческих слов и понятий дает очень ограниченную возможность передавать внутреннее состояние одного другому. Непременное условие взаимного понимания – общность, или тождество, опыта. Нет этой общности – не будет достигнуто и понимание, потому что за каждым нашим словом сокрыта вся наша жизнь; во всякое понятие каждый из нас влагает объем своего опыта, почему все мы неизбежно говорим на разных языках. Но в силу единосущия рода человеческого возможно и чрез слово вызывать новый опыт в душе слышащего, и тем как бы порождать в нем новую жизнь. И если это так при нашем человеческом взаимообщении, то тем более это происходит при Божественном действии.

Слово Божие, при известном внутреннем расположении души, восприемлющей его, своим явлением действительно приносит новую жизнь и ту Жизнь, которая заключена в нем, то есть Вечную.

Имея в виду не только несовершенство нашего средства – языка, но и свое невежество и неспособность, все же позволим себе возвратиться к той странной по форме беседе-молитве, а именно к словам: «Держи ум твой во аде и не отчаивайся».

Кто читал Евангелие, не мог не обратить внимания на своеобразие бесед Христа. Внешне, формально, в них нет, кажется, никакой последовательности. Возьмите, например, беседы с Никодимом, с Самарянкой, с учениками на Тайной Вечере. Внимание Христа обращено не столько на то, что говорит человек, сколько на то, что есть в глубине его и что способен он воспринять от Бога.

Так и в этой молитве-беседе старца Силуана внешне как будто немного смысла. Но если бы нам открылось ее действительное содержание и сила данного в ней Силуану откровения, то с уверенностью можно сказать – все наше существо было бы потрясено до последней глубины.

Старец Силуан десятилетиями рыдал «до великих слез» о том, чтобы мир познал Бога. Он сознавал, что если бы народы – он мыслил о народах, нося их в молитвенной любви сердца своего, – познали любовь и смирение Божие, то оставили бы они, подобно апостолу Павлу, как сор (Флп. 3, 7–8), как детские игрушки, свои увлечения, все то, чем поглощено их существо, и стали бы гнаться за этим смирением и этой любовью день и ночь всеми силами своей души. И если бы это совершилось, то изменилось бы лицо земли и судьбы всех людей и весь мир преобразился бы, как говорил старец, «в один час». Так велика эта сила.

Вам, быть может, странно услышать, что Силуану открылись тогда тайна падения и искупления и все духовные пути человека? Божественному Петру на Фаворе и в день сошествия Святого Духа открылось с последней очевидностью, что нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись (Деян. 4, 12). И не только еврейские старейшины и книжники удивлялись категорическому заявлению Петра и Иоанна, людей простых и некнижных, как повествует Писание (Деян. 4, 12–13), но и доныне удивляемся все мы. Невольно возникает вопрос: «О Петре! откуда ты, простой и некнижный, знаешь, какие имена даны под небом? Разве тебе была известна история культур и религий Китая, Индии, Вавилона, Египта и прочее?»

«Некнижному и простому» Силуану также открылись тайны, скрытые «от мудрых и разумных». Путь к Вечной Жизни, не преставая, проповедуется на всех языках, но подлинно познавшие этот путь едва обретаются единицы на поколения.

«Держи ум твой во аде и не отчаивайся».

Непонятное выражение. Что значит – держать ум во аде? Не значит ли это – воображать себе что-то подобное тем, нередко лубочным, картинам, которые рисует наивное человеческое воображение?.. В данном случае – нет. Отцу Силуану, как и некоторым великим отцам, например Антонию Великому, Сисою Великому, Макарию и Пимену Великим и другим, дано было за время жизни реально переживать состояние адских мучений. Повторение этого состояния в результате глубоко отпечатлевается в их сердце, так что они по своей воле уже могут возобновлять его в душе своей, возвращаться к нему посредством соответствующего внутреннего движения духа. И к этому деланию они прибегали, когда в душе их начинала так или иначе проявляться какая-либо страсть и особенно самая глубокая и самая тонкая из них – гордость. А когда эта страсть не удовлетворяется, то ей на смену приходит уныние. И потому борьба с гордостью – важнейший этап борьбы со страстями. В первый период подвижник борется с грубыми плотскими страстями, затем с раздражительностью и, наконец, с гордостью. Последняя борьба есть, несомненно, самая трудная. Познав в долгом опыте своем, что гордость приводит к потере благодати, подвижник особым внутренним движением сходит душою во ад и адским огнем выжигает в себе действие всякой страсти.

Старец замечал, что большинство людей, приближаясь к этим граням, малодушно ужасаются и не выдерживают. Вот почему Великий Сисой и говорил об этом вопросительно: «Кто может носить помысл Антония? Впрочем, я знаю человека (это он сам – Сисой), который может носить его».

Старец Силуан объяснял, что Сисой имел в виду тот помысл, которому научился великий Антоний у александрийского сапожника. Преподобный Антоний молился, чтобы Господь открыл ему, в какую меру он достиг. И было ему указание, что в меру сапожника он не пришел. Придя к сапожнику, Преподобный спросил его, как он живет. Тот отвечает, что треть заработка отдает он на храм, треть – нищим остальное удерживает на свои нужды. Антония, который бросил все свое имение и жил в пустыне в большей, чем сапожник, нищете, сие делание не удивило. Не в нем было превосходство сапожника. Тогда он говорит сапожнику: «Господь послал меня к тебе узнать, как ты живешь?» Смиренный сапожник почитал Антония и, испугавшись такого слова, говорит: «Ничего я не делаю, а лишь, работая, смотрю на проходящих мимо людей и помышляю: все спасутся, один я погибну».

Антоний, Богом посланный научиться у сапожника, Антоний, приготовленный к правильному восприятию услышанного им слова долгим и чрезвычайным подвигом, удивившим весь Египет, по дару Божьему почувствовал силу помысла сапожника и действительно понял, что в меру сапожника еще не вошёл. Но преподобный Антоний не впал в уныние, а возвратившись в пустыню, стал учиться этому деланию.

Великому Антонию, основателю восточного монашества, дана была вместе с разумением и сила носить этот помысл. Сему деланию он учил отшельников, способных принимать не молоко, а твердую пищу. От него это делание восприняли и другие великие отцы пустыни и как бесценное сокровище передали в наследство последующим векам. Делание это у каждого принимает свою словесную форму; так, Пимен Великий говорил ученикам: «Поверьте, чада, где сатана, там и я буду», но по существу оно сводится к тому же.

Блаженный старец Силуан говорил, что многие подвижники, приближаясь к этому состоянию, необходимому для очищения от страстей, отчаиваются, впадают в грех уныния и потому не могут пойти дальше. Но тот, кто знает, что «Господь много нас любит», избегает губительного действия последнего отчаяния и умеет мудро стоять на грани его, так что и силою адского пламени пожигает в себе всякую страсть, и жертвою уныния не становится.

«И не отчаивайся».

Рассказ старца прост, как просто было и слово александрийского сапожника, как просто говорили преподобный Сисой или преподобный Пимен и другие отцы, но сила слова и глубина тайны делания сего недоведомою останется для всякого не имевшего подобного им опыта борьбы с адской страстью учения, с одной стороны, и великих благодатных даров – с другой.

* * *

Вся долгая подвижническая жизнь старца была горячим исканием смирения. И если бы мы захотели познать образ и тайну его борьбы за стяжание смирения, то должны будем остановиться на странных его словах: «Моя любимая песня – скоро я умру, и окаянная душа моя снидет во ад, и там буду один я страдать в мрачной темнице и горько рыдать: скучает душа моя о Господе и слезно ищу Его. Как мне Его не искать? Он прежде взыскал меня и явил мне, грешному, Себя».

Когда он говорил: «Окаянная душа моя снидет во ад», то это не были только слова, но и подлинное переживание адских страданий, которые привились его сердцу, так что он мог сознательным внутренним движением духа возобновлять их в себе иногда в большей, иногда в меньшей степени. И когда огонь адского мучения производил искомое действие, то есть убивал страстный помысл, тогда общей губительности этого огня он противопоставлял спасительное действие любви Христовой, которую тоже знал и носил в сердце своем.

Этому деланию он научился, получив ответ: «Держи ум твой во аде и не отчаивайся». Первой частью своей «любимой песни» он погружался во ад, второй, возвращаясь к памяти любви Божией, он избегал уныния.

«И не отчаивайся».

Делать так, как делал старец, могут лишь немногие. От постоянного пребывания в этом подвиге душа приобретает особую привычку и выносливость, так что память об аде настолько усваивается душой, что становится почти неотходною. Необходимость такого постоянства вызывается тем, что человек, «в мире живущий и плоть носящий», непрестанно подвергается влияниям окружающего его греха, от которого, как бронею, защищается душа тем, что смиряется даже до ада преисподнего.

Старец говорит: «Господь Сам научил меня, как надо смиряться: "Держи ум твой во аде и не отчаивайся". И этим побеждаются враги, а когда я умом выхожу из огня, то помыслы снова приобретают силу».

Из «бледных» наших речей невозможно получить настоящего понятия об этой дивной и невыразимой жизни, где совмещаются предельное, выносимое естеством человеческим страдание с предельным, выносимым человеческим естеством блаженством. Одно сопутствует другому странным образом. И если бы только страдание, то невозможно было бы его понести. И если бы только блаженство, то тоже невозможно было бы его понести.

Предание говорит, что на пути в Египет Святое Семейство встретил разбойник, но не сделал Им зла, а, увидав Младенца, сказал, что если бы Бог воплотился, то не был бы прекраснее этого Младенца; и оставил Их идти в мире.

Дивная вещь: разбойник, который, как зверь, никого не щадит, это Святое Семейство не обидел и не опечалил. Душа разбойника при виде Младенца и кроткой Матери Его умилилась, и благодать Божия коснулась его.

Так случалось и с дикими зверями, которые, видя святых мучеников или преподобных мужей, становились кроткими и не причиняли им зла. И даже бесы боятся кроткой и смиренной души, которая послушанием и молитвою побеждает их.

И опять удивительная вещь: разбойник пожалел Младенца-Господа, а архиереи и старцы предали Его Пилату на распятие. И это потому, что они не молились и не искали от Господа вразумления, что и как надо сделать.

Так часто начальники и простые люди ищут добро, но не знают, где оно, не знают, что оно в Боге и от Бога дается нам.

Всегда надо молиться, чтобы Господь вразумил, что надо сделать, и Господь не оставит нас заблуждаться, а потом сожалеть и унывать.

Адам не был мудр, чтобы спросить Господа о плоде, который дала Ева, и потому потерял Рай.

Давид не спросил Господа: «Хорошо ли будет, если я возьму себе жену Урия?» – и пал в грех убийства и прелюбодеяния.

Так и все святые, которые согрешили, согрешили потому, что не призвали Бога на помощь, чтобы вразумил их. Преподобный Серафим Саровский сказал: Когда я говорил от своего ума, то бывали ошибки.

Но есть и безгрешные ошибки несовершенства, их видим даже у Божией Матери. В Евангелии говорится, что когда шла Она из Иерусалима с Иосифом, то думала, что Сын Ее идет со сродниками или знаемыми… И только после трех дней искания нашли Его в Иерусалимском храме беседующим со старцами (Лк. 2, 44–46).

Итак, только Господь всеведущ, нам же всем, кто бы ни был, надо молиться Богу о вразумлении и спрашивать духовного отца, чтобы не было ошибок.

Дух Божий всех наставляет по-разному: один безмолвствует в одиночестве, в пустыне; другой молится за людей; иной призван пасти словесное стадо Христово; иному дано проповедовать или утешать страждущих; иной служит ближнему от своих трудов или имений – и всё это дары Духа Святого, и все в разной степени: один в тридцать, другой в шестьдесят, иной во сто крат (Мк. 4, 20).

Если бы мы любили друг друга в простоте сердечной, то Господь Духом Святым показал бы нам многие чудеса и открыл бы нам великие тайны.

Бог – ненасытная любовь…

Как мне понятно, что Господь управляет нами. Без Него мы не можем даже помыслить благое; поэтому нам нужно смиренно предаться воле Божией, чтобы Господь руководил нами.

Мучимся все мы на земле и ищем свободы, но мало кто знает, в чем свобода, где она.

И я тоже хочу свободы и день и ночь ищу ее. Я познал, что она у Бога и от Бога дается смиренным сердцам, которые покаялись и отсекли свою волю пред Ним. Кающемуся Господь дает мир Свой и свободу любить Его. И нет ничего лучшего в мире, как любить Бога и ближнего. В этом душа обретает покой и радость.

О народы всей земли! На коленях припадаю пред вами и умоляю со слезами: придите ко Христу. Я знаю Его любовь к вам. Я знаю и потому кричу всей земле. Если чего не знаешь, то как будешь говорить о том?

Ты спросишь: «Но как можно знать Бога?» А я говорю, что мы видели Господа Духом Святым. И ты если смиришь себя, то и тебе Дух Святой покажет Господа нашего; и ты тоже захочешь кричать о Нем всей земле.

Я стар, и жду смерти, и пишу истину по любви к народу, о котором скорбит душа моя. Быть может, хоть одна душа спасется, и за нее буду благодарить Бога, но сердце мое болит за весь мир, и молюсь, и слезы проливаю за весь мир, чтобы все покаялись, и познали Бога, и жили в любви, и наслаждались свободою в Боге.

О все люди на земле, молитесь и плачьте о грехах своих, чтобы Господь простил их. Где прощение грехов, там нет уныния, там свобода совести и любовь, хотя бы и малая.

Господь не хочет смерти грешника и кающемуся дарует благодать Святого Духа. Она дает душе мир и свободу умом и сердцем быть в Боге. Когда Дух Святой прощает нам грехи, тогда получает душа свободу молиться Богу чистым умом, тогда она свободно созерцает Бога и в Нем бывает покойна и радостна. И это есть истинная свобода. А без Бога не может быть свободы, потому что враги угнетают душу плохими помыслами.

Скажу правду пред всем миром: я мерзок пред Богом и впал в уныние и отчаялся бы в своем спасении, если бы Бог не дал мне Свою благодать Святого Духа. И Дух Святой научил меня, и потому я пишу о Боге из труда, ибо Он влечет меня писать.

Жалею, и плачу, и рыдаю о людях. Многие думают о себе: я много нагрешил – убивал, грабил, насиловал, клеветал, распутничал, предавался греху безверия и уныния и многое другое делал. И от стыда не идут на покаяние. Но они забывают, что все грехи их пред Богом, что капля в море.

О братья мои! Вся земля! Покайтесь, покамест есть время. Бог милостиво ждет нашего покаяния. И все Небо, все святые ждут от нас покаяния. Как Бог есть Любовь, так Дух Святой во святых есть Любовь. Проси, и Господь простит. А когда ты получишь прощение грехов, то на душе у тебя будет радость и веселие, благодать Святого Духа войдет в твою душу, и ты скажешь: «Вот истинная свобода, она в Боге и от Бога».

Благодать Божия не отнимает свободы, а только помогает исполнять Заповеди Божий. Адам был в благодати, но воля его не была отнята. Также и Ангелы в Святом Духе пребывают, но не отнята у них свободная воля.

* * *

Многие люди из-за адского уныния не знают пути спасения, зашли во тьму и не видят Света Истины. А Он был, есть и будет и всех милостиво зовет к Себе: Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, познайте Меня, и Я дам вам покой и свободу.

Вот истинная свобода – когда мы в Боге. И я раньше не знал этого. До двадцати семи лет я только веровал, что Бог есть, но не знал Его; а когда душа моя познала Его Духом Святым, то стала с жаром рваться к Нему; и теперь, горя, ищу Его день и ночь.

Господь хочет, чтобы мы любили друг друга; в этом свобода – в любви к Богу и к ближнему. В этом и свобода и равенство. А в земных чинах равенства быть не может, но это неважно для души. Не всякий может быть царем или князем; не всякий может быть патриархом, или игуменом, или начальником; но во всяком чине можно любить Бога и угодить Ему, и только это важно. И кто больше любит Бога на земле, тот в большей славе будет в Царствии. Кто больше любит, тот сильнее стремится к Богу, тот ближе будет к Нему. Каждый будет прославлен в меру любви своей. И я узнал, что любовь бывает разная по силе своей.

Кто боится Бога, чтобы Его чем-нибудь не оскорбить, – это первая любовь.

Кто имеет ум, чистый от помыслов, – это вторая любовь, большая первой.

Кто ощутимо имеет благодать в душе своей – это третья любовь, еще большая.

Четвертая, совершенная, любовь к Богу – это когда кто имеет благодать Святого Духа и в душе, и в теле. У того освящается тело и будут мощи, то есть со временем, после кончины, останки подвижника станут мощами. Так бывает у великих святых мучеников, у пророков, у преподобных. Кто в этой мере, тот неприкосновенен для плотской любви. Он может свободно спать с девицей в одной комнате, не испытывая к ней никакого желания. Любовь Божия сильнее, чем любовь девицы, к которой влечется весь мир, кроме тех, кто имеет благодать Божию в полноте, ибо сладость Духа Святого перерождает всего человека и научает его любить Бога в полноте. При полноте любви Божией душа не прикасается к миру; хотя и живет человек на земле среди других, но от любви Божией забывает все в мире. И горе наше в том, что по гордости ума своего мы не стоим в этой благодати, и она оставляет душу, и душа ищет ее, унывая, плача и рыдая, и говорит: «Скучает душа моя о Господе».

«Слезно прошу Тевя утешь унывающие души людей Твоих»

Душа моя познала Тебя, Господи, и я пишу милости Твои народу Твоему. Не скорбите, народы, что вам трудно жить. Боритесь только с грехом и просите у Господа помощи – и даст вам, ибо Он милостив и любит нас.

О народы, слезно пишу я эти строки. Душа моя хочет, чтобы вы познали Господа и созерцали милости Его и славу. Мне семьдесят два года; я скоро должен умереть и пишу вам о милости Господней, которую дал мне Господь познать Духом Святым; и Дух Святой научил меня любить народ. О, я посадил бы вас на высокую гору, чтобы с высоты ее вы могли увидеть кроткое и милостивое лицо Господа, и возрадовались бы сердца ваши. Истину говорю вам: я не знаю в себе ничего доброго, и много у меня грехов, но благодать Святого Духа изгладила мои многие грехи, и знаю я, что тем, кто борется с грехом, Господь дает не только прощение, но и благодать Святого Духа, Который радует душу и дает ей глубокий и сладкий мир.

О Господи, Ты любишь создание Свое; и кто может уразуметь любовь Твою или насладиться ею, если Ты Сам не научишь Духом Твоим Святым?

Молю Тебя, Господи, пошли на людей Твоих благодать Святого Духа, да познают они любовь Твою. Согрей печальные сердца людей отчаившихся; пусть они в радости славят Тебя, забывая уныние и скорби земли.

Утешителю благий, слезно прошу Тебя, утешь унывающие души людей Твоих. Дай народам услышать Твой сладкий голос: «Прощаются вам грехи». Ей, Господи, в Твоей власти творить чудеса, и нет большего чуда, как любить грешника в его падении. Святого легко любить: он достоин. Ей, Господи, услышь молитву земли. Все народы скорбят, впав в грех уныния, все лишились благодати Твоей и живут во тьме.

О народы, воззовет к Богу вся земля – и услышана будет молитва наша, ибо радуется Господь покаянию людей; и все Небесные Силы ждут нас, чтобы и мы насладились сладостью любви Божией и видели красоту лица Его.

Когда люди хранят страх Божий, тогда тихо и сладко жить на земле. Но ныне народ стал жить по своей воле и разуму, и оставил заповеди святые, и без Господа думает найти радость на земле, не ведая что единый Господь есть радость наша и только в Господе веселится душа человека. Он согревает душу, как солнце греет полевые цветы, и, как ветер, качая их, придает им жизни. Все дал нам Господь, чтобы мы славили Его. Но мир не разумеет о сем. И как может кто разуметь о том, чего не видел и не вкушал? Я тоже когда был в миру, то думал, что вот счастье на земле: я здоров, красив, богат и люди любят меня. И я этим тщеславился. Но когда я познал Господа Духом Святым, тогда на все счастье мира стал смотреть, как на дым, который уносится ветром. А благодать Святого Духа радует и веселит душу, и она в мире глубоком созерцает Господа, забывая землю. Господи, обрати людей Твоих к Тебе! Да познают все Твою любовь! Да узрят в Духе Святом Твое кроткое лицо! Да насладятся все Твоим лицезрением еще здесь, на земле, и, видя, каков Ты есть, уподобятся Тебе.

* * *

Слава Господу, что Он дал нам покаяние, и покаянием спасемся все мы, без исключения. Не спасутся только те, которые не хотят каяться, и в этом я вижу их отчаяние, и много я плачу, жалея их. Они не познали Духом Святым, как велико Божие милосердие. А если бы каждая душа знала Господа, знала, как много Он нас любит, то никто не только не унывал и не отчаивался бы, но даже и не пороптал бы никогда.

Всякая душа, потерявшая мир, должна покаяться, и Господь простит грехи, и будет тогда радость на душе и мир; и не надо других свидетелей, но Сам Дух свидетельствует, что грехи прощены. Вот знак прощения грехов: если ты возненавидел грех, то простил тебе Господь грехи твои.

И чего нам ждать еще? Чтобы кто-нибудь с Неба пропел нам песнь небесную? Но на Небе все живет Духом Святым, и нам на землю Господь дал того же Духа Святого. И в храмах Божиих службы совершаются Духом Святым; и в пустынях, и в горах, и в пещерах, и всюду подвижники Христовы живут Духом Святым; и если будем хранить Его, то будем свободны от уныния и всякой тьмы и жизнь вечная будет в душах наших.

Если бы все люди покаялись и хранили заповеди Божий, то рай был бы на земле, ибо Царствие Божие внутри нас. Царствие Божие есть Дух Святой, а Дух Святой и на Небе, и на земле тот же.

Кающемуся Господь дает Рай и вечное Царство с Собою. По множеству милости Своей Он не помянет грехов наших, как не помянул их на кресте разбойнику.

Велика Твоя милость, Господи; и кто достойно может возблагодарить Тебя за то, что Ты дал на землю Духа Святого?

Велика, Господи, правда Твоя. Ты обещал Апостолам Твоим: «Не оставлю вас сирыми»; и мы теперь переживаем эту милость, и душа наша чувствует, что Господь любит нас. А кто не чувствует, тот пусть покается и живет по воле Божией, и тогда Господь даст ему Свою благодать, которая будет руководить душой. Но если увидишь грешащего человека и не пожалеешь его, то благодать оставит тебя.

Нам заповедано любить, а любовь Христова всех жалеет, и Дух Святой учит душу исполнять заповеди Божий и дает силы творить добро.

Душе Святый, не остави нас. Когда Ты с нами, то душа слышит присутствие Твое и блаженствует в Боге, ибо Ты даешь пламенно любить Бога.

Господь так возлюбил людей Своих, что освятил их Духом Святым и сделал похожими на Себя. Господь милостивый, и нам Дух Святой дает силу быть милостивыми. Братья, смиримся и покаянием стяжем себе милующее сердце, и тогда увидим славу Господню, которая познается душою и умом от благодати Святого Духа.

Кто истинно кается, тот с готовностью терпит всякую скорбь: голод и наготу, холод и жар, болезни и нищету, унижения и изгнания, неправды и клеветы, ибо душа стремится ко Господу и не заботится о земном, но чистым умом молится Богу. А кто привязан к имениям и деньгам, тот никогда не может иметь чистый ум в Боге, потому что в глубине души его постоянно сидит забота, что с ними сделать; и если он не покается чисто и не будет скорбеть, что оскорбил Бога, то так и умрет в страсти, не познав Господа.

Когда у тебя отнимают имущество, то ты отдай, ибо любовь Божия не может отказать; а кто не познал любви, тот не может быть милостивым, потому что нет у него в душе радости Святого Духа.

Если милостивый Господь Своими страданиями дал нам на землю Духа Святого от Отца, дал нам Тело Свое и Кровь, то ясно, что и все остальное, что нужно, даст Он нам. Предадимся на волю Божию и тогда увидим Промысл Божий, и даст нам Господь то, чего и не ждем. А кто не предается на волю Божию, тот никогда не может увидеть Промысла Божия над нами.

Не будем скорбеть о потере имущества: это маленькое дело. Меня этому еще родной отец научил. Когда случалась в доме беда, он оставался покоен. После пожара ему говорили: «Ты, Иван Петрович, погорел», а он отвечает: «Бог даст, поправлюсь». Однажды мы шли мимо нашего поля, и я сказал ему: «Смотри, у нас воруют снопы», а он мне говорит: «Э, сынок, Господь нам уродил хлеба, нам хватит, а кто ворует, стало быть, у него нужда есть». Я, бывало, ему скажу: «Ты подаешь много милостыни; а вот там лучше нас живут, а дают меньше», а он мне скажет: «Э, сынок, Господь нам даст, если нужда придёт». И Господь не посрамил надежды его.

Милостивому Господь сразу прощает грехи. Милостивый не помнит зла. Хотя бы его обидели или отняли имения, он будет равнодушен, ибо он знает милость Божию, а милость Господню никто из людей не может отнять, потому что она высока, она у Бога.

Те люди – девственники и смиренные, послушливые, воздержные и кающиеся в грехах своих – перешли на Небо и видят Господа нашего Иисуса Христа во славе, и слышат песни херувимские, и забыли землю. А мы мятемся на земле, как прах, носимый ветром, предаёмся унынию, а ум наш прилепился к земному.

О немощный мой дух. Он гаснет, как малая свеча от слабого ветра; а дух Святой горел жарко, как терновый куст, и не боялся ветра. Кто даст мне жар такой, чтобы не знал я покоя ни днем, ни ночью от любви Божией?

Горяча любовь Божия. Ради нее святые терпели все скорби и достигали силы чудотворения. Они исцеляли больных, воскрешали мертвых; ходили по водам, подымались во время молитвы на воздух, молитвою низводили дождь с неба. А я хотел бы научиться только смирению и любви Христовой, чтобы никого не обидеть, но молиться за всех, как за самого себя.

Горе мне! Я пишу о любви Божией, а сам мало люблю Бога, и потому печален зело, и скорблю, как Адам, изгнанный из Рая, и рыдаю, и криком кричу: «Помилуй мя, Боже, падшее создание Твое».

Сколько раз Ты давал мне благодать Свою, и я не хранил ее, потому что тщеславна душа моя; но душа моя знает Тебя, Творца и Бога моего; и потому ищу Тебя, рыдая, как рыдал Иосиф об отце своем Иакове на гробе матери своей, уводимый в египетское рабство.

Я оскорбляю Тебя грехами, и Ты уходишь от меня, и душа моя скучает по Тебе.

О Душе Святый, не оставь меня. Когда Ты уходишь от меня, то плохие мысли приходят ко мне и скучает душа моя по Тебе до великих слез.

О Пресвятая Владычице Богородице! Ты видишь уныние моё: я оскорбил Господа, и Он оставил меня. Но молю благость Твою: спаси меня, падшее создание Божие, спаси меня, раба Твоего.

Если ты зло думаешь о людях, то, значит, злой дух живет в тебе, и это он тебе внушает злые мысли на людей. И если кто не покается и умрет, не прощая брата, то душа его отойдет туда, где живет злой дух, который овладел душою.

Такой у нас закон: если ты прощаешь, это значит, что и тебе Господь простил; а если не прощаешь брату, то, значит, и твой грех остается с тобою.

Господь хочет, чтобы мы любили ближнего; и если ты помышляешь о нем, что любит его Господь, то значит, что любовь Господня с тобою; и если ты думаешь, что много любит Господь создание Свое, и сам жалеешь всю тварь, и любишь врагов своих, себя же считаешь хуже всех, это значит, что с тобою большая благодать Святого Духа.

Кто носит в себе Духа Святого хотя бы и немного, тот скорбит о всем народе день и ночь, и сердце его жалеет всякое создание Божие, особенно людей, которые не знают Бога или противятся Ему и потому идут в огонь мучения. За них он молится день и ночь, больше, чем за себя, чтобы все покаялись и познали Господа.

Христос молился за распинавших Его: Отче, не поставь им греха сего; не ведят бо, что творят (см. Лк. 23, 34). Архидиакон Стефан молился за тех, которые побивали его камнями, чтобы Господь не вменил им этого во грех (См. Деян. 7, 60). И мы, если хотим сохранить благодать, должны молиться за врагов. Если ты не жалеешь грешника, который будет мучиться в огне, то, значит, нет в тебе благодати Святого Духа, но живет в тебе злой дух, и покамест ты жив еще, старайся покаянием освободиться от него.

Я испытал лишь Духа Святого в совершенстве, но стяжать Его не могу.

Жалко мне, что я в молодые годы жил плохо и не подражал своему святому, угоднику Божию Симеону Столпнику (Дивногорпу). Дивно житие его. Ему было семь лет, когда явился ему Господь, и он сразу узнал Господа и спросил Его: «Господи, как Тебя распяли?» Господь распростер руки и сказал: «Так Меня распяли; но Я Сам того восхотел. Ты же сраспинайся Мне на всякий день».

Так надо нам понуждать себя на добро всю жизнь, а главное, прощать другим согрешения их, и тогда Господь не помянет и наших грехов и даст нам благодать Святого Духа.

Когда я был мирским, то любил от души прощать, и легко прощал, и молился с охотой за тех, кто сделал мне доброе, а когда пришел в монастырь, то послушником получил большую благодать, и она научила меня любить врагов и горячо молиться за них.

Святой Апостол Иоанн Богослов говорит, что Заповеди Божий не тяжки, а легки (1 Ин. 5, 3). Но легки они только от любви, а если нет любви, то все трудно. Поэтому храни любовь, не теряй ее, потому что, хотя и возможно ее вернуть, но это дается многими слезами и молитвами, а без любви трудно не унывать. А кто пребывает в злобе, то это смерть души, от чего да сохранит нас Господь.

Когда душа, которую взыскал Господь и которой дал Свою благодать, по какой-нибудь причине потеряет ее, то сильно скорбит по ней и снова желает обрести ее. О, как умоляет она Владыку день и ночь, чтобы помиловал ее и снова излил на нее Свою милость. И кто может описать воздыхания ее, или слезы, или коленопреклонения… И много-много лет трудится душа, ища той благодати, которую вкусила и которой усладилась. И бывает, долгое время испытывает Господь душу, верна ли она Ему; а душа, не видя в себе той сладости, которую познала, снова жаждет ее, и смиренно ждет, и постоянно влечется ко Господу жаром любви.

При благодати легко любить Бога и молиться день и ночь; но мудрая душа терпит и сухость и не унывает, а крепко уповает на Господа, и знает, что Он не посрамит надежды и даст в свое время. Благодать Божия приходит иногда скоро, а иногда долго не дается; но мудрая душа смиряется, и любит ближнего, и кротко несет крест свой, и тем побеждает врагов, которые стараются оторвать ее от Бога.

Когда грехи, как облака, скроют от души свет милосердия Божия, тогда душа, хотя и жаждет Господа, но пребывает унылой, немощной и бессильна, как птица, заключенная в клетку, хотя и порывается в зеленую рощу, но не может лететь, чтобы на свободе петь хвалебную песнь Богу.

Долго я мучился, не зная пути Господня, но теперь многими годами, и многими скорбями, и Духом Святым познал волю Божию. Все, что заповедал Господь (Мф. 28, 20), надо в точности исполнять, ибо это есть путь в Царство Небесное, где будем видеть Бога. Но не думай, что ты видишь Бога, а смиряй себя и помышляй, что по смерти будешь ввержен в темницу и там будешь томиться и скучать по Господу. Когда мы плачем и смиряем душу, то благодать Божия хранит нас, а если, оставив плач и смирение, предаемся унынию, то можем увлечься помыслами или видениями. Смиренная душа не имеет видений и не желает их, но чистым умом молится Богу, а тщеславный ум не бывает чистым от помыслов и воображения и даже может дойти до того, что будет видеть бесов и говорить с ними. Пишу об этом, потому что сам я был в этой беде.

Дважды я был в прелести. Первый раз, в самом начале, по неопытности, когда я был молодым послушником, и тогда Господь скоро помиловал меня. А второй раз уже от гордости, и тогда долго я помучился, прежде чем Господь исцелил меня по молитвам духовника.

Случилось это после того, как я принял некое видение. Четырем духовным мужам я открыл об этом видении, и ни один из них не сказал мне, что оно от врага, однако прелесть тщеславия борола меня. Но потом я и сам понял свою ошибку, потому что снова стали мне являться бесы не только ночью, но и днем. Душа их видит, но не боится, потому что я чувствовал с собой и милость Божию. И так много лет страдал я от них; и если бы Господь не дал мне познать Себя Духом Святым, и если бы не помощь Пресвятой и Благой Владычицы, то отчаялся бы я в своем спасении, но теперь крепко надеется душа моя на милосердие Божие, хотя по делам моим я достоин мучений и на земле, и во аде.

Долго я не мог разобраться, что со мной. Думаю: людей я не осуждаю, плохих помыслов не принимаю, послушание делаю исправно, в пище воздерживаюсь, молюсь непрестанно, почему же бесы повадились ко мне? Вижу, что я в ошибке, но не могу догадаться почему. Молюсь – они отойдут на время, а потом снова приходят. И долго душа моя была в этой борьбе. Говорил об этом нескольким старцам – они молчали, и был я в недоумении.

И вот однажды сижу я в келлии ночью и бесы пришли ко мне – полная келлия. Молюсь усердно – Господь отгонит их, но они снова приходят. Тогда встал я, чтобы сделать поклоны иконам, а бесы вокруг меня, и один впереди, так что я не могу сделать поклона иконам так, чтобы не получилось бы, что я бесу кланяюсь. Тогда я снова сел и говорю: «Господи, Ты видишь, что я хочу Тебе молиться чистым умом, но бесы мне не дают. Скажи, что должен я делать, чтобы отошли они от меня?» И был мне ответ от Господа в душе: «Горделивые всегда так страдают от бесов».

Я говорил: «Господи, Ты милостивый, знает Тебя душа моя; скажи мне, что должен я делать, чтобы смирилась душа моя?» И отвечает мне Господь в душе: «Держи ум твой во аде и не отчаивайся».

О милосердие Божие! Я мерзость перед Богом и людьми, а Господь так любит меня, и вразумляет меня, и исцеляет меня, и Сам учит душу мою смирению и любви, терпению и послушанию, и все милости Свои излил на меня.

С тех пор я держу ум свой во аде, и горю в мрачном огне, и скучаю о Господе, и слезно ищу Его, и говорю: «Скоро я умру и вселюсь в мрачную темницу ада, и один я буду гореть там, и тосковать о Господе, и плакать: „Где мой Господь, Которого знает душа моя?“».

И великую пользу получил я от этой мысли: ум мой очистился, и душа обрела покой.

Чудное дело. Господь мне велел держать ум свой во аде и не отчаиваться. Так близок Он к нам: се Аз с вами… до скончания века и еще: призови Мя в день скорби своея, и изму тя, и прославиши Мя (Мф. 28, 20; Пс. 49, 15).

Когда Господь коснется души, то она вся становится новой, но это понятно лишь тем, кто познал на опыте, ибо без Духа Святого нельзя познать небесное и Дух сей дан на землю от Господа.

Кто опишет радость знать Господа и ненасытно стремиться к Нему день и ночь? О, как блаженны и счастливы мы, христиане!

Нет ничего дороже, как знать Бога; и нет ничего худшего, как не знать Его. Но и тот блажен, кто хотя и не знает, но верует.

Я стал делать, как научил меня Господь, и усладилась душа моя покоем в Боге, и теперь день и ночь прошу у Бога Христова смирения. О, это Христово смирение! Я знаю его, хотя стяжать не могу. Я знаю его от благодати Божией, но описать не умею. Я ищу его, как драгоценный, светлый бисер. Оно приятно для души и слаще всего мира. Я опытом познал его. И вы не удивляйтесь этому. Дух Святой на земле живет в нас, и Он нас просвещает. Он дает нам познать Бога. Он дает нам любить Господа. Он дает нам мыслить о Боге. Он дает нам дар слова. Он дает нам славословить Господа. Он дает нам радость и веселие.

Дух Святой дает нам силы вести брань с врагами и побеждать их.

Молю я всех людей – прибегнем к покаянию и тогда узрим милость Господню. А тех, кто видит видения и верит им, молю понять, что от этого у них является гордость и с ней сладость тщеславия, в котором нет смиренного духа покаяния, и в этом беда, ибо без смирения нельзя победить врагов.

Я сам дважды ошибался. Один раз враг мне показал свет, и помысл говорил мне: прими, это благодать. Другой раз я принял одно видение и много пострадал за это. Однажды, в конце бдения, когда запели: Всякое дыхание да хвалит Господа, я услышал, как царь Давид в небе поет славословие Богу. Я стоял на хорах, и мне казалось, что нет ни крыши, ни купола и что я вижу отверстое небо. Я говорил об этом четырем духовным мужам, но никто мне не сказал, что враг посмеялся надо мной, а я сам думал, что бесы не могут славословить Бога и что, значит, это видение не от врага. Но прелесть тщеславия борола меня, и я снова стал видеть бесов. Тогда я познал, что обманулся, и все открыл духовнику, и просил его молитв; и за молитвы его я теперь спасен и всегда молю Господа даровать мне духа смирения. И если бы спросили меня: «Чего ты хочешь от Бога, каких даров?» – то я сказал бы: «Духа смирения, которому радуется Господь больше всего». За смирение Свое Дева Мария стала Божией Матерью и прославлена на Небе и на земле более всех. Она вся предавалась на волю Божию. Се, раба Господня, – сказала Она, и мы все должны подражать Святой Деве.

За смирение душа получает покой в Боге, но чтобы удержать этот покой, душа долго учится. Теряем мы сей покой, потому что не утвердились в смирении. И меня много обманывали враги. Я думал: душа моя знает Господа, знает, как Он благ и как много нас любит, как же мне приходят плохие помыслы? И долго я не мог разобраться, покамест не вразумил меня Господь, и тогда я познал, что от гордости являются плохие мысли.

Один неискусный монах страдал от бесов, и когда они напали на него, то он убегал от них и те гонялись за ним.

Если случится с тобой подобное, то не убойся и не беги, но стань мужественно, смири себя и скажи: Господи, помилуй меня, великого грешника, и бесы исчезнут; а если будешь трусливо бежать, то они загонят тебя в пропасть. Помни, что в тот час, когда на тебя нападают бесы, смотрит на тебя Господь, смотрит, как ты уповаешь на Него.

Если ясно увидишь сатану и он будет опалять тебя своим огнем и захочет пленить твой ум, то опять не убойся, но крепко надейся на Господа и говори: «Я хуже всех», и отойдет от тебя враг.

Если почувствуешь, что злой дух действует внутри тебя, и тогда не робей, но исповедуйся чисто и усердно проси у Господа смиренного духа, и Господь непременно даст, и тогда, по мере смирения своего, ты будешь ощущать в себе благодать, а когда совсем смирится душа твоя, тогда обрящешь совершенный покой.

И такую войну ведет человек всю жизнь.

Душа, которая познала Господа Духом Святым, если после того и падет в прелесть, то не пугается, но, помня любовь Божию и зная, что брань с врагами попускается за тщеславие и гордость, смиряется и просит у Господа исцеления, и Господь исцеляет душу иногда скоро, а иногда медленно, понемногу. Послушливый, который верит духовнику и не верит себе, скоро исцелится от всякого вреда, нанесенного ему врагами, а непослушный не исправится и впадёт в уныние.

У души война с врагом до гроба. И если на обычной войне убивают только тело, то наша война труднее и опаснее, потому что может погибнуть и душа.

За гордость мою Господь попустил врагу дважды сотворить брань с моей душой так, что душа моя стояла во аде, и могу сказать, что если душа мужественна, то устоит, а если нет, то может навеки погибнуть. Всем, кто, подобно мне, будет в такой беде, пишу: стойте мужественно и крепко надейтесь на Бога, и враги не устоят, ибо Господь победил их. Благодатью Божией я познал, что Господь милостиво печется о нас и ни одна молитва, ни одна хорошая мысль не пропадет перед Богом.

Господь часто как бы не слушает нас, но это только потому, что мы горделивы и нам неполезно исполнение просьбы. Гордость трудно распознать в себе, но гордого Господь оставляет помучиться своим бессилием, пока не смирится. А когда смирится душа, тогда враги побеждены и душа обретает великий покой в Боге.

Дважды я был в Духе Святом, и дважды я был в великой беде и перенес тяжелое искушение. А один раз попущено было мне испытать за служение страстям: благодать Святого Духа ушла от меня и я почувствовал себя скотиной в человеческом теле. Умом я не забыл Бога, но душа стала пустая, как у скотины. Я начал каяться – и благодать вернулась. Длилось это три дня.

Испытал я также во время молитвы, что не знал, был ли я в теле или вне тела, но душа моя созерцала Бога. И вот теперь я опытом знаю, что значит быть в Духе Святом и что значит быть без Него.

О братья, если бы вы могли разуметь томление души, которая носила Духа Святого, а потом потеряла Его! Томление это нестерпимо. Душа тогда прибывает в неописуемом унынии, скорби и печали.

О, это Адамово мучение по изгнании из Рая!

Архимандрит Фотий (Спасский). Об унынии[5]

Вопрос. Что такое уныние?

Ответ. Уныние есть дух нашего расслабления, от чего-либо происшедшее, в котором мы, забывая свое звание, лениво и нерадиво творим добродетели или и совсем подвиг благочестия оставляем. И потому уныние тяжким сном и душевною смертью можно именовать.

Вопрос. Во всех ли делах уныние расслабляет?

Ответ. Нет! В творении токмо Богоугодных добродетелей и постнических подвигов, а в мирских делах не расслабляет. Ибо сребролюбивые и славолюбивые неусыпно трудятся: первые дабы обогатиться; вторые же дабы прославиться. Но и тщеславных расслабляет уныние, когда их не прославляют.

Вопрос. От чего происходит сия страсть?

Ответ. 1) От нерассудительности и бездушия бывает уныние, от оного праздность (св. Петр Дамаскин).

2) От послабления себе самому: Ослаба, безпечалие и покой расслабляют и разленивают душу (авва Дорофей).

3) От пресыщения, которое также расслабляет и унылу творит душу.

4) И, наконец, от безмерной печали.

Вопрос. Каким образом печаль уныние производит?

Ответ. Если кто лишен чести, уничтожен и укорен будет, тогда сокрушается от печали сердце его, а от сего последует леность и совершенное расслабление в подвиге благочестия. Смиренный же сего непостраждет (св. Нил Синайский).

Вопрос. Что же от уныния происходит?

Ответ. Уныние – непреоборимая сущи страсть ослабляет тело, в ослабляемом же теле ослабляется и душа; обоим же расслабевшим, приходит сладострастие, растворение телесное, сладострастие же движет похотение… И тако человек побежден быв, падает (св. Григорий Синаит).

Вопрос. И других страстей не возбуждает ли в нас уныние?

Ответ. Все иныя страсти или яростной части души, или похотной токмо прикасаются, или помысленной, якоже забвение и неведение; уныние же, всех душевных сил приемлемо, все вкупе страсти подвижет (св. Максим Сотник). Тем же и всех иных страстей есть тягчайше. Доброе убо Господь на сие врачевание даде: в терпении вашем стяжите души ваша.

Вопрос. Кого более уныние расслабляет?

Ответ. В уединении пребывающих.

Вопрос. Опиши мне инока во унынии.

Ответ. Дух уныния, расслабив душу инока, к молитве творит его нерадива и умом рассеянна при псалмопении. Тогда он и келейное свое правило нарушает, молитву, псалмопение, чтение, богомыслие, пост, бдение, труды и всякое душеполезное дело умалять и пренебрегать начнет; возлюбит же праздность, от которой потом и келейное безмолвие сделается ему несносно так, что для разгнания скуки начнет он часто из келлии исходить для посещения братии под видом же сострадания к немощным. Он, не имея трезвости умной, внимания себе самому и собеседования с Богом, бывает многоречив с человеки не почитая за грех празднословие, кощунство, осуждение и клевету. Притом бывает он ласкосерд, чревоугодник, сонлив, жестокосердечен, блудосклонен, вещелюбив, завистлив, гневлив, малодушен, боязлив, многопечален, безнадежен, недоверчив, тщеславен, горд и другим порокам подвержен.

Вопрос. Какие главные пороки от уныния происходят?

Ответ. Излишнее упование на Бога и отчаяние.

Вопрос. Что есть излишнее упование на Бога?

Ответ. Отлагая покаяние и исправление жития грешить дерзостно в надежде милосердия Божия есть излишнее упование на Бога и грех смертный.

Вопрос. А отчаяние что?

Ответ. Сомнение в милосердии Божием, якобы тяжким грехам нет прощения, как думал братоубийца Каин: Вящшая вина моя, еже оставиши ми (Быт. 4, 13).

Вопрос. Чем себя от пороков сих сохранять?

Ответ. Противная противными и врачуются: отчаяние милосердием Божиим ко грешникам кающимся отражай, приводя во ум покаянием спасшихся разбойника, мытаря, блудницу, Петра отвергшагося, Павла, гонившаго Церковь и других. А излишнее упование истребляй воспоминанием временных и вечных казней, нераскаянным грешникам уготованных: Аще не покаетеся, ecu такожде погибнете (Лк. 13, 5).

Вопрос. Но скажи, как себя от корня сих – уныния предохранить?

Ответ. Имея в сердце своем страх Божий, в делах благочестия нимало не давай себе послабления, но проси от Бога помощи со слезами и елико сил твоих в творении добродетелей трудися, исполняя заповеди Господни, яко верный Его раб. А праздности и невоздержания в пище и питии убегай доблественно. Во время же злострадания не вдавай в печаль, но всякое искушение претерпевай мужественно. В терпении вашем, сказано, стяжите души вашя (Лк. 21, 19).

Вопрос. Как можно в тяжких искушениях не расслабеть духом?

Ответ. Не расслабеешь, если прежде уготовить душу твою ко искушениям по оному: Чадо, аще приступавши работами Господеви Богу, уготови душу твою во искушение: управи сердце твое, и потерпи; и не скор буди во время наведения, прилепися Ему, и не отступи, да возрастеши на последок твой (Сир. 2, 1, 3). А буде начнешь ослабевать в терпении, непрестанно молися ко Господу со слезами: «Избави, Господи, от уныния душу мою, и терпение даруй ми рабу Твоему, Владыко Человоколюбче»!

Вопрос. Разве не должно расслабеваться?

Ответ. Нет. Горе сердцу ослаблену! Горе вам, растерявшим терпение! И что сотворите, егда посетит Господь? (Сир. 2, 13, 14).

Вопрос. Научи, как уныние побеждать?

Ответ. Псалмопение и молитва уныние связуют, размышление же о смерти – враг его, а молитва и упование будущих благих умерщвляет его совсем. Уныние исцеляет терпение и еже все твориши со многим прилежанием и страхом Божиим (прп. Иоанн Лествичник). Устави себе во всяком деле и не отступи первее, донеле же скончаеши та и молися часто о благомощне и дух уныния отбежит от тебе (св. Нил Синайский).

Вопрос. Какой знак терпения, унынию противного?

Ответ. Если сие значит чрезвычайную леность или уныние, чтоб быть во всяком расслаблении и не иметь ни малейшаго терпения, то сие назватися может превосходнейшим великодушием, когда кто и в злоключении будучи находит в мыслях своих некоторую отраду… (прп. Иоанн Лествичник).

Но о сем довольно. Теперь время тщеславие описать.

Преподобный Иоанн Лествичник. О сущности и свойствах уныния и лености[6]

1. Уныние часто бывает одною из отраслей, одним из первых исчадий многословия, как мы уже и прежде сказали; потому мы сей порок и поставили впереди многих страстей, как на месте, ему приличествующему в лукавой цепи страстей.

2. Уныние есть расслабление души, изнеможение ума, пренебрежение иноческого подвига, ненависть к обету, ублажатель мирского, оболгатель Бога, будто Он немилосерд и нечеловеколюбив; в псалмопении оно слабо, в молитве немощно, в телесном же служении крепко как железо, в рукоделии безленостно, в послушании лицемерно.

3. Муж послушливый не знает уныния, чрез чувственные дела исправляя мысленные и духовные (делания).

4. Общежитие противно унынию, а мужу, пребывающему в безмолвии, оно всегдашний сожитель, прежде смерти оно от него не отступит и до кончины его на всякий день будет бороть его. Увидев келлию отшельника, уныние улыбается, и, приблизившись к нему, вселяется подле него.

5. Врач посещает больных поутру, а уныние находит на подвижников около полудня.

6. Уныние поощряет странноприимство; увещевает подавать милостыню от рукоделия; усердно побуждает посещать больных; напоминает о Том, Который сказал: Болен бех, и приидосте ко Мне (Мф. 25, 36); увещевает посещать скорбящих и малодушествующих; и, будучи само малодушно, внушает утешать малодушных.

7. Ставшим на молитву сей лукавый дух напоминает о множестве нужных дел и употребляет всякое ухищрение, чтобы только отвлечь молящегося от собеседования с Господом, под каким-либо благовидным предлогом.

8. Бес уныния производит трехчасовое дрожание,[7]боль в голове, жар, боль в животе; когда же настанет девятый час, дает слабее возникнуть; а когда уже и трапеза предложена, понуждает соскочить с одра; но потом, в час молитвы, снова отягощает тело; стоящих на молитве он погружает в сон, и в безвременных зеваниях похищает стихи из уст.

9. Каждая из прочих страстей упраздняется одною какою-нибудь противостоящей ей добродетелью; уныние же для инока есть всепоражающая смерть.

10. Мужественная душа воскрешает и умерший ум; уныние же и леность расточают все богатство. Но как из всех восьми предводителей злобы дух уныния есть тягчайший, то поступим и с ним по тому же порядку, как с другими; однако прибавим еще следующее.

11. Когда нет псалмопения, тогда и уныние не является, и глаза, которые закрывались от дремоты во время правила, открываются, как только оно кончилось.

12. Во время уныния обнаруживаются подвижники; и ничто столько венцов не доставляет иноку, как уныние.[8]

13. Наблюдай и увидишь, что оно борет тех, которые стоят на ногах, склоняя их к тому, чтобы сели; а сидящих увещевает опереться на стену; оно заставляет посмотреть в окно келлий, побуждает производить стук и топот ногами. Плачущий о себе не знает уныния.

14. Свяжем теперь и сего мучителя памятию о наших согрешениях; станем бить его рукоделием, повлечем его размышлением о будущих благах; и когда оно предстанет нам, предложим ему подобающие вопросы.

15. Итак, скажи нам, о ты, нерадивый и расслабленный, кто есть зло родивший тебя? И какие твои исчадия? Кто суть воюющие против тебя? И кто убийца твой?

Он отвечает: «В истинных послушниках я не имею, где главу подклонить, а имею для себя место в безмолвниках, и с ними живу.

Родительницы у меня многие: иногда бесчувствие души, иногда забвение небесных благ, а иногда и чрезмерность трудов.

Исчадия мои, со мною пребывающие: перемены местопребываний, пренебрежение повелений отца духовного, непамятование о последнем суде, а иногда и оставление монашеского обета. А противники мои, которые связывают меня ныне, суть псалмопение с рукоделием.

Враг мой есть помышление о смерти. Умерщвляет же меня молитва с твердою надеждою сподобиться вечных благ; а кто родил молитву, о том ее и спросите».

Восприятие скорбей христианином[9]

Долготерпение – матерь всех благ.

Прп. Варсонофий Великий

Встречаясь со скорбями, может ли христианин молить Бога об избавлении от них или просить других молиться за него?

На этот вопрос прпп. Варсонофий Великий и Иоанн отвечают так: Совершенные не отстраняют от себя гнев Божий, потому что всю надежду возлагают на Бога; но мы, как плотские и нуждающиеся еще в земных вещах, будем осуждать самих себя как согрешающих в том и отстраним от себя гнев Божий молитвою и псалмопением, моля Бога, да простит Он нас, и впредь будем стараться благодарить Бога. Ибо после, как это пройдет, грехи наши навлекут на нас еще худшее, и без покаяния и милостыни невозможно прекратить постигающие нас бедствия.

Как видно из ответа преподобных, в таких случаях можно поступать двояко. Для более слабых духом необходимо молиться и каяться в грехах (хотя бы и неосознанных), чтобы смягчить гнев Божий и отстранить от себя новые, может быть, еще более тяжелые скорби.

Но наиболее сильные духом христиане не считают возможным уклоняться от скорбен как от воли Божией – всегда благой, в чем бы она ни проявилась.

Прп. Антоний Великий пишет про это: Как неуместно не благодарить врачей за оздоровление тела и тогда, когда они дают нам врачевства горькие и неприятные, так неуместно и оставаться неблагодарными к Богу за то, что кажется нам нерадостным – не разумея, что все бывает по Его промышлению и на пользу нам.

А прп. Исаак Сирианин так говорит о праведнике: Если встретятся ему скорби, то он как бы уверен и точно знает, что скорби доставят ему венец; и терпит их со всякою радостью, принимает их с веселием и радованием. Ибо знает, что Сам Бог по причинам, полезным ему, предназначает их в Своем неявном промышлении о неведомом для нас.

Вот один из примеров этого.

Один инок приходил к келье великого старца и крал у него жизненные припасы. Старец видел это, но не обличал брата, а занимался более усердно рукоделием, говоря: «Думаю, этот брат нуждается». И старец нес тяжкую скорбь, терпя большой недостаток в хлебе.

Когда старец отходил ко Господу, братия окружили его. Он, увидев между ними брата, который постоянно крал у него хлеб, сказал ему: «Подойди ко мне, брат». Когда брат подошел, старец схватил его руки и начал целовать их, говоря: «Благодарю эти руки, при посредстве их я надеюсь войти в Царство Небесное». Инок раскаялся, принес покаяние и сделался строгим монахом.

Так покорность воле Божией в посылаемой скорби послужила на великую пользу и самому старцу, и согрешившему иноку.

Поэтому в тех случаях, когда христианина постигает какое-либо несчастье или скорбь, святые отцы всегда предлагают понести ее терпеливо, благодушно и не отвращаться от нее, и в смирении считать себя достойным еще больших несчастий, чем посланное.

К старцу Леониду Оптинскому пришел горшечник, один из его духовных детей, у которого украли колеса от повозки, на которой он отвозил на базар изготовляемые им горшки. Он сказал старцу, что знает вора и может отыскать колеса.

«Оставь, Семенушка, не гонись за своими колесами, – ответил старец, – это Бог тебя наказал; ты и понеси Божье наказанье, и тогда малою скорбью избавишься от больших. А если не захочешь потерпеть этого малого искушения, то больше будешь наказан».

Горшечник послушал старца. И, по его свидетельству, в поздние времена ему грозили большие несчастия, но Господь всегда избавлял его от них.

Нельзя при скорбях надеяться отвратить их без молитвы и покаяния посредством каких-либо святынь, ища от них спасения, подобно тому, как язычники применяют талисман.

Так в одном семействе повторялись семейные несчастья. Супруги приехали в Оптину пустынь и обратились за помощью к своему земляку – иеромонаху Гавриилу. Тот вздумал было помочь их горю херувимским ладаном, но предварительно пошел за благословением к старцу Леониду.

«Неправ ты, – сказал ему старец, – поможет ли тут херувимский ладан? Где гнев Божий, там Господь не щадит и Своей святыни. Тут потребно искреннее раскаяние в грехах, за которые послан гнев Божий, и исправление».

И когда беды являются следствием греха, то единственным средством избавления от них является покаяние и понесение произвольного наказания – епитимий.

Вместе с тем, как говорит свт. Игнатий Брянчанинов: Во время напастей не ищи помощи человеческой. Не трать драгоценного времени, не истощай сил души твоей на искание этой бессильной помощи. Ожидай помощи от Бога: по Его мановению в свое время придут люди и помогут тебе.

Когда не хватает силы терпеть, святые отцы рекомендуют нам различные способы для приобретения терпения в страданиях. Для этого надо вспомнить самые трудные и тяжкие минуты своей жизни и сравнить с ними тяжесть, которую сейчас переносишь. Также можно приводить себе на ум те сильные страдания и несчастья, которые терпят другие люди (например, в темницах, на одре неизлечимой и тяжкой болезни, при умирании от голода и другое), и тогда свои личные страдания могут показаться незначительными.

Прп. Исаак Сирин говорит: Содержи всегда в уме тягчайшие скорби скорбящих и озлобленных, чтобы самому тебе воздавать должное благодарение за малые и ничтожные скорби, бывающие у тебя, и быть в состоянии переносить их с радостью.

«Вместе с тем, – как пишет о. Александр Ельчанинов, – нет другого утешения в страданиях, как рассматривать их на фоне «того мира»; это и по существу единственная точка зрения верная. Если есть только этот мир, то все в нем сплошь бессмыслица; разлука, болезни, страдания невинных, смерть. Все это осмысливается в свете океана жизни невидимой, омывающей маленький островок нашей земной жизни. Кто не испытывал дуновений «оттуда» в снах, в молитве? Когда человек находит в себе силы согласиться на испытание, посылаемое Богом, он делает этим огромный шаг вперед в своей жизни.

Наши трудности и горести, если мы их несем добровольно, соглашаемся на них, питают и укрепляют душу, они непосредственно превращаются в богатства духовные: «кратковременное легкое страдание наше производит в безмерном преизбытке вечную славу» (2 Кор. 4, 17), это благодатный ветер, надувающий паруса нашего духа…

И в тот момент, когда человек с благодарностью примет от Бога посланные ему страдания, он сразу войдет из них в такой мир и счастье, что всем кругом него станет светло и радостно. Лишь бы пожелать этого – и Бог пошлет.

Поэтому мужественная душа инстинктивно ищет жертвы, случая пострадать и духовно крепнет в испытаниях».

Вместе с тем христианин должен помнить о том, что как радости, так и скорби в мире часто бывают кратковременными и одна сменяет другую. Об этом так пишет митрополит московский Филарет: «Почему вы думаете, что далеко радость? Она близко: позади скорби, как в Песне Песней: «Жених за стеною близ невесты». «Вечер водворится плач, и заутра радость» (Пс. 29, 6)».

Вместе с тем, как пишет митрополит, что плач святых о временном лишении не назван благоприятною жертвою Богу, а наше продолжительное и тяжкое сетование не только не богоугодно, но даже бывает грешно. Нам сказано: «Не скорбите, как прочие, не имущие упования».

«Наше дело нести налагаемые кресты с любовью, детским смирением и христианским терпением, а не измерять их и не сравнивать с другими, не сетовать в лишениях, а бодрствовать над собою и крепиться, дабы, изнемогши, не лишиться уготованной награды. Поэтому, если терпишь скорби безвинно, благодари Бога. В слове «безвинно» есть сильное врачевство против скорби».

Святитель Игнатий Брянчанинов говорит: Упражнение в самоукорении вводит в навык укорять себя. Когда стяжавшего этот навык постигает какая-либо скорбь, тотчас в нем является действие навыка, и скорбь принимается как заслуженная.

Святитель Феофан Затворник пишет, что за всякую неприятность благодари Бога, помня, что она послана ради твоей пользы.

«Главная причина всякого смущения, – говорит прп. Авва Дорофей, – если мы тщательно исследуем, есть то, что мы не укоряем себя. Отсюда проистекает всякое расстройство: по этой причине мы никогда не находим спокойствия».

«Укоряющий себя куда бы ни пошел, – сказал и прп. Пимен Великий, – что бы с ним ни случилось, вред ли, или бесчестие, или какая скорбь, уже предварительно считает себя достойным всего неприятного и никогда не смущается. Может ли быть что спокойнее этого состояния»

Здесь, вместе с тем, следует предупредить, что укорение себя должно быть только в грехах, но отнюдь не за какие-нибудь житейские ошибки или промахи, вызвавшие те или иные несчастья.

Про это так пишет старец Зосима из Троице-Сергиевой Лавры: Несчастия и горести посылаются нам Провидением для испытания нас, для укрепления нас в подвижнической. Величайший подвиг – терпеть без ропота до конца дней своих все, что ниспосылается нам в этой земной жизни, полной печали и слез. «Претерпевший же до конца спасется».

Однако никогда не нужно приписывать себе тяжелых случаев, бывших с тобою и близкими тебе. Нет, все это не от себя, а ниспосылается тебе как крест. Неси же его благодушно, воодушевленный светлой надеждой и твердой верой, что там, «идеже несть ни болезнь, ни печаль, ни воздыхание», там, в вечной жизни, скорбь, перенесенная здесь с упованием и терпением, даст тебе и твоим близким такую радость и такую близость к совершенной Любви и Истине, которую и вообразить себе человек не может.

Если ты несешь скорбь с терпением, этим ты свидетельствуешь свою верность Христу, свою преданность Спасителю и свою любовь к Воскресшему из мертвых и нас всех к Себе зовущему.

Переживая скорбь, никогда нельзя считать виновным в ней своего ближнего. Об этом так пишет архиеп. Варлаам Ряшенцев: Терпи обиды, неприятности, несправедливости, не дерзай по гордости винить в них твоего ближнего. Вина лежит в тебе, а не в нем: Господь желает очистить твои грехи, вот и посылает тебе как бы незаслуженную обиду и скорбь, но она заслужена тобою, твоими разными грехами, другими, прежними.

И прими скорбь с радостью, как лекарство очистительное от Самого Господа, а обидчика считай небесным другом, целителем твоей души.

Бойся судить обидчика, укорять и винить – он твой благодетель, допущен Богом для очищения твоих грехов, для твоего смирения и терпения.

Итак, при перенесении страданий и невзгод для христианина ропот и выражение недовольства совершенно недопустимы.

Святые отцы запрещают даже жаловаться на погоду, говоря, что «слишком холодно» или «слишком жарко».

Будем помнить также, что Господь не оставляет нас никогда. И Он с нами в самые скорбные, безотрадные минуты. Будем помнить слова из псалма: Воззовет ко Мне, и услышу его; с ним Я в скорби; избавлю его… и явлю ему спасение Мое (Пс. 90, 15–16).

О том же пишет и апостол Павел: По мере, как умножаются в нас страдания Христовы, умножается Христом и утешение наше (2 Кор. 1, 5).

Великое приобретение для христианина, когда он научится в жизни одинаково принимать от Господа все, что ему посылается – сладкое и горькое, легкое или тяжелое, радостное или печальное, и с неизменной благодарностью к Богу говорит себе: Я и той доли не стою, которой в настоящее время наградил меня Господь.

Вот еще что про восприятие страданий писала одна христианка: «Господь – со мной. Он меня любит. Чего мне бояться? Сколько радости и утешения и силы несут с собой эти слова!

1) Господь все знает и любит меня. Он покроет мою ошибку, если так лучше для меня.

2) Я больна, меня ждут большие страдания. Но Господь все знает и любит меня. Если Он мне посылает страдания, то Он с заботливостью матери пошлет помощь, а страдать не даст выше сил.

3) Господь все знает и любит меня и, если нужно, пошлет мне хоть одну отзывчивую душу.

Слова эти применимы во всех обстоятельствах жизни, во всех состояниях души. Но для этого нужна чистая и крепкая связь души с Господом».

Однако, по словам старца Силуана, страдание не принесет пользы, если человек не смирится.

О. Александр Ельчанинов пишет: Постоянное явление (у некающихся грешников), что страдания не обращают души к Богу, что они бесплодно раздавливают ее и являются, таким образом, безрезультатными.

Тогда человек под влиянием несчастий как-то грубеет. И это ясно от чего: человек жадно кидается на жизнь, на счастье, ставит его выше всего, вне Церкви, Бога, любви ко Христу, и обрушивается несчастье, застает его врасплох, озлобляет, огрубляет его.

Пот, слезы, кровь… Если проливается пот с внутренним противлением, злобой, проклятием; если слезы – от обиды, злобы; если кровь (болезнь) – без веры, то ничего доброго душа не приобретает…

Почему так спасительны были страдания блудного сына? Почему он, «войдя в себя», нашел путь спасения? – Потому что он вспомнил дом отца, потому что он твердо знал, что есть этот дом; потому что он любил его, потому что – оставив язык образов – грешник этот верил в Бога. Вот что спасает нас в страданиях. Вот что открывает нам врата Небесного Чертога, единственные врата, в которые стоит стучаться.

Поэтому страдания, с точки зрения духовного роста, ценны не сами по себе, а только по своим результатам. Отнимая земное счастье, они ставят человека лицом к лицу с высшими ценностями, заставляют его открыть глаза на себя и мир, обращают его к Богу.

Отсюда следует, что земное счастье, связанное со всегдашней памятью о Боге, не исключающее напряженности духовной жизни, – есть безусловное добро; равно как страдания, если они озлобляют или принижают человека, не преображая его, не давая благотворной реакции, – только сугубое зло.

Это ответ на очень распространенное убеждение, что Церковь и Евангелие осуждают всякое земное счастье и зовут к страданиям ради них самих.

Отсюда можно также заключить, что характер восприятия человеком скорбей является показателем его близости к Богу и наличия в нем основных христианских добродетелей – веры, смирения и покорности Промыслу Божию о нем.

Схиигумен Савва. Уныние и отчаяние[10]

Гордость – это самый лютый, самый жестокий враг из всех наших врагов невидимых. Помимо всех несчастий, она рождает хулу на Бога и повергает душу в уныние и отчаяние.

Хульные помыслы обычно стыдятся исповедать духовному отцу, утаивают их и носят в сердце своем целыми десятилетиями. Это многих повергает в уныние, а порой отчаяние и безнадежность.

Уныние, и тем более отчаяние, есть признак малодушия, признак того, что душа неопытна в духовной жизни, духовной брани; признак того, что человек не знает или забывает о том, сколь милосерд и любвеобилен Господь.

Не дай Бог поддаться духу уныния! От уныния до отчаяния один шаг. Избави, Господи!

Никогда не забывай, что злая сила, когда приводит душу ко греху, тогда показывает ей Божеское милосердие и снисхождение, а когда человек впадает в грех, тогда запугивает его строгостью и правосудием Божиим, чтобы ввергнуть в беспрерывное уныние и отчаяние. А ты знай его хитрость и делай наоборот: когда представится случай ко греху, сразу вспомни о правосудии Божием и о строгости наказания, а когда согрешишь, тогда скорее кайся, помышляя о милосердии Божием, но только не унывай.

Мужественные и твердые духом не отчаиваются в искушениях, каковы бы они ни были, но мужественно борются с ними или терпеливо ожидают конца их и только усиливают молитвы, чаще читают книги житий и поучений святых отцов, чаще ходят в церковь, исповедуют свои грехи и причащаются Святых Христовых Тайн. В этом случае дьявол скоро оставляет подвижника, и искушение проходит. Так и ты делай. И будь уверен, что Господь простит тебе всякий грех, только не унывай, а чистосердечно раскаивайся в нем.

Нам ли, христианам, отчаиваться? Каждый из нас должен хорошо-хорошо уяснить себе такую истину, что если бы Правосудию Божию потребовалась вторая Крестная Жертва для спасения единого грешника, то Христос с радостью и любовью восшел бы опять на Крест, чтобы избавить этого грешника от мук, и перенес бы за него лютейшие страдания и муки.

Ты думаешь, это преувеличение? Нет, мой друг! Размысли сам… Представь, как нам бывает тяжело в присутствии человека, который и одет в зловонную, отвратительную одежду, и сам такой грязный, что прикоснуться к нему омерзительно. Даже когда он на расстоянии от нас – и то вызывает в нас неприятное ощущение брезгливости. И даже когда близкий, любимый родственник (ну, например, супруга, родители, дети) обнимает, целует, а изо рта у него исходит ужасный запах… Ух, как неприятно! Затаиваешь дыхание, чтобы не обонять зловоние.

Так и хочется скорее оттолкнуть такого человека, скорее освободиться от его присутствия, чтобы он не портил настроение, чтобы легче можно было вздохнуть без него.

А ведь перед Святейшим и Чистейшим Господом мы еще более грязны и зловонны, но Он нас не отталкивает, а, наоборот, Сам призывает нас к самому близкому и тесному общению с Собою, предлагая Себя в снедь в Пречистых Тайнах. Грехи наши прощает, которые мы исповедуем; очищает и убеляет душу.

А те грехи, которые остаются на душе нераскаянными по забвению или по стыду утаённые и смердят своим зловонием, Господь терпит… Да, да! Мучается, задыхается, но терпит.

Всякий грех, как гвоздь, как удар молотка, вторично пригвождает Его ко Кресту, увеличивает страдания, но Он терпит, Он любит… Он ждет, когда Его подвиг, наконец, поразит наше сердце ответной любовью… хотя бы только состраданием, чтобы мы уж если не ради великой благодарности и любви, то хоть ради жалости к Нему безвинному перестали мучить Его своими грехами для своего же блага, для своего же спасения и вечной жизни.

Мы его огорчаем, распинаем, а Он терпеливо ждет, когда же мы опомнимся, наконец! Мы всю жизнь мучаем Его, а Он готовит нам райскую обитель в Царстве Своем, ожидая нашего исправления хотя бы при конце жизни…

Что можно еще сказать? Какой величайший урок, какую согревающую душу надежду дарует нам Господь!

Радуйся, что для смирения твоего Господь попустил тебе познать горечь греха и не припомнит тебе его, если после покаяния не возвратишься к нему опять. Теперь ты, умудренный опытом жизни, с большим чувством, с большей любовью будешь благодарить Бога за избавление от греха, а память греха и смерти будет держать тебя в постоянном спасительном чувстве смирения и кротости.

Старец Никодим Святогорец. Об унынии души, об охлаждении и сухости сердца[11]

Духовная в сердце теплота есть плод чувства к Богу и всему божественному. Зарождение ее современно обращению к Богу в покаянии. Во время покаянных трудов над очищением сердца она все более и более усиливается и из прерывающейся или по временам посещающей сердце постепенно переходит в непрерывную, пока станет наконец состоянием сердца.

Когда святой Иоанн Лествичник советовал в одном месте: старайся всегда быть в чувстве к Богу и божественному, то разумел сию теплоту.

Всякий предмет, услаждающий сердце, согревает его; потому теплот сердечных много. Духовная теплота порождается от воздействия на сердце духовных предметов, что бывает в порядке духовной жизни. Отличительная черта ее есть отрешение от всего тварного и прикрепление внимания к Богу и всему божественному. По сей черте она отстоит от теплот душевных и телесных, как небо от земли.

Чувство духовной теплоты сосредоточенно и является простым и единичным; но в существе дела оно есть соединение во едино многих духовных движений, как луч солнца есть соединение семи радужных лучей. В нем есть благоговение, сокрушение, умиление, припадение, поклонение, святая ревность, боголюбие. Как все такие чувства духовные не вдруг установляются в сердце, так теплота духовная не вдруг делается достоянием нашего сердца.

Пока духовная в сердце теплота не сделается постоянным его состоянием, дотоле она приходит и отходит. Приходит или сама собой, как гость небесный, или бывает плодом духовных упражнений, – чтения, размышления, молитвы, актов самоотвержения и добродеяния. Отходит, когда внимание отклонится от предметов духовных, а за ним и сердце вкусит и усладится чем-то недуховным. Этим погашается духовная теплота, как водою огонь.

Хочешь хранить духовную сию в сердце теплоту? Будь вниманием внутрь и молитвенно предстой Богу в сердце, не унывай и не допускай блуждания помыслов рассеивающих, не впускай в сердце сочувствий к чему-либо душевному и плотскому, пресекай тотчас порождения многозаботливости, храни живою воспринятую тобою ревность о богоугождении и о спасении души, в делах же внешних блюди разумный строй, направляй их все к главной твоей цели и, делая одно, не обременяй мысли попечением о многом. Но, прибавлю, когда узнаешь сию теплоту, не можешь не усиливаться хранить ее; усиливаясь, станешь употреблять пригодные к тому средства; употребляя же их, увидишь, как тебе удобнее соблюсти свою теплоту. Если разумно возьмешься за сие дело, то теплота духовная сделается для тебя верною учительницею, как управляться с своим внутренним и как держать себя во внешних делах и во всем поведении своем, чтоб блюсти ее самую.

Сколь сладостно присутствие духовной теплоты в сердце, столь же горько, томительно и страшливо, когда она отойдет. Отходит она, как замечено, когда внимание и сердце отклонятся от духовного и обратятся к недуховному. Под этим разумеется не греховное что, – ибо вкусивший духовной теплоты бывает уже на это неохоч, – но вся душевно-телесная область, суетная, земная, тварная. Как только уклонится к сему внимание, духовная теплота тотчас понижается; когда же и сердце к тому прильнет, она совсем отходит и оставляет холодность ко всему божественному и самому Богу, сопровождаясь и равнодушием ко всем духовным деланиям и занятиям, какие были держимы в видах хранения сей теплоты. Кто опомнится тотчас и поспешит поставить себя опять в свой обычный теплопроизводительный строй, теплота возвращается, скоро ли то, или не так скоро. Но кто не обратит на то внимания и по рассеянности, увлечению и самонадеянности позволит себе сознательно помедлить в этой охлаждающей атмосфере, и тем паче, если и делом поскользнется удовлетворить свои, воскресающие при сем недуховные вкусы, у того и самая ревность о жизни духовной пошатнется, а то и совсем замрет. Последнее есть преддверие падения в прежние обычные грехи, которые и не замедлят постигнуть беспечного. Но опомнившийся и отсюда удобно возвращается к духовному строю своему.

Так всегда происходит охлаждение; бывает же это по нашей вине, именно по ослаблению внимания и бдительности над собой, – то по соблазнам окружающей труженика мирской среды, когда прелести мира, одуряющим образом воздействовав, похищают человека из себя самого, – то по козням врага, ухищряющегося выманивать человека из себя во вне, в чем успевает он иногда, примешивая только к естественным движениям образов фантазии и свои, наипаче увлекательные, иногда воздействуя каким-то образом и на тело. Но какая бы причина ни была, действие охлаждения начинается выходом внимания извнутри, и установляется в своем дальнейшем течении прилеплением сердца к чему-либо, сначала пустому и суетному, потом страстному и греховному. И в нем всегда виноват сам человек. Ибо ни мир, ни диавол не насилуют свободы, а соблазняют только ее.

Бывает охлаждение и от благодати. Духовная теплота в истинном своем виде есть плод присутствия в сердце благодати. Когда посещает благодать, на сердце тепло, а когда отходит – холодно. Отходит благодать, и когда человек сам выходит во вне к недолжным вещам. И тогда отхождение сие и есть и называется наказательным.

Но иной раз благодать сама отходит в видах споспешествования духовному преуспеянию рабов Божиих. И тогда отхождение сие есть и называется обучительным. Но следствие и в этом случае то же – охлаждение, чувство пустоты в сердце: ибо отошел гость и посетитель. Разность в сих охлаждениях та, что виновное охлаждение разслабляет самую ревность о духовной жизни; охлаждение вследствие обучительного отступления благодати наиболее распаляет ее, что бывает и одною из целей отступления благодати обучительного.

Благодать Божия сама, обучительно, отступает по следующим причинам: чтобы раздражить ревность, которая иной раз ослабляется от длительности пребывания в покое и печали; чтоб повнимательнее осмотрелся человек и отстранил сочувствия и занятия, которые не прямо принадлежат к богоугодной жизни и не в Боге конец свой имеют; чтобы восстановить в большей силе сознание и чувство, что все доброе, бывающее в нас, есть плод благодати Божией; чтоб на будущее время больше ценили Божий даяния, ревностнее заботились о хранении их и глубже смиренствовали; чтоб искреннее предавали себя в руки промышления Божия, с совершеннейшим самоотвержением и самоуничижением; чтоб не прилеплялись к самым духовным утешениям и не разделяли, таким образом, сердца своего надвое, когда Бог хочет, чтоб оно все Ему единому принадлежало; чтоб и при действии благодати Божией не опускали рук, но неусыпно работали на пути Божием, напрягая все силы свои, данные нам Богом именно для этого.

Таким образом, и когда охлаждение происходит от обучительного отступления благодати Божией, причиною тому служишь ты сам: ибо благодать Божия, хотя отступает сама, но отступает, смотря на тебя. Почему, когда почувствуешь в себе охлаждение к вещам и занятиям духовным и ко всему божественному, войди в себя и рассмотри, по какой причине оно произошло, и, если в этом твоя вина, поспеши ее устранить и изгладить, ревнуя не о возвращении духовных утешений, а паче об уничтожении в себе того, что окажется неподобающим и Богу неугодным.

Если же не увидишь ничего такого, покорись воле Божией, сказав в себе: «Так судил Бог; буди воля Твоя, Господи, на мне немощном и ничего не стоющем». И затем терпи и жди, отнюдь не позволяя себе сколько-нибудь отступать от обычного порядка своей духовной жизни и духовных деланий и упражнений; побеждай напавшее безвкусие в них насильным себя к ним принуждением, не внимая отвлекающим от такого труда помыслам, будто такое занятие бесплодно; охотно испивай сию чашу горечи, говоря к Господу: Виждь смирение мое и труд, и не остави милости Твоей от меня, – и воодушевляй себя на то верою, что чашу сию поднесла тебе любовь Божия, желающая тебе большего совершенства духовного.

Не на Фавор только охотно иди вослед Господа, но и на Голгофу, то есть не тогда только, когда чувствуешь внутрь себя божественный свет и духовные утешения и радости, но и когда нападают уныние, омрачения, скорби, туги и горечи, которые приходится иной раз вкушать душе от демонских искушений, внутренних и внешних. Пусть даже охлаждение это будет сопровождаемо таким омрачением и смущением, что ты не будешь знать, что тебе делать и куда обратиться, не бойся и при этом; но стой твердо в своем чине, держись на кресте сем благопокорно, далеко отревая от себя всякое земное утешение, которое вздумает предлагать мир или плоть, по наущениям врага. Старайся также скрывать сию немощь свою и уныние от всякого лица и не говори о ней никому, кроме духовного отца своего, не жалуясь, однако ж, на посланную тебе тяготу, а скорее ищи научения, как на будущее время избегать ее, а эту благодушно перенесть, пока Богу угодно будет держать тебя в ней.

Молитвы же твои, причащение и другие духовные упражнения, продолжая совершать как обычно, совершай не для получения сладостей духовных, не для того, чтоб быть сняту с настоящего Креста, но для того, чтоб дарована была тебе сила благодушно пребывать на нем во славу распеншегося за нас Христа Господа и всегда жить и действовать так, как сие Ему благоугодно.

Если иной раз и не можешь ты в этом состоянии молиться и в благих пребывать помышлениях, как обычно бывало, по причине великого уныния, омрачения и смущения ума, делай все сие, как можешь, только без лености и поблажки себе; и то, чего не можешь ты явить в совершенстве делом, будет принято явленным в совершенстве по желанию твоему, исканию и усилию. Пребудь в сем желании, искании и усилии и увидишь дивные плоды того – воодушевление и силу, кои преисполнят душу твою.

Предложу тебе образчик того, как прилично тебе взывать к Богу во время такого омрачения ума твоего. Взывай:

Почему унываешь ecu, душа моя? И почему смущавши мя? Уповай на Бога, яко исповемсяЕму: (Ты) спасение лица моего, и Бог мой (Пс. 42, 5). Почему, Господи, отступил Ты далече от меня и презиравши меня, сущего в скорбех? (Пс. 9, 22)… Не остави мене, Господи Боже мой, не отступи от мене (Пс. 37, 22).

Припомни молитву, какою, по вдохновению Божию, молилась Сарра, возлюбленная жена Товии, во время скорби своей, и ее употреби, живым взывая гласом:

Верно ведает всякий, работающий Тебе, Господи, что жизнь сия, если будет под испытанием, увенчается, и еели в скорби будет, избавление приимет, и в самом истлении не прейдет по милости Твоей. Ты не радуешься о погибели нашей, но после бури и волн подаешь отишие, и после плача и слез изливаешь радость. Буди имя Твое благословенно во веки, Боже Израилев!

Приводи на память и Христа Господа, Который в саду Гефсиманском и на Кресте, по причине безмерных страданий, чувствовал Себя оставленным от Отца Своего Небесного, и, чувствуя себя, в настоящем твоем положении, сущим на кресте, взывай от сердца Его словами: Твоя да будет, Господи, воля! Да будет, неякоже аз хочу, но якоже Ты! (см.: Мф. 26, 39)

Действуя так, сделаешь, что терпение твое и твоя молитва будут возноситься горе пред лице Бога, как пламя жертвы сердца твоего. И ты засвидетельствуешь сим, что тебя преисполняет живая готовность воли с крепкою, как смерть, любовию следовать за Христом Господом с крестом на раменах по каждой стезе, по какой бы Он ни призывал тебя к Себе. Се истинная жизнь по Богу! Желать и искать Бога ради Бога, и иметь Его и вкушать так и в такой мере, как и в какой Он того хочет.

Если б люди вступали на путь жизни по Богу с таким настроением и твердостию его измеряли свои успехи в сем течении, а не приливами духовных сладостей и утешений, то они не были бы так удобно прельщаемы ни сами по себе, ни по козням врага и не томились бы бесполезно, а иной раз до роптания, встречая сухости и охлаждения, а то и уныния, а, напротив, с благодарностию принимали их и перетерпевали в уверенности, что поелику так хочет Бог, то это случилось во благо им, и, не обращая на них внимания, с большею ревностию и с более самоотверженным себя насилованием продолжали идти путем богоугодной жизни по всем заведенным порядкам ее.

Случается иной раз, что, тогда как душа томится в таком охлаждении, таком безвкусии ко всему духовному, враг нападает сильнее, воздвигая дурные помыслы, срамные движения и прельстительные сновидения. Цель у него та, чтоб, вдавшись в нечаяние от чувства оставления Божия, человек опустил руки и склонился на что-либо страстное, ибо после сего ему уже легко увлечь его опять в водоворот греховной жизни. Зная сие, стой твердо. Пусть бушуют волны греховные окрест сердца; но пока есть у тебя нехотение греха и желание пребывать верным Богу, кораблик твой цел.

Благодать Божия отняла у тебя свои утешения, но она близ есть и назирает и не оставит тебя без помощи, пока произволение твое стоит на стороне добра. Стой же твердо, воодушевляясь уверенностию, что буря эта скоро пройдет, а вместе с нею прекратятся и уныние, и сухость твоя. Верь, что сие попущено тебе на добро тебе: ибо, перетерпев это время искушения, выйдешь из него с большим узнанием своей немощи, с большим смирением и большею уверенностию во всегда готовой тебе помощи Божией.

Святитель Иннокентий Херсонский. Подвигай себя к истреблению уныния[12]

Грех уныния – ощущение боли в душе, тоски и безысходности. Если мы не доверяем полностью Промыслу Божиему, то внешние обстоятельства могут ввергнуть нас в уныние. Уныние же ведет к отчаянию, а иной раз и к желанию смерти себе. Унынию способствуют оставление молитвенного правила и православного душеполезного чтения, привязанность ко всему земному и недолговечному, забвение заповедей Христовых.

Бесплодные мечты, праздность, мирские радости, после которых неизбежно люди чувствуют некоторую опустошенность, – все это приводит к греху уныния. У унылого человека нет сил ни на что, в том числе и на борьбу со злом. В унылой, мрачной атмосфере пышным цветом расцветают и агрессия, и страхи, и зависть, и многое-многое другое греховное.

Уныние есть расслабление души, изнеможение ума…ненависть к обету…оболгатель Бога, будто Он немилосерден и нечеловеколюбив; в псалмопении оно слабо, в молитве немощно, в телесном же служении крепко, как железо, в рукоделии безленостно, в послушании лицемерно (при. Иоанн Лествичник).

* * *

Не унывай, когда на душу твою налетают адские тучи одна другой мрачнее, когда к душе твоей приражается адская злоба, зависть, сомнение, противление и многое другое. Твердо знай, что нахождение этих мрачных туч на мысленный горизонт неизбежно, но оно бывает не всегда и непродолжительно, как в природе нахождение мрачных туч на небо: поносятся да пройдут, и опять прояснится мысленная атмосфера души. В природе необходимо быть тучам на небе и помрачению дневного света, но эти тучи непостоянны, они скоро проходят, и после них воссиявает опять свет, свет солнечный, и притом с новой силой (прав. Иоанн Кронштадтский).

* * *

Не унывай, борясь с врагом бесплотным, но прославляй в самой скорби и тесное Господа, удостоившего тебя за Него терпеть борьбу с коварным змием и за Него уязвляться на всякий час, ибо если бы ты не стал благочестно жить и усиливаться соединиться с Богом, то враг и не нападал бы на тебя и не мучил бы тебя (прав. Иоанн Кронштадтский).

* * *

Когда найдет хандра, не забудь укорять себя: вспомни, сколько ты виноват пред Господом и пред собою, и сознай, что ты недостоин ничего лучшего, и ты тотчас почувствуешь облегчение. Сказано: «Многи скорби праведным» и: «Многи раны грешным». Такова жизнь наша здесь – все скорби и скорби; а ими-то и достигается Царствие Небесное (при. Амвросий Оптинский).

* * *

Зная, что Бог верен и всемогущ, веруй в Него – и будешь причастником Его благ. Если же ты унываешь и пребываешь в бездействии, то и не веруешь (авва Евпрений).

* * *

Истреблению уныния служат молитва и непрестанное размышление о Боге, размышление же охраняется воздержанием, а воздержание – телесным трудом (при. Ефрем Сирин).

* * *

У злобы всегда одно и то же ухищрение – ввергать нас в уныние во время скорби, чтобы лишить упования на Господа (прп. Макарий Египетский).

* * *

Никогда не будем унывать в скорбях и, увлекаясь своими помыслами, не будем предаваться отчаянию.

Но, имея большое терпение, будем питаться надеждой, зная благое Промышление о нас Господа (сет. Иоанн Златоуст).

Святитель Иннокентий Херсонский. Врачевство от уныния[13]

Господи и Владыко живота моего, дух уныния не даждь ми! Значит, дух уныния противен не одним забавам мирским, а и жизни христианской. Почему? Потому что жизнь христианская требует постоянной деятельности духовной, бодрости, мужества и силы, а в унылом какая деятельность, какая бодрость и какая сила? Потому что Царствие Божие, в котором находится истинный христианин, есть, по свидетельству Апостола, правда, мир и радость о Духе Святом (Рим. 14, 17), а в унылом какой мир и какая радость!

Потому те, которые думают, что жизнь христианская непременно сопряжена с унынием, сами показывают, что они не знают духа истинного христианства. Нет, это дух света, крепости и силы, дух мира и вечной радости. Правда, что христианин не вдруг достигает этого блаженного состояния, подобно как тяжело больной не вдруг получает здоровье; но чувство самого начала выздоровления душевного уже чувство отрадное и утешительное, которое, постоянно возрастая, наполняет всю душу миром и радостью.

Правда и то, что истинный христианин, всегда занятый делом своего спасения, вкушая при том, хотя по временам, удовольствия высшие и духовные, чуждается шумных радостей мира, представляется нередко задумчивым в те минуты, когда другие не знают меры своим восторгам. Но он столь же мало почитает за потерю неучастие в радостях мирских, сколь мало человек взрослый считает за потерю то, что не участвует в играх и забавах детских. Его задумчивость происходит не от духа уныния, а от других причин, нередко от мысли, как некоторые могут веселиться тогда, когда им надлежало бы плакать.

Правда, наконец, и то, что христианин, ведя до конца жизни непрестанную брань со грехом и страстями, подвергается иногда таким искушениям, о каких миролюбцы не имеют и понятия, но духовная брань не производит в нем духа уныния. Воин Христов сражается против врагов спасения своего еще с большим благодушием, нежели воин царя земного.

Поэтому, когда увидите, братья мои, истинного христианина, страдающего унынием, то не спешите делать вывод не в пользу христианства, нет, из этого следует только, что данный член тела Христова еще несовершенен в вере и преданности, что он, по слабости природы человеческой, недугует еще сердцем, и может быть, этот недуг духовный нарочно допущен Врачом Небесным для возвращения ему полного здравия.

Как бы то ни было, только уныние всегда есть состояние духа неестественное, это болезнь, которая, при усилении своем и продолжительности, может сделаться крайне опасной и причинить смерть не только духа – отчаянием, но и самого тела – его разрушением. Печаль мира сего, замечает апостол смерть производит (2 Кор. 7, 10). Потому-то святые мужи ничего так не боялись, как уныния, и при первом появлении врага спешили принимать все меры к отражению его. По уединенной и подвижнической жизни их, уныние, конечно, было для них опаснее, чем для людей, живущих в мире, но и живущие в мире не могут предаваться ему без опасности для своей души и тела, которая тем более возрастает, чем дольше продолжается это неестественное состояние. Потому всем нам полезно вникнуть в дело и рассмотреть, отчего происходит уныние и какие есть против него средства.

Источников уныния много, и внешних и внутренних, и духовных, и чувственных. И, во-первых, в душах чистых и близких к совершенству уныние может происходить от оставления их на время благодатью Божией. Состояние облагодатствованное – самое блаженное. Но чтобы находящийся в этом состоянии не возомнил, что оно происходит от его собственных совершенств, благодать иногда удаляется и скрывает себя совершенно, предоставляя любимца своего самому себе. Тогда бывает со святою душою то же, как если бы среди дня наступила полночь или в самый теплый летний день ударил зимний мороз. В душе появляется темнота, холод, мертвость, и вместе с тем уныние.

Во-вторых, уныние, как свидетельствуют люди опытные в духовной жизни, бывает от действия духа тьмы. Если враг спасения не может занять души на пути к небу чувственностью, прельстить ее благами и удовольствиями мира, то обращается к другому средству и наводит на нее внутреннюю тяжесть и уныние. В таком состоянии душа бывает как путник, вдруг застигнутый мглою и туманом, не видит ни того, что впереди, ни того, что позади, не знает, что делать, теряет бодрость и присутствие духа, впадает в нерешимость и не знает, что делать. Этому роду уныния подвергаются люди, также немало подвизавшиеся на пути добродетели, уже победившие искушения чувственности.

Третий источник уныния есть наша падшая, нечистая, обессиленная, помертвевшая от греха природа. Пока мы действуем по самолюбию, наполнены духом мира, подвергаемся действию страстей, до тех пор природа в нас весела и жива, откуда в ней берется сила, дух, отвага и терпение. Но перемените направление жизни, сойдите с широкого пути мира на узкий путь самоотвержения христианского, приметесь за покаяние и самоисправление: тотчас откроется внутри вас пустота, обнаружится духовное бессилие, ощутится сердечная мертвость. Пока душа не успеет наполниться новым духом любви к Богу и ближнему, верой в силу Креста Христова и прицепиться, как ветвь, всеми мыслями и чувствами к Древу Жизни – Господу Иисусу, до тех пор дух уныния в большей или меньшей мере для нее неизбежен. Счастлива она, если недолго остается в этом состоянии, ибо от него недалеко до отчаяния духовного. Этому роду уныния подвергаются в первую очередь грешники по их обращении.

Четвертый источник уныния духовного есть недостаток, тем более прекращение деятельности и привычных трудов. Перестав употреблять свои силы и способности, душа теряет живость и бодрость, становится вялою и слабою. Прежние занятия становятся ей противны, начинает ощущаться внутренняя пустота, появляется недовольство, скука и уныние.

Уныние может происходить и от различных печальных случаев в жизни, например, смерти сродников и любимых, потере чести, имущества и при других несчастных происшествиях. Все это, по закону нашей природы, сопряжено с неприятностью и печалью для нас, но, по закону же самой природы, печаль эта должна уменьшаться со временем и исчезать, когда человек работает над собой и не предается печали. В противном случае появляется дух уныния.

Может происходить уныние и от некоторых мыслей, особенно мрачных и тяжелых, когда душа слишком предается подобным мыслям и смотрит на предметы не во свете веры и Евангелия. Так, например, человек легко может впасть в уныние от частого размышления о неправде, господствующей в мире, о том, как праведные здесь скорбят и страдают, а нечестивые возвышаются и блаженствуют и как все по видимости отдано на произвол страстей человеческих и случая.

Могут, наконец, источником уныния душевного быть различные болезненные состояния тела, особенно некоторых его членов.

Отчего бы, впрочем, ни происходило уныние – молитва всегда есть первое и последнее против него средство. В молитве человек становится прямо перед лицом Божиим. Но если, став против солнца, нельзя не озариться светом и не почувствовать тепла, тем более свет и тепло духовные – непосредственные следствия молитвы. Кроме того, молитвою привлекается благодать и помощь свыше, от Духа Святого, а где Дух Утешитель, там нет места унынию, там сама скорбь будет в сладость.

Чтение или слушание слова Божия, особенно Нового Завета, есть также сильное средство против уныния. Спаситель не напрасно призывал к Себе всех труждающихся и обремененных, обещая им успокоение и радость (см. Мф. 11, 28). Радость эту Он не взял с собою на небо, а всецело оставил в Евангелии для всех скорбящих и унылых духом. Кто проникается духом Евангелия, тот престает скорбеть безотрадно: ибо дух Евангелия есть дух мира, успокоения и отрады.

Богослужения и особенно Святые Таинства Церкви, также являются великим врачевством против духа уныния. Ибо в Церкви, как в доме Божием, нет для него места. Таинства все направлены против духа тьмы и слабостей природы нашей, особенно Таинство исповеди и Причащения.

Слагая с себя тяжесть грехов посредством исповеди, душа чувствует легкость и бодрость, а принимая в Евхаристии Тело и Кровь Господа, чувствует оживление и радость.

Беседа с людьми, богатыми духом христианским, также средство против уныния. В разговоре мы вообще выходим более или менее из мрачной глубины внутренней, в которую душа погружается от уныния. Во время беседы в человеке унылом, можно сказать, раскрываются недра его духа, подавая доступ туда свету и теплу духовному. Кроме того, при обмене мыслями и чувствами в разговоре, мы воспринимаем от собеседника некую силу и жизненность, что так нужно в состоянии уныния.

Размышление о предметах утешительных также очень помогает в унынии. Ибо мысли в этом состоянии или вовсе замедленны, или кружатся около предметов печальных. Чтобы избавиться от уныния, нужно принудить себя мыслить о противоположном. Например, если уныние произошло от печали о смерти любимого человека, то вместо того, чтобы бродить непрестанно мыслями у его могилы, представлять себе его лежащим во гробе или тлеющим в земле, переноситесь чаще мыслями на небо, где его дух, представляйте день всеобщего, будущего воскресения, когда мы все облечемся новым, прославленным, бессмертным телом и не будем больше находиться в горестной разлуке с ближними.

Занятие трудом телесным также прогоняет уныние. Человек унылый не способен бывает к труду. Но, несмотря на это, пусть начнет трудиться, даже нехотя, пусть продолжает труд, хотя и без успеха. От движения оживет сначала тело, а потом и дух и почувствуется бодрость. Мысль среди труда постепенно отвратится от предметов, наводивших тоску, а это уже много значит в состоянии уныния.

Наконец, если источник уныния скрывается в недугах телесных, то христианин не должен пренебрегать пособиями и искусствами врачебными. Ибо искусство это от Бога. Господь создал, говорит Писание, врача на потребу человека, поэтому врач есть слуга Божий для нас во благое (см. Сир. 38, 1, 12).

Все, что мы говорим об унынии, касается уныния христианина.

Страдают ли унынием миролюбцы и грешники, нерадящие о спасении души своей? Всего больше и чаще, хотя по видимости жизнь их состоит большей частью из забав и утех. Даже по всей справедливости можно сказать, что внутреннее недовольство и тайная тоска есть постоянная доля грешников. Ибо совесть, сколько бы ни заглушали ее, как червь, точит сердце. Внутренний человек, как ни подавляют его, поднимает нередко голову и стонет. Невольное, глубокое предчувствие будущего Суда и воздаяния также тревожит душу грешную, возмущает и делает для нее горькими безумные утехи чувственности.

Самый закоренелый грешник по временам чувствует, что он как ветвь без корня, как здание без основания, что внутри его пустота, мрак, язва и смерть.

Отсюда та неудержимая наклонность миролюбцев к непрестанным развлечениям, к тому, чтобы забываться и быть вне себя.

Что сказать миролюбцам об их унынии? Оно благо для них, ибо призывает и побуждает к покаянию. Потому, вместо того, чтобы прогонять это уныние как болезнь, им надо пользоваться как врачевством, обращая его из бесплодной печали века сего в спасительную печаль по Боге. И пусть не думают, что нашлось бы для них какое-либо средство к освобождению от этого духа уныния, пока не обратятся на путь правды и не исправят себя и своих нравов.

Суетные удовольствия и радости земные никогда не наполнят пустоты сердечной: душа наша пространнее всего мира. Напротив, с продолжением времени, радости плотские потеряют силу развлекать душу и обратятся в источник тяжести душевной и скуки. Между тем, печаль по Богу, сокрушение о своей беззаконной жизни, хотя в начале и прибавит по видимости тоску душевную, но со временем послужит к совершенному исцелению от всех болезней сердечных, ибо приведет за собою правду, мир и радость о Духе Святом. Аминь.

Старец Паисий Святогорец. О глубочайшем смысле жизни[14](Извлечения из духовных трудов старца) Будем готовиться к жизни иной

– Геронда, один юноша после долгого пребывания в унынии вдруг исчез, оставив родителям записку, что хочет покончить с собой, потому что некрасив, а виноваты в этом они…

– Люди не постигли еще глубочайшего смысла жизни. Они не верят в жизнь иную. Все их мучения начинаются с этого. «Я несправедливо обижен, – говорит человек, – другие радуются, а я нет». Люди недовольны тем, что имеют, подмешивается эгоизм, и они пребывают в унынии. Бог любит всех людей. Каждому человеку Он дал то, что ему полезно: рост ли, отвагу ли, красоту или что-то еще. Он дал человеку то, что может помочь ему спастись, если он употребит это с пользой. Однако мир терзается: «Почему я такой, а он такой?» Но ведь у тебя есть одно, а у него другое. Один Христа ради юродивый румын, подвизавшийся на Святой Горе, рассказал кому-то из терзавших себя подобными помыслами такую историю: «Увидела лягушка буйвола и сказала: "Я тоже хочу стать буйволом!" Дулась, дулась и под конец лопнула. Ведь Бог-то кого лягушкой сделал, а кого буйволом. А лягушка что учудила: захотела стать буйволом! Ну и лопнула!» Пусть каждый радуется тому, каким сделал его Творец.

Как только человек использует данную ему благоприятную возможность уверовать в Бога и в будущую вечную жизнь, то есть когда он постигнет глубочайший смысл жизни и, покаявшись, перестроит ее, так сразу же придут божественное утешение с благодатью Божией, и благодать изменит его, изгоняя и все его наследственные недостатки. Многие покаявшиеся грешники смиренно подъяли любочестный подвиг, прияли благодать, стали святыми, и сейчас мы с благоговением поклоняемся им и просим их молитв. А прежде они имели немало страстей, в том числе и наследственных. К примеру, преподобный Моисей Мурин. Будучи кровожаднейшим разбойником с наследственной злобой, он едва лишь уверовал в Бога, сразу покаялся, стал подвизаться, все страсти его покинули, а благодать Божия посетила. Он даже удостоился приятия пророческого дара, а чуткостью превзошел и самого Арсения Великого,[15]который происходил из великосветского римского семейства, имел наследственные добродетели и обладал большой мирской ученостью.

– То есть, Геронда, в чем конкретно заключается смысл этой жизни?

– В чем? В том, чтобы подготовить себя для нашего Отечества, для Неба, для Рая. Суть в том, чтобы человек уловил этот глубочайший смысл жизни, иже есть спасение души. Веруя в Бога и будущую жизнь, человек понимает, что эта временная жизнь суетна, и готовит свой «загранпаспорт» для жизни иной. Мы забываем о том, что всем нам предстоит уйти. Корней вечных здесь мы не пустим. Этот век не для того, чтобы прожить его припеваючи, а для того, чтобы сдать экзамены и перейти в иную жизнь.

Поэтому перед нами должна стоять следующая цель: приготовиться так, чтобы, когда Бог призовет нас, уйти со спокойной совестью, воспарить ко Христу и быть с Ним всегда. Когда Христос благословил пять хлебов и насытил столько тысяч людей, народ тут же сказал: «Царь бы из Него вышел что надо!» Съели пять хлебов и две рыбы и воодушевились. Однако Христос сказал им не заботиться о сей пище, потому что здесь мы не останемся. В этой жизни каждый из нас подвергается испытаниям: соответствует ли он тому, чего от него требует Бог.

– Геронда, что человек должен всегда иметь в своем уме для того, чтобы творить волю Божию?

– Он должен иметь свой ум в Боге, думать о том, ради чего он вступил в эту жизнь. Мы пришли сюда не для того, чтобы заниматься всем на свете и устраиваться по теплым местечкам. Мы пришли, чтобы подготовиться к жизни иной. Итак, наш ум должен непрестанно находиться там, в будущей жизни, и в том, что способно помочь нам ее достичь. С любочестием относясь ко всему, любочестно и смиренно подвизаясь, человек понимает смысл жизни духовной. Духовная жизнь есть безудержная отвага, духовный пир. Познайте глубочайший смысл монашества, стяжите духовное благородство, святоотеческую чуткость. А глубочайший смысл жизни (не монашеской, а вообще) обязаны уяснить все люди. Если бы они это сделали, то совсем бы исчезли мелочные придирки, грызня, проявления самости и тем более уныние при неудачах. Раз есть божественное воздаяние, то будем думать о том, как заработать маленько «денежек» для будущей жизни, а не о том, как в жизни этой держаться солидно и принимать человеческую славу от других.

Когда человек движется в плоскости действительной жизни, он всему радуется. Тому, что живет. Тому, что предстоит умереть. Не потому радуется, что он устал от жизни, нет, он радуется тому, что умрет и пойдет ко Христу.

– Геронда, он радуется оттого, что не противится тому, что попускает ему Бог?

– Он радуется, видя, что эта жизнь преходяща, а жизнь иная – вечна. Он не устал от жизни, но, думая: «Что нас ожидает, разве мы не уйдем?» – он готовится идти туда, понимая, что в этом его предназначение, смысл жизни.

Вот, к примеру, взять женщин, работающих в системе социальной помощи. У них есть доброта: бегают, бедняжки, убиваются ради других. По образованию они психологи, но бывают случаи, когда тот способ, которым они хотят помочь другим, находящимся в глубокой печали, не действует. Идет она, к примеру, утешать человека, которому отрезали ногу, а он ей говорит: «Ты вот пришла на двух ногах и говоришь мне: "Добрый день", а у меня-то нога только одна». Что она сможет ему ответить? Как она поможет ему психологией? Если этот человек не уловит глубочайшее назначение своей жизни, то ему ничто не сможет помочь. Он должен понять, что за это попущенное Богом увечье он, если не будет роптать, получит в иной жизни накопленную в земной жизни небесную мзду. Поняв это, он должен радоваться. Да хоть бы и на четырех ногах ходили остальные, он должен говорить: «БлагодарюТебя, Боже мой, зато, что я обхожусь и одной».

Но, воспринимая жизнь недуховно, эта бедняжки-психологи идут утешать людей и не знают, что им сказать. Идет такая «социальная утешительница», к примеру, облегчить страдание тридцатипятилетней больной раком женщины, у которой трое детей. Что она ей скажет? Если эта мать не уловит глубочайший смысл жизни, то она будет безмерно отчаиваться, думая о том, что станет с ее детьми. И сама психолог, пришедшая ее утешать, впадет в то же самое отчаяние, если она не поймет, не узрит духовно смысл посланных испытаний. Ведь, не расположив сначала более духовно себя, она не сможет правильно помочь и ближнему так, чтобы к нему пришло божественное утешение.

Так эти бедняжки-психологи не только устают телесно, но и сами расслаблены унынием, видя, что не могут оказать людям серьезной помощи. То есть устают вдвойне.

– Геронда, ваша мать была очень чутким человеком, любила вас. Как же она с самых пеленок воспитывала вас в строгости?

– С младых ногтей человек может помочь себе в том, чтобы постичь глубочайший смысл жизни и радоваться по-настоящему. Когда я был маленьким и бегал с ребятами наперегонки, то оставлял их позади.

Они не давали мне бегать, прогоняли меня, дразнили «эмигрантиком», «беженцем». Я приходил к маме в слезах. «Что ты плачешь?» – спрашивала меня она. «Мне ребята не дают с ними бегать», – отвечал я. «Тебе хочется побегать? Вот двор, бегай. Почему ты хочешь бегать на улице? Чтобы на тебя смотрели, хвалили и говорили «молодец»? В этом есть гордость». В другой раз мне хотелось играть в мяч, а ребята опять меня прогоняли. Я снова плакал и шел к маме. «Что случилось, почему ты опять плачешь?» – спрашивали меня она. «Ребята не дают мне играть в мяч!» – говорил я. «Двор у нас большой, мячик у тебя есть, играй здесь. А ты хочешь, чтобы соседи на тебя смотрели и любовались? В этом есть гордость». И тогда я подумал: мама права. И потихоньку мне расхотелось и бегать, и играть в мячик, только затем, чтобы меня видели и восхищались, потому что я понял, что в этом есть гордость. «И правда, – думал я, – какая же все это чепуха! Мама права». И после, видя, как другие дети носятся, бьют по мячу и хвалятся этим, я не очень переживал. Я смеялся и говорил: «Ну молодцы, вон что вытворяют!» – а сам был тогда маленьким: в третий класс начальной школы ходил. Потом благодаря мамы я жил естественной жизнью.

И сейчас, если меня спросят: «Что выберешь: подняться в августе месяце босиком по колючкам на вершину Афона или же поехать на какое-нибудь торжество, где тебя облачат в мантию и осыпят почестями?» – то я скажу, что предпочитаю босиком подняться на Афон. Не от смирения, а оттого, что мне это больше по душе.

Люди, имеющие гордость, в детстве не получили помощи в семье. Мирское мышление человека мучает. Если кто-то запустит себя в этом отношении, если родители не помогут своим детям, когда те еще маленькие, то после это станет уже состоянием. Одно дело – это маленько похвалить ребенка, чтобы он не падал духом, другое – раздувать его эгоизм. Скажем, ребенок сбился, читая стишок для гостей и теперь унывает. Его мама, видя это, говорит ему: «Ну всё, всё. Хорошо прочитал». Однако если он прочитал стихотворение хорошо и мать начинает нахваливать его перед другими: «Ну какой же ты молодец! Ты прочитал лучше всех детей! Мой ребенок лучше всех!» – то это плохо.

Так родители часто культивируют в детях гордость. Или, к примеру, ребенок наозорничал в школе и его за это отчихвостил учитель. Он приходит домой и жалуется отцу: «Учитель несправедливо меня отругал». Если отец и мать встают на сторону ребенка и к тому же в его присутствии говорят про учителя: «Я вот ему покажу! Да как он смел, да моего ребенка!..» – то ребенок потом считает свое озорство правильным, а в итоге мучается в дальнейшем из-за пустяшных неудач. Основа всему в том, чтобы дитя кое-что поняло еще в родительском доме. Если человек с юных лет усваивает глубочайший смысл жизни, то потом все идет как нужно, и неприятности не ввергнут его в уныние.

В противном случае он получает удовольствие от тленного, от человеческих похвал, которые в действительности не приносят ему покоя, и остается тленным человеком, впадающим в бездну уныния, когда жизнь его разочаровывает.

H. Е. Пестов. Уныние – одна из восьми главных страстей[16]

Святые отцы называют восемь главных страстей: чревоугодие, блуд, печаль, уныние, сребролюбие, тщеславие, гордость и гнев.

Некоторые из этих страстей основываются на извращении потребностей тела. Сюда относятся страсти чревоугодия и блуда. Другие страсти проникают через мысли и ум и основываются на маловерии души. Сюда относятся печаль и уныние.

Страсти печаль и уныние имеют много общего, но между ними есть и различие.

Печаль противоположна радости и характеризуется затаенным недовольством души чем-либо из происшедшего и существующего, отсутствием живого чувства веры в Промысл и в неизменную благодать Божию.

Ангел-«пастырь» так говорил Ерму о действии печали: «Мирская печаль оскорбляет Духа Святого, помрачает разум и препятствует исполнению молитвы, ибо печальная молитва не восходит к престолу Божию».

Однако бывает и спасительная печаль. Такая печаль бывает тогда, когда человек согрешил и скорбит о сделанном грехе. Поэтому Апостол Павел пишет: Печаль ради Бога производит покаяние… печаль мирская производит смерть (2 Кор. 7, 10).

Уныние противоположно бодрости или «трезвению» и характеризуется бездеятельностью, инертностью человека, в силу подавленного состояния духа.

Может быть, не всем ясно, что такое состояние души, как печаль и уныние, святые отцы называют «страстями». И разве печаль и уныние так же страшны для человека, как другие страсти?

В ответ мы приводим мнение о том старца Зосимы из Троице-Сергиевской Лавры, который говорил, что мы должны быть бодры и очень оскорбляем волю Господню, когда от горестей, постигающих нас, впадаем в уныние, ропот, отчаяние, безмерную печаль, окаменелое нечувствие. Эти страсти – преддверие геенны огненной. Душа, унывая, уже вся горит в огне, хуже геенского, нет в ней больше никакого чувства, кроме одного острого, больного, все убивающего, все сжигающего.

Ни в каком случае и ни при каких обстоятельствах не унывайте. Уныние – это палач, который убивает энергию, необходимую для получения в сердце Духа Святого. Унылый теряет молитву и умирает для подвига.

Вот почему преп. Серафим Саровский дивеевским сестрам велел больше всего бояться уныния и от него бегать, как от огня. Он говорил: «Нет ничего пагубнее духа уныния!» Чтобы избегать его, он даже велел сестрам всегда быть не только сытыми и кушать вволю, но и на труды брать с собою хлеба.

Иван Ильин (религиозный философ). Забота[17]

Если бы только можно было избавиться от забот! Если бы только иметь беззаботную жизнь! Но это, к сожалению, невозможно…

Почему же это так невозможно? Нужно только преодолеть заботу! Для этого надо лишь немного духовной свободы!

Человек никогда не бывает до конца удовлетворен. В нем всегда возникают новые стремления, всегда громоздятся новые желания и новые потребности. Достаточно ему лишь заглянуть в будущее или подумать о «завтра-послезавтра», как начинают бурно разрастаться сорняки заботы. Ибо будущее всегда туманно; и кто знает, что поджидает меня завтра-послезавтра?

А в мире буржуазной никомуненужности и самообеспечения, где каждый думает о себе и только о самом себе, где никто не думает о другом, где все вокруг так адски жестоко хозяйничают, – там системой жизни становится неуверенность, а неприятный, неожиданный случай – властелином будней и оборачивается неудовлетворенностью и унынием.

Забота держит всех нас в цепких когтях. Как мусор на улице, подхваченный и несомый порывом ветра, она входит к нам в открытое окно будущего. Так было всегда, так будет всегда. Что можно здесь «преодолеть»?

Будущее остается, остаются и потребности, и неуверенность не исчезнет.

Вот окончательно разоблачен и большой обман коммунизма: ибо его попытка упразднения неуверенности, обеспечения всех и удовлетворения всех потребностей создала как раз прямо противоположное. Еще никогда и нигде, как только под игом этого централизованного безумия, не была так ужасающа общая неуверенность, настолько неслыханна всеобщая нищета, так удручающе бремя лишений. Только в том смысле он «обеспечивает» всех, что топит всех в «изнурительной заботе», порой оборачивающейся национальным пессимизмом и неисцелимым унынием.

Короче говоря, надо примириться с «неуверенностью», «нуждой» и «будущим». Но чтобы вынести их, надо научиться их преодолевать. С чего начать?

Начинают с будущего: повернувшись к нему спиной. Ищут утешения в прошлом, непреходящем, в вечности; и не только созерцательно, но и творчески. Прекрасное прошлое твоего Отечества, твоего Народа – разве оно тебе не дорого? Великое прошлое других народов и стран – разве оно тебе ничего не говорит? Великолепный ход движения созвездий, там, наверху, хроника прошлого нашей планеты, история животного и растительного мира – это богатство Божественного творения, которое ждет твоего наблюдения и твоего исследования, спасет тебя от твоей заботы.

Всякий прекрасный образ искусства, всякая математическая проблема – вне времени и вырывают тебя из наполненного страхами и заботами будущего, дают тебе покой и отдых. Устремись в глубины человеческого духа с книгой Лейбница, Шеллинга или Гегеля в руках.

А самое безотказно тебя исцеляющее от забот и уныния – обрати свой взор ввысь, к Богу, – и ты обретешь вечность…

Святитель Тихон Задонский. Причины, побуждающие к терпению, или утешение в унынии[18]

Первая. Всякое неблагополучие, бедствие и страдание по Божию Промыслу бывает. Так и написано: Добро и зло, жизнь и смерть, нищета и богатство – от Господа(Сир. 11, 14).

Вторая. Особенно в нынешнее время хотящим благочестив жити нечего ожидать, кроме насилия, озлобления, гонения, ибо по причине умножения беззакония, уже во многих охладела любовь (Мф. 24, 12). Таким образом, всякому, хотящему благочестно жити, к терпению готовиться должно.

Третья. Терпение, как выше учит святой Иоанн Златоуст, грешников от казни освобождает, праведникам награду многократно умножает (Письмо 4 к Олимпиаде).

Четвертая. Высокая добродетель – терпение, с которой ничто не может сравниться. Терпение бед, как говорит Златоуст святой, милостыню и иные многие добродетели превосходит (Беседа 31 на евангелиста Матфея). И еще говорит: «Нет ничего равного терпению» (Письмо 7 к Олимпиаде).

Пятая. Весьма знатная победа – врагов терпением побеждать, как тот же святой Иоанн Златоуст учит (Беседа 85 на евангелиста Матфея).

Шестая. Терпением дьявол побеждается и посрамляется, – как пишется о Иове Праведном.

Седьмая. За терпение обещается вечная жизнь и слава, ибо говорит Христос: Претерпевший же до конца спасется (Мф. 10, 22). Ожиданием славы всякий в терпении может утешаться.

Восьмая. Всякое страдание и бедствие, хотя бы и долгое было, смертью прекратится.

Девятая. Хотя велико страдание наше, но грехи наши, которыми мы величество Божие оскорбили, далеко большие, и большего наказания достойны.

Десятая. Бог наказывает нас здесь, чтобы мы спасение вечное получили. Будучи же судимы, наказываемся от Господа, – говорит апостол Павел, – чтобы не быть осужденными с миром (1 Кор. 11, 32).

Одиннадцатая. Требует Божия правда, чтобы грешник за грехи наказан был. Если нужно грешнику быть наказанным, лучше здесь быть наказанным и с благодарением терпеть, чем в будущем веке без конца в мучении пребывать. Здесь наказывает Бог и утешает, а там нет утешения; здесь наказания легкие, отеческие, а там жестокие; здесь кратковременные, а там вечные. Ибо сто лет здесь всякое страдание терпеть – ничто в сравнении с вечностью. Слушай евангельского богача, который здесь каждый день пиршествовал блистательно, как он Отче Аврааме! умилосердись надо мною вопиет, но бесполезно, и вовеки будет вопить (Лк. 16, 24).

Двенадцатая. Бог, по богатству, благости, кротости и долготерпению Своему, терпит нас, ожидая от нас покаяния: и нам должно терпеть, когда наказывает нас за грехи, и благодарить Его, что Он за беззакония наши не поразил нас, а этим наказанием ищет спасения нашего.

Тринадцатая. В благоденствии человек возносится, в злострадании же смиряется; для того Бог посылает человеку крест, чтобы смирялся, и так не потерял бы вечного блаженства.

Четырнадцатая. Терпеть или не терпеть и роптать в страдании, однако же того не миновать, что суд Божий нам определил, а от нетерпения награда губится.

Пятнадцатая. Терпением облегчается страдание. Посмотри всякий на тех, которые находятся в долговременной болезни: так они терпением к той болезни привыкли, что как бы и не чувствуют ее; напротив, нетерпением умножается болезнь, как сама жизнь показывает.

Шестнадцатая. Всякое страдание может быть или жестоким, или легким: если жестокое, то скоро прекратится смертью; если легкое, то сносно и удобно можно терпеть.

Семнадцатая. Кто страждет, должен так в себе помышлять: ведь до сего времени терпел я, значит, и далее так же можно терпеть; вчера терпел, значит, и сегодня, и завтра можно терпеть.

Восемнадцатая. Христос Сын Божий неповинно и ради нас терпел, нам оставив пример, дабы мы шли по следам Его (см. 1 Пет. 2, 21). Нам тем в терпении должно утешаться, что Христос безгрешный терпел.

Девятнадцатая. Страждущий, смотри на тех, которые большую имеют скорбь и болезнь, но терпят. Если находишься в долговременной болезни и имеешь какое-нибудь утешение от служащих тебе, посмотри на тех, которые большую, чем ты, имеют болезнь, которые внутри огнем скорби и печали сжигаемы, извне все ранами осыпаны; к тому же не имеют того, кто бы им послужил, кто бы их накормил, напоил, поднял, омыл от ран, но терпят.

Если терпишь изгнание, приведи на ум каторжных, которые в кандалах, в рубищах, полунагие, от дома и отечества удаленные, каждый день биение и раны принимают. Днем на тяжкой работе, а ночью в темницах, наполненных нечистотами и смрадом, заключены, без всякого утешения пребывают, и смерть для них приятнее, чем жизнь.

Если терпишь нищету, помысли о тех, которые прежде были богатыми и славными, но до того дошли, что ни себя, ни жену, ни детей не имеют чем напитать, одеть, где головы преклонить; скитаются по чужим дворам, к тому же долгами обременены; отовсюду тесноту, печаль, скорбь несносную имеют, как будто в печи горят; ты, хотя своего самого необходимого и не имеешь, можешь испросить именем Христовым, а они и просить стыдятся, потому что прежде славными и богатыми были. Посмотри еще на бедных крестьян, нищих, полунагих, больных, лежащих без движения, с которых подати и оброки требуются, а они не только дать не могут, но и сами нуждаются, кто бы им дал, да еще и послужил бы по причине их крайней нищеты и болезни.

Если терпишь поношение и клевету, приведи на память сидящих на высоком месте, сколько они терпят от подчиненных роптаний, поношений, злословия, ругани, наветов, коварств, лукавства, проклятий, насмешек и язвительных укорений, по подобию дерева, на высоком месте стоящего, которое от всякого и малейшего ветра колеблемо бывает. – Так и от прочих прими себе подкрепление в терпении. Они большее и жесточайшее терпят: тебе ли малого не терпеть?

Двадцатая. Снизойди умом в ад и рассуди, как осужденные там мучаются, и во веки будут мучиться; если можно было бы, желали бы они здесь хоть до скончания мира в огне гореть, только бы от вечного освободиться мучения.

Двадцать первая. Возведи умные очи в небесные селения и осмотри всех там живущих: ни одного не найдешь, кто бы путем терпения не пришел туда.

Двадцать вторая. Нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас, – говорит апостол Павел (см. Рим. 8, 18). Ибо какое бы зло ты ни терпел здесь, однако терпение это недостойно будущей славы, которая уготована терпящим. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах (см. Мф. 5, 12).

Двадцать третья. В страдании своем вспомни об ужасном страдании святых мучеников: одни из них палицами биты были, иным зубы и глаза исторгнуты; у иных язык, руки, ноги и сосцы отсечены; иные почти все раздроблены, ко крестам пригвождаемы были; иные на съедение зверям брошены; иные в воде потоплены; иные огнем сожжены; иные живыми в землю зарыты; иные в раскаленных медных печах затворены были; с иных кожа и плоть до костей сдираема была; иным смола, олово растопленное в уста вливаемо было, и прочие несказанные мучения они претерпели, но все так великодушно терпели, что даже смеялись над мучителями. Правда, они терпели все это с помощью Христовой, но та же помощь Христова и ныне готова всем терпящим. Иисус Христос вчера и сегодня, и вовеки Тот же (Евр. 13, 18).

С терпением будем проходить предлежащее нам поприще, взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия (Евр. 12, 1–2).

ДУХОВНАЯ ЛЕЧЕБНИЦА

По мере, как умножаются в нас страдания Христовы, умножается Христом и утешение нам.

Апостол Павел (2 Кор. 1, 5)

Грешника, пребывающего в неумеренном унынии, сатана потопляет и делает его своей собственностью.

Святитель Иоанн Златоуст

Преподобный Ефрем Сирин. Молитвенные воздыхания при нашествии уныния[19]

Безгрешый Агнец Божий, по свободному изволению Своему, Крест претерпевший во плоти, закланный за спасение нас, грешных, и нетленно плотию вкусивший смерть, чтобы спасти падшее естество наше, – Премудрость и Сила Бога Отца. Сияние славы Его, непостижимый Иисусе, неисследованный Христе. Единый милосердый и человеколюбивый, на меня, грешного, излей великую Твою милость и благодатию Твоею отжени от меня всякое нерадение, леность и нетерпение, чтобы во второе пришествие Твое не услышать и мне страшного обличения Твоего: «Что потерпел ты ради Меня?»

В оный страшный и ужасный день скажешь Ты, Господи, нам, грешным: все вы хорошо знаете, что потерпел Я ради вас.

Я, Бог, ради вас плоть принял;

Я, невидимый, ради вас видимо обитал на земле, ради вас алкал, жаждал, утруждался;

Я ради вас был гоним, побиваем камнями;

Я, невинный, ради вас был заушаем и оплевываем;

Я, безгрешный, ради вас потерпел позорную смерть, ради вас прободен в ребра копнем, напоен оцетом, смешанным с желчию.

Все это потерпел Я ради вас, чтоб вас сделать святыми и небесными; Царство Небесное даровал вам, всех вас наименовал братиями, ниспослал вам Духа Святого.

– А что же вы претерпели ради Меня, человеки?

Что скажу на сие я, окаянный, лукавый, грешный и скверный?

Мученики укажут на раны свои, на мучения, на отсечение членов и на терпение свое до конца.

Подвижники укажут на свое подвижничество, на продолжительный пост, на бдения, на нестяжательность, на слезы и все другие злострадания.

А я, ленивый и грешный, на что укажу, кроме постыдных плодов чревоугодия, сластолюбия, многоспания, любостяжания, нетерпения, тщеславия, нерадения?

Если потребуешь у меня, Господи, отчета в том времени, которое дано мне на покаяние, а мною проведено в нерадении, то какое дам оправдание? А если еще подвергнут меня допросу за праздные слова, за лукавые помышления и пожелания, то какой страх, какое смятение обымет тогда меня, бедного, и какое последует за тем мучение?

Пощади, Господи! Пощади, Благоутробный! Пощади, Человеколюбивый! Пощади, единый Благий! Умилосердись и помилуй меня по единой благости Твоей. Укрепи душу мою, растлевшую от лености и нерадения моего, – Ты, поднимающий низверженных и врачующий сокрушенных!

Ты знаешь нерадивость окаянства моего, знаешь сколько лукавых зломыслий воюет против меня, видишь многокозненную вражию злобу на меня. Заступи меня по великой милости Твоей, отрезви, возбуди, оживи и спаси благодатию Твоею, молитв ради Пречистыя Владычицы нашея Богородицы и всех святых.

Преподобный Савва Дорофей. Не оправдывайте самих себя[20]

…Сам Господь научает нас, как посредством святых заповедей очищаться и от самых страстей, чтобы чрез них не впасть опять в те же грехи. Наконец, показывает нам и причину, от которой приходит человек в небрежение и преслушание самих заповедей Божиих, и таким образом подает нам врачевство и противу сей причины, дабы мы возмогли сделаться послушными и спастись.

Какое же это врачевство и какая причина небрежения? Послушайте, что говорит Сам Господь наш: научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим (Мф. 11, 29). Вот здесь Он показал нам вкратце, одним словом, корень и причину всех зол и врачевство от оных – причину всего благого; показал, что возношение низложило нас, и в конце концов погрузило в уныние, от которого невозможно иначе получить помилование как чрез противоположное ему, то есть смиренномудрие. И если возношение рождает пренебрежение, преслушание, безысходное уныние и погибель, как и смиренномудрие рождает послушание и надежду в спасение души. Разумею же истинное смиренномудрие, не в словах только или во внешнем образе смирение, но собственно смиренное чувство, утвердившееся в самом сердце.

Итак, желающий найти истинное смирение и покой душе своей, да научится смиренномудрию и увидит, что в нем всякая радость и всякая слава, и весь покой, как и в гордости и унынии все противное. Ибо от чего подверглись мы всем скорбям сим? Не от гордости ли нашей? Не от безумия ли нашего? Не от того ли, что мы не обуздываем злое произволение наше? Не от того ли, что мы держимся горького своеволия нашего? Да и от чего же более? Не был ли человек по сотворении своем во всяком наслаждении, во всякой радости, во всяком покое, во всякой славе?

Не был ли он в раю? Ему было повелено не делать сего, а он сделал. Видишь ли гордость? Видишь ли непокорность? Видишь ли преслушание?

После сего Бог, видя такое бесстыдство, говорит: он безумен, он не умеет наслаждаться радостию. Если он не испытывает злоключений, то пойдет еще далее и совершенно погибнет. Ибо если не узнает, что такое скорбь и уныние, то не узнает, и что такое покой.

Тогда Бог воздал ему то, чего он был достоин, и изгнал его из рая. И человек был предан собственному своему самолюбию и собственной воле, чтобы они сокрушили кости его и чтобы он научился следовать не самому себе, но заповедям Божиим, чтобы самое злострадание преслушания научило его покою послушания, как сказано у пророка: Накажет тя отступление твое (Иер. 2, 19).

Однако благость Божия, как я часто говорил, не отринула Своего создания, но опять увещевает, опять призывает: Приидите ко Мне ecu труждающиися и обременнии, и Аз упокою вы (Мф. 11, 28). Как бы говорит: вот вы трудились, вот вы пострадали, вот вы испытали злые следствия вашей непокорности; придите же теперь, обратитесь; придите, познайте немощь свою, дабы войти в покой и славу вашу. Придите, оживотворите себя смиренномудрием, вместо высокоумия, которым вы себя умертвили. Научитеся от Мене, ибо я кроток и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим (Мф. 11, 29).

О, удивление, братия мои, что делает гордость! О, чудо, сколь сильно смиренномудрие! Ибо какая была нужда во всех сих превратностях? Если бы человек сначала смирился, послушался Бога и сохранил заповедь, то не пал бы.

Опять, по падении, Бог дал ему возможность покаяться и быть помилованным, но выя его осталась непреклонною. Ибо Бог пришел, говоря ему: Адаме, где ecufTo есть из какой славы в какой стыд перешел ты? И потом, вопрошая его: зачем ты согрешил, зачем преступил заповедь, приготовлял его собственно к тому, чтобы он сказал: прости. Но нет смирения! Где слово «прости». Нет покаяния, но совсем противное. Ибо он прекословит и возражает: жена, юже ми ecu дал (прельсти мя), и не сказал: «Жена моя прельсти мя», но: жена, юже ми ecu дал, как бы говоря: «Эта беда, которую Ты навел на главу мою». Ибо так всегда бывает, братия мои: когда человек не хочет порицать себя, то он не усомнится обвинять и Самого Бога.

Потом Бог приходит к жене и говорит ей: почему и ты не сохранила заповеди? Как бы, собственно внушал ей: скажи, по крайней мере, ты: прости, чтобы смирилась душа твоя и ты была помилована. Но опять не слышит слова «прости». Ибо и она отвечает: змий прельсти мя. Как бы сказала: «змий согрешил, а мне какое дело?» Что вы делаете, окаянные? Покайтесь, познайте согрешение ваше, пожалейте о наготе своей. Но никто из них не захотел обвинить себя, ни в одном не нашлось и малого смирения.

Итак, вы видите теперь ясно, до чего дошло устроение наше, вот в какие бедствия ввело нас то, что мы оправдываем самих себя, что держимся своей воли и следуем самим себе. Все это исчадия гордости, враждебной Богу. А чада смиренномудрия есть: самоукорение, недоверие своему разуму, ненавидение своей воли, невпадение в уныние. Ибо чрез них человек сподобляется прийти в себя и возвратиться в естественное состояние чрез очищение души святыми заповедями Христовыми. Без смирения нельзя повиноваться заповедям и достигнуть чего-либо благого, как сказал и авва Марк: «Без сокрушения сердечного невозможно освободиться от зла и приобрести добродетель».

О причинах болезней духовных и телесных[21]

Мудрый сказал, что если кто согрешает пред Сотворшим его… впадет в руки врача (Сир. 38, 15).

Причины болезни могут быть различны. Они могут быть чисто плотские, очевидные, как, например, пьянство – причина цирроза печени или неумеренность в пище – источник расстройства многих систем организма и так далее. Болезни, происходящие от нерадения и беспорядочности в жизни, естественно за сим следуют, – пишет прп. Варсонофий Великий.

Но бывают причины и невидимые. За что была поражена проказой Мариам, сестра Моисея; за что той же болезнью был поражен Гиезий, ученик пророка Елисея; отчего больны были и даже умирали многие из коринфян, к которым писал апостол Павел? Писание открывает нам причины этих болезней. Мариам возроптала на Моисея, и Бог поразил ее проказой (см. Чис. 12, 10). Гиезий, предавшись сребролюбию, солгал своему учителю пророку, и за это был поражен от Бога той же проказой, от которой по молитве пророка только что чудесно исцелился сирийский вельможа Нееман (см. 4 Цар. 5, 27). Среди коринфян, по свидетельству апостола, многие были слабы и больны из-за того, что недостойно причащались Святых Тайн (см. 1 Кор. 11, 30).

Обычно мы бываем мало внимательны к себе и к своим грехам, которыми оскорбляем Бога и навлекаем Его праведный гнев на себя. Болезнями тела Бог хочет или очистить, или предохранить нас от болезней душевных. Поэтому, подвергаясь болезни, нужно поразмыслить, за какие грехи она послана нам. (Разумеется, этот совет применим в случае болезни, случившейся лично с нами, а не с нашим ближним, так как в последнем случае мы легко можем впасть в тяжкий грех осуждения.)

Вот скорбит сердце: не оттого ли, что оно было источником грехов и питалось грехами?

Вот страдает голова, и болезнь не дает покоя: не оттого ли, что голова была вместилищем худых мыслей и намерений и так мало занималась благоговейным размышлением о Боге и об обязанностях к Нему человека?

Вот слабеют глаза и смыкаются веки: не оттого ли, что так часто закрывались они там, где надлежало им быть открытыми, и открывались там, где должны были закрываться? Не оттого ли, что они обольщались и ослеплялись суетным блеском, смотрели гордо, презирали нищих и смиренных в унынии, мало взирали на величие и гармонию дел Божиих, чтоб видеть в них несозданную красоту Создателя и беспредельное величие Всевышнего Бога?

Вот болит и плохо слышит орган слуха: не оттого ли, что уши так часто были невнимательны к голосу Божию, со всех сторон призывающему человека на путь спасения, и, напротив, были открыты словам лести и обмана, были заняты обаянием суетного мира?

Вот ослабевают и трясутся руки: не оттого ли, что нетверды они были в делании добра и часто простирались к делам неправды?

Вот колеблются и претыкаются ноги: не оттого ли, что человек часто удалялся от пути заповедей Христовых и ходил по распутиям греха?

Не оттого ли страждет все тело, что в нем царствовал грех, который порабощал его своим похотям?

Каковы бы ни были причины наших болезней, они всегда напоминают нам о наших грехах пред Богом, внушая нам мысль обратиться с искренним покаянием к Нему.

От тебя зависит быть нерадивым или жить нечисто и впадать в болезни, пока не приведешь себя в должный порядок. Впрочем, покаянием можешь избавиться от наказательных болезней, – пишет прп. Варсонофий Великий.

Придя к смертельно заболевшему царю Езекии, Пророк Исайя сказал ему: Так говорит Господь: сделай завещание для дома твоего, ибо ты умрешь, не выздоровеешь (Не. 38, 1). Услышав столь строгий для себя приговор, царь обращается к Господу с молитвой: …и молился Господу… и заплакал Езекия сильно. И было слово Господне к Исайи, и сказано: пойди и скажи Езекии: так говорит Господь, Бог Давида, отца твоего: Я услышал молитву твою, увидел слезы твои, и вот, Я прибавляю к дням твоим пятнадцать лет (Не. 38, 2–5). Так милосердно Господь внимает молитвам, исполненным смирения и сердечного сокрушения о грехах, ибо близ Господь сокрушенных сердцем, и смиренным духом спасет (Пс. 33, 19).

Вот еще случаи, когда твердая решимость оставить грех приводила к исцелению от болезней.

Во времена святителя Иоанна Златоуста одна женщина очень долго страдала неизлечимой болезнью, и врачи ничем не могли помочь ей. Тогда она попросила мужа, чтобы он повез ее к святителю, веруя, что он исцелит ее. Муж исполнил просьбу жены, привез ее в монастырь и оставил у ворот, а сам пошел к святителю. На просьбу мужа об исцелении святой Иоанн Златоуст ответил: «Пойди скажи жене своей, чтобы она оставила свой злой нрав и раздала милостыню нищим, чтобы усердно молилась, хранила себя в воздержании и посте в праздники и будни, и тогда Бог подаст ей исцеление». Муж передал жене эти слова, и она воскликнула: «Все повеленное буду исполнять до последнего издыхания!» Муж возвратился к святому и рассказал об ее обещании. «Идите с миром, Бог уже исцелил твою жену», – сказал ему Иоанн Златоуст. И действительно, муж вышел и увидел свою жену совершенно здоровой.

В Новгороде при архиепископе Ионе началась моровая язва; народ повально умирал, и архиепископ объявил всем, что Бог послал эту страшную болезнь за нераскаянные грехи. Люди воскликнули, что желают покаяться; был отслужен молебен, все дали Богу обещание больше не грешить, и моровая язва прекратилась. Больше никто не умирал, а кто был болен – исцелился.

Преподобный Исаак Сирин. Любовь к Богу – достаточное утешение даже и при погибели души[22]

Если от уединения рождается в нас иногда и уныние (и сие, может быть, попускается по Божию смотрению), то имеем превосходное утешение надежды – слово веры, которое в сердцах у вас. И хорошо сказал один из мужей богоносных, что для верующего любовь к Богу – достаточное утешение даже и при погибели души его. Ибо, говорит он, какой ущерб причинят скорби тому, кто ради будущих благ пренебрегает в настоящем наслаждением и упокоением?

Когда угодно Богу подвергнуть человека большим скорбям, попускает впасть ему в руки малодушия. И оно порождает в человеке одолевающую его силу уныния, в котором ощущает он подавленность души, и это есть вкушение геенны; сим наводится на человека дух исступления, из которого источаются тысячи искушений: смущение, раздражение, хула, жалоба на судьбу, превратные помыслы, переселения из одной страны в другую и т. п. Если же спросишь: что причиною всего этого? – то скажу: твое нерадение, ибо сам ты не позаботился взыскать врачевства от этого. Врачевство же от всего этого одно: при помощи только оного человек находит скорое утешение в душе своей. Какое же это врачевство? – Смиренномудрие сердца. Без него никто не возможет разорить крепость сих зол: скорее же найдет, что превозмогли над ним бедствия.

Не гневайся на меня, вопрошающий, что говорю тебе правду. Не взыскал ты смиренномудрия всею душою твоею. Но если хочешь, вступи в его область, и увидишь, что освободит оно тебя от зла твоего. Ибо по мере смиренномудрия дается тебе терпение в бедствиях твоих, а по мере терпения облегчается тяжесть скорбей твоих, и приемлешь утешение; по мере же утешения твоего увеличивается любовь твоя к Богу; и по мере любви твоей увеличивается радость твоя о Духе Святом. Щедролюбивый Отец наш у истинных сынов Своих, когда соблаговолит сотворить облегчение их искушений, не отъемлет искушений их, но дает им терпение в искушениях. И все сии блага они приемлют рукою терпения своего к усовершению душ своих.

Да сподобит и нас Христос Бог, по благодати Своей, в благодарении сердца претерпеть всякое зло из любви к Нему! Аминь.

Вся надежда – Христос. К нему и взывай[23]

Ты, Господь всяческих, по милосердию Своему будь для меня пристанью спасения, прибежищем помощи и спаси меня.

Умоляю благость Твою, Спаситель мой, отныне излей на меня щедроты Твои и там поставь меня вдали от мучимых.

Христе, благоволивший стать жертвою за нас, умертви грех, которым поражены все члены мои, снизойди, обитай в членах моих.

Как скоро узнает о сем лукавый, сокрушатся зубы его, и огнь геенский будет угашен Твоим блистанием.

Лукавый сатана изблевал на меня яд свой, растлил и низложил меня грехом. Но поелику иду я Твоим путем, а Ты всемогущ, то питает надежду немощь моя, что Ты, презря его, окажешь мне помощь оставлением грехов, – и посрамится растлитель мой.

Князья злобы ослепили меня страстями своими, и хитростию своею похитили у меня красоту юности моей. Что же делать мне, утратившему чистоту свою? Возопию ко Христу, чтобы возвратил Он мне красоту мою; и тогда посрамятся лукавые.

Спаситель мой взывает ко мне, ученику Своему:

не отчаивайся в своем спасении; Я восстановляю тебя и отпускаю тебе грехи твои. Мое ты приобретение, и Я не оставлю тебя; потому что искупил тебя собственною Своею Кровию.

Взывай же, грешник, из всех сил, и не щади гортани своей; ибо Господь твой милостив и любит кающихся. Коль скоро возвратишься ты, Отец твой предварит тебя сретением Своим, заколет тельца упитанного, облечет тебя в светлую ризу и возвеселится о тебе.

Есть надежда – Христос[24]

Не упадай духом, душа, не скорби, не произноси над собою решительного суда по множеству грехов, не привлекай на себя огня, не говори: отринул меня Господь от лица Своего. Богу не угодны такия слова. – Разве кто пал, тот не может восстать? Разве кто отвратился, тот не может обратиться? – Или не слышишь, какова благодать Отца к блудному?

Не стыдись же обратиться, но с дерзновением скажи: восстав, иду к Отцу моему! Встань и иди.

Он примет тебя и не укорит, а паче возрадуется твоему возвращению. Он ждет тебя; только не стыдись и не скрывайся от лица Божия, как Адам.

Ради тебя Христос распялся, и отринет ли тебя? – Он знает, кто утесняет нас; знает, что нет у нас другого помощника кроме Его единаго.

Христос знает, что человек беден. Не предавайся же нечаянию и нерадению, как бы уготованный во огнь. Христу нет утешения ввергать нас в огнь; не приобретение для Него посылать нас на мучения.

Подражай блудному сыну: оставь морящий голодом город. Приступи и умоляй, и узришь славу Божию. Просветится лице твое, и ты возвеселишься в раю сладости. Слава спасающему нас Господу Человеколюбцу!

Святитель Феофан Затворник. Самонадеянность – одна из причин безнадежности в деле спасения

Одна из причин нашей безнадежности в деле спасения находится в нашем ошибочном убеждении, будто нас могут спасать одни дела, на которые мы больше всего и возлагаем свою надежду.

Между тем как нам необходимо прежде всего восстановить в своей душе такое убеждение, что никакие подвиги наши, сами по себе, спасти нас не могут и что наше сердце никогда не найдет себе успокоения от наших дел. Оно может только успокоиться в Господе Спасителе, и тогда лишь окрыляется надеждой спасения, когда искренно и преданно взывает к Нему: «Господи, имиже веси судьбами, спаси мя!»

Все самонадеянники в деле спасения обыкновенно кончают тем, что безотрадно теряют всякую уверенность в себе, считая дальнейшие труды свои на пути спасения как бы бесплодными. Справедливо называя такой образ опасения иудейским, преосвященный подвижник говорит: надежда спасения нашего должна быть не в делах наших, хотя и без них нельзя обойтись, а, преимущественно и главным образом, в Господе Спасителе.

Вы охаете и ахаете… Уж, в самом деле, нет ли у вас упования спастись от дел? Это иудейский путь. Христианский – со слезами каяться и просить:

«Господи! имиже веси судьбами, спаси мя!» Ведь упование спасения в Господе есть тоже и обязанность христиан, и дух их жизни…

Этот пункт очень важен… Коль скоро упованием мало-мало отклонитесь от Господа, все дело тогда покривляется: ибо тогда Господь отступает, говоря как бы: «Ну, и оставайся с тем, на что упование полагаешь».

Чувство упования на Бога – великое дело. Оно есть итог всех чувств наших к Богу.

Надежда спасения у нас не в делах наших, а в Господе Спасителе. Кто верует в Господа, тот в области спасаемых. К вере приходит благодать чрез Святые Таинства… И сей человек готов в путь следования Христу. Что ему нужно главное? Иметь постоянное усердие угождать Ему исполнением Его святой воли во всех встречающихся обстоятельствах жизни. В ком оно есть, тот живет. В ком нет – у того жизнь остановилась. И смотрите: если есть ревность по Боге, значит, есть жизнь Христова в вас. Что остается? Остается хранить и не пропускать случая во исполнении воли Божией; беспокоиться же, – уж если беспокоиться только о том должно, – если погасло усердие. О том же, что времена какие бывают, хоть тоже равнодушничать не следует, но охать и ахать – не добре…

Говорите: ну, как-нибудь не дотяну до конца? Если сами одни собираетесь тянуть, то немудрено не дотянуть. А если все упование свое возложите на Господа, то Он непременно доведет вас до конца. Сомненья в этом не допускайте даже на волос. Больше молитве надо прилежать, а она всему научит… Слов не нужно много. А в чем нужда – сказать то с детскою простотой.

Надо так себя чувствовать, как чувствует утопающий на море, который ухватился и лег на доску, сильную его поднимать и носить над бездной. Он постоянно чувствует, что готов погибнуть, но вместе чувствует под собою и спасительную доску. Это есть настоящее изображение всякой души, истинно спасающейся в Господе. Она чувствует, что, сама по себе, гибнет, но вместе чувствует, что есть спасение Господом – веры ради в Него.

Помощь Божия всегда готова и всегда близ, но она уделяется только ищущим и трудящимся, и притом тогда, когда ищущие переиспытают все свои средства… и полным сердцем начнут взывать: Господи, помоги! А пока остается, хоть малое, чаяние чего-либо от своих способов, Господь не вмешивается сюда, как бы говоря: чаешь сам достигнуть! Ну, и жди!..

Для уяснения сказанного приведу такой пример.

Жил старец в безмолвной пустыне. Напали на него бесы видимо – и начали тащить вон из келлии, чтобы выгнать совсем и из пустыни. Старец начал сам отбиваться от них, но те пересилили его и уже к самой двери притащили; еще бы немного – и они вышвырнули бы его вон. Видя крайнюю беду, старец воззвал: «Господи, Иисусе Христе! Почто мя оставил еси? Помоги мне, Господи!» Как только воззвал, тотчас явился Господь и разогнал бесов, а старцу сказал: «Я не оставил тебя: но как ты не призывал Меня, а сам думал управиться с врагами, то Я не приступал помочь тебе. Сам ты виноват, понадеявшись на себя. Призывай Меня, и всегда встретишь готовую помощь». Сказав это, Господь стал невидим.

Вразумив старца, этот случай и всем нам дает урок – не барахтаться со страстными помыслами своим с ними мысленным препирательством, а тотчас обращаться к Господу с молитвою против них.

Нормальное к Богу отношение наше есть болезненное, с сокрушением, Ему припадание в сердце, с воззванием: «Имиже веси судьбами, спаси мя». В руки Господни надо положить себя – да творит в нас и с нами, что Его святой воле угодно, только бы спас. Отсюда – умирение духа и отрада сердца, даже при самом безотрадном положении.

Да утешит вас Господь!

Митрополит Мануил (Лемешевский). Преображение души[25](Избранные места из дневниковых записей)

Кого Я люблю, тех обличаю и наказываю. (Откр. 3, 19).

Ни один твой вопль, ни одно твое стенание, ни один твой тяжкий вздох, ни одна капля слез – ничто, что страдало и трепетно билось в усталом сердце твоем, Я не оставил втуне.

Мои милости окружали тебя именно в такие минуты жизни твоей, когда ты их не ожидал и поэтому не замечал, по грехам своим. Они порой и явно свидетельствовали о заботе Моей о тебе.

* * *

Когда скорби и уныние начнут терзать душу твою, вспомни, сколько радостей давал Я тебе в дни детства и отрочества.

* * *

Сейчас Я не взираю на мерзкие дела твои, но слышу вопли и слезные стенания покаяния твоего – и они Мне дороги, потому что они теперь искренни и своевременны.

Ты дорог Мне, и дороги все страдания твои, как искренно тобою пережитые.

Ты дорог Мне, и потому Я так часто помогал тебе, отвращал тебя от смерти, пагубы и разных потрясений жизненных.

Ты дорог Мне, потому что образ искреннего покаяния не оставляет тебя и желание исправиться крепнет в сознании и сердце твоем.

* * *

Малодушный! Как ты не замечал в мрачные минуты, что рука Моя, водящая тебя, всегда укрепляла тебя; помощь Моя, хотя и в последнюю минуту (когда как будто неоткуда было ожидать ее), приходила к тебе. Ибо все это Мною было послано. Ибо лишь на мгновение гнев Мой, но на всю жизнь – благоволение Мое. Ибо вечером водворится плач, а на утро радость (Пс. 29, 6).

Помни, что все эти переживания и настроения не должны быть тебе присущи, ибо ты идешь путем самоограничения и беспощадности к себе. Ты не должен допускать их до себя, вспоминая в такие тоскливые минуты о тех радостях, которыми Я вел тебя к новой жизни в годы твоего богоискательства.

* * *

Ободрись, усталый путник!

Положись на Мою заботливую руку о тебе!

Ты видишь, что разными путями веду Я каждую душу христианскую ко спасению. И тебя тоже, даже в одиннадцатый час жизни твоей, веду Я особым путем.

Следуй за Мною.

Я хотел видеть тебя надежным человеком для Меня, каким ты был когда-то. Так не колеблясь следуй за Мною. Ты должен поэтому быть свят во всем, во всех своих поступках, во всех своих помыслах, чтобы не оскорблять Мою святыню.

* * *

Победи, – говорит в тебе внутренний голос. Победи все нехорошее в себе, – повторяет он. Так победи и докажи, что ты бесповоротно отошел от греха.

Будь человеком, не стыдящимся оказывать внимание маленьким, бедным, незаметным людям, в большинстве своем беззащитным, оказывая снисхождение к их немощам.

Будь человеком, у которого всегда можно найти поддержку, поэтому в обращении с людьми не позволяй себе проявлять черствость и нечуткость, чем ты столькратно согрешал и прежние годы.

* * *

Ты одинок, но не забывай и помни всегда, что Я с тобою. Нелегко переживать чувство острой тоски и одиночества, но это неизбежный путь всех людей с обостренной интуицией и чувствительных к чужому горю.

Я хочу, чтобы ты уже сейчас начал оправдывать доверие, которое Я вложил в сердце твое.

Я имею право требовать от тебя всего этого, ибо Я слишком много дал тебе.

Сколько предупреждений делал Я тебе об исправлении и покаянии!

Я жду от тебя ответа искреннего, согретого порывом души твоей.

Что тебе сейчас остается?

Стремиться к глубинной тишине, какая бывает на дне озер или в колодцах и глубоких хранилищах, и почаще замыкаться в пустыне сердца своего, не впадая в дремотную тишину.

* * *

Я хочу, чтобы ты был хозяином своих мыслей. Заметь, какие они бывают… Когда работа идет точно, легко – мысли бывают свежи и свободны, они приходят короткие, прозрачные, текучие. Тебе надо только организовать их, ясно и точно обобщить. И надо много-много думать над ними, отбрасывая ненужные и чуждые из них.

Я хочу, чтобы, работая над ними, ты соделал в сердце своем сокровищницу для творения непрестанной Иисусовой молитвы.

* * *

Ты дорог Мне и потому, что ты возлюбил со всею ревностию Пречистую Матерь Мою и в простоте сердца своего обращаешься к Ней, как к Родимой Матушке.

Ты дорог Мне, и потому недреманное око Мое везде сопутствует тебе. Разве не замечал ты в жизни своей и среди окружающих тебя, искренне или лицемерно и лицеприятно заботящихся об облегчении твоей горькой участи и страданиях твоих, – разве не замечал ты заботы Моей о тебе?

* * *

Я хочу, чтобы ты был человеком с добрым характером, чтобы тебя никогда не покидало чувство справедливости, чтобы ты всегда поступал как надо, то есть как повелевает тебе совесть твоя, чтобы от тебя люди учились благородству, обдуманности, рассудительности, великодушию и зрелости каждого поступка и слова.

Я хочу, чтобы все знающие и окружающие тебя могли бы всегда сказать о тебе: вот человек, на которого во всем и везде можно положиться и которому можно довериться.

Я хочу, чтобы ты был чутким к окружающим, к горю и несчастию ближних своих.

Я хочу, чтобы ты всегда и больше давал, но не просил для себя.

Я хочу, чтобы ты укрепил в себе точность в работе, целеустремленность – как главный стимул modul vivendi.

Я хочу, чтобы у тебя мысли и дела не расходились.

К этому стремись, ибо Я хочу, чтобы ты был человеком с сильным характером, чтобы тебя никогда не покидала сила духа, исполнительность и способность отдавать всего себя тому делу, к которому ты призван и которое ты делаешь. Такой человек никогда не останавливается на половине, и это – основная черта его характера.

* * *

Помни, что все случающееся с тобою промыслительно, и поэтому всякие мысли и попытки с твоей стороны ускорить движение дел твоих недостойны тебя и преступны. Верь, что все совершается по воле Моей, и раньше своего срока ничего на свете, и тем более с тобой, не случается. Поэтому тем мужественнее переживай все страдания, связанные с испытанием временем, неведением и ожиданием, зная, что все это Мною было послано.

ПИСЬМА СВЯТЫХ ОТЦОВ К ЧАДАМ, ПРЕБЫВАЮЩИМ В УНЫНИИ

Упование мое Отец, Прибежище мое Сын, Покровитель мой Дух Святый, Троице Святая, слава Тебе.

Святитель Иоанн Златоуст. Письма к диакониссе Олимпиаде[26]

Вы когда-нибудь читали письма Иоанна Златоуста к дьякониссе Олимпиаде? Я их теперь опять начала читать. Такая глубина в них… Нахожу в них ответы на многое. Они силы дают, утешение…

Из письма Императрицы Александры Феодоровны, посланного из заточения

28 мая 1917 года.

Госпоже моей достопочтеннейшей и боголюбезнейшей дьякониссе Олимпиаде, епископ Иоанн, о Господе радоваться.

Письмо 1-е

1. Хочу излечить рану твоего уныния и рассеять мысли, собирающие это облако скорби. Что, в самом деле, смущает твой дух, почему ты печалишься и скорбишь? Потому, что сурова и мрачна эта буря, которой подверглись Церкви? Потому, что все превратила она в безлунную ночь и день ото дня все более усиливается, причиняя тяжкие кораблекрушения? Потому, что растет гибель вселенной? Знаю это и я, да и никто не будет прекословить этому.

Если желаешь, я изображу даже тебе и картину того, что теперь происходит, чтобы сделать для тебя более ясными настоящие печальные события. Мы видим, что море бурно вздымается от самого дна; одни корабельщики плавают по поверхности вод мертвые, другие ушли на дно; корабельные доски развязываются, паруса разрываются, мачты разламываются, весла повыпадали из рук гребцов; кормчие сидят, не у рулей, а на палубах, обхватив руками колени, и только рыдают, громко кричат, плачут и сетуют на свое безысходное положение; они не видят ни неба, ни моря, а повсюду лишь такую глубокую, беспросветную и мрачную тьму, что она не дозволяет им замечать даже и находящихся вблизи; слышится шумное рокотание волн, и морские животные отовсюду устремляются на пловцов.

Но до коих пор, впрочем, гнаться нам за недостижимым? Какое бы подобие ни нашел я для настоящих бедствий, слово слабеет перед ними и умолкает. Впрочем, хотя и вижу все это, я все-таки не отчаиваюсь в надежде на лучшие обстоятельства, памятуя о Том Кормчем всего этого, Который не искусством одерживает верх над бурей, но одним мановением прекращает волнение моря. Если же Он делает это не с самого начала и не тотчас, то потому, что таков у Него обычай: не прекращает опасностей вначале, а тогда уже, когда они усилятся и дойдут до последних пределов, и когда большинство потеряет уже всякую надежду; тогда-то Он, наконец, совершает чудесное и неожиданное, проявляя и собственное Свое могущество и приучая к терпению подвергающихся опасностям.

Итак, не падай духом.

Ведь одно только, Олимпиада, страшно, одно искушение, именно только грех, – и я не перестаю до сих пор напоминать тебе это слово, – все же остальное – басня, – укажешь ли ты на козни, или на ненависть, или на коварство, на ложные допросы, или бранные речи и обвинения, на лишение имуществ, или изгнания, или заостренные мечи, или морскую бездну, или войну всей вселенной. Каково бы все это ни было, оно и временно и скоропреходяще, и имеет место в отношении к смертному телу и нисколько не вредит трезвой душе. Поэтому и блаженный Павел, желая показать ничтожество радостей и печалей, приключающихся в настоящей жизни, разъяснил все одним изречением: видимая бо временна (2 Кор. 4, 18). Итак, зачем тебе бояться временного, протекающего подобно речным потокам? – потому что таково настоящее, все равно – будет ли оно радостно, или печально. Другой же пророк все человеческое счастье сравнил не с травой даже, а с другим, более ничтожным веществом, назвавши все вместе цветом травы, и счел (этим цветом) не часть только счастья, например – только богатство, или только роскошь, или обладание властью, или почести; но все, что у людей считается славным, обняв одним именем «славы», уподобил затем траве, сказав: всяка слава человека, яко цвет травный (Ис. 40, 6).

2. Однако ужасно и тяжело, скажешь, несчастье. Но смотри, как и оно, в свою очередь, приравнивается пророком к другому образу, – и относись с презрением и к нему. Именно, уподобляя бранные речи, оскорбления, укоризны, насмешки со стороны врагов и злые замыслы изветшавшей одежде и изъеденной молью шерсти, пророк говорил: не бойтеся укоренил человека и похудению их не покоряйтеся, потому что состарятся слова их, как риза, и будут изъедены, как шерсть молью (Ис. 51, 7–8).

Итак, пусть не смущает тебя ничто из того, что происходит. Перестань звать на помощь то того, то другого и гнаться за тенями (а такова человеческая помощь), но призывай непрестанно Иисуса, Которому ты служишь, чтобы Он только благоизволил: и все бедствия прекратятся в один миг. Если же ты призывала, а бедствие не устранено, то таков у Бога обычай: не сначала (я повторяю то, что сказал выше) удалять бедствия, но когда они достигнут наибольшей высоты, когда усилятся, когда враждующие изольют почти всю свою злость, – тогда, наконец, все сразу изменять в состояние тишины и производить неожиданные перемены. Он может произвести не только те блага, каких мы ожидаем и надеемся получить, но и гораздо большие и бесконечно ценнейшие. Поэтому и Павел говорил: Могущему же паче вся творити по преизбыточествию, ихже просим или разумеем (Еф. 3, 20). Разве Он не мог, в самом деле, сначала же не допустить трем отрокам подвергнуться искушению (Дан. 3)? Мог, но не пожелал, чтобы доставить им через это большую выгоду. С этой целью Он допустил и то, чтобы они были преданы в руки иноплеменников, и – чтобы печь была разожжена до несказанной степени, и – чтобы гнев царский пылал сильнее печи, и – чтобы крепко связаны были их руки и ноги, и – чтобы, наконец, ввергнуты они были в огонь; и когда все, созерцавши их, отчаялись в их спасении, тогда-то нежданно и вопреки всякой надежде проявилось чудное дело превосходнейшего Художника Бога и просияло с превосходной силой. Именно, – огонь связывался, а узники разрешались; печь сделалась храмом молитвы, источником и росой, и стала почетнее царских дворцов, – и над огнем, этой всепожирающей силой, которая преодолевает и железо, и камни и побеждает всякое вещество, одержала верх природа волос. И здесь стоял согласный хор святых, призывавших всю тварь, и небесную и земную, к дивному песнопению: они пели, воссылая благодарственные гимны за то, что были связаны, за то, что – насколько это зависело от врагов – были сжигаемы, за то, что были изгнаны из отечества, за то, что стали пленниками, за то, что были лишены свободы, за то, что сделались не имеющими городов, бесприютными, за то, что жили в чужой и иноплеменной земле, – таково свойство благодарной души. И вот, когда и злодеяния врагов были кончены (что еще могли бы они предпринять после смерти?), и добродетель борцов проявилась во всей своей полноте, когда сплетен был для них венец, собраны были награды и ничего уже не осталось больше для их прославления, – тогда-то именно бедствия устраняются, и тот, кто возжег печь и предал отроков столь великой муке, начинает дивно прославлять этих святых борцов и делается вестником необычайного чуда Божия, посылает во все стороны вселенной письма, полные благохваления, повествуя в них о случившемся, и делается таким образом достоверным вестником чудес дивнотворца Бога, потому что если он сам (прежде) был врагом и неприятелем, то писанное им не возбуждало уже к себе подозрения и у врагов.

3. Видишь искусство Бога? Видишь Его мудрость? Видишь, что Он совершает не то, что согласно с обычными мнениями и ожиданиями? Видишь Его человеколюбие и попечительность? Поэтому не смущайся и не тревожься, но пребывай постоянно, благодаря Бога за все, славословь Его, призывай, проси, умоляй, и хотя бы наступили бесчисленные смятения и волнения, или происходили перед глазами твоими бури, пусть ничто это не смущает тебя. Господь ведь у нас не сообразуется с затруднительностью обстоятельств, даже если все впадает в состояние крайней гибели, так как Ему возможно поднять упавших, вывести на дорогу заблудших, исправить подпавших соблазну, исполненных бесчисленных грехов освободить от них и сделать праведными, оживотворить лишенных жизни, восстановить еще с большим блеском то, что разрушено до основания и обветшало. В самом деле, если Он делает, что рождается то, чего не было, и дарует бытие тому, что нигде вовсе не проявлялось, то гораздо скорее Он исправит существующее уже и происшедшее.

Но, скажешь, много погибающих, много соблазняющихся? Много и подобного часто уже случалось; но впоследствии все, однако, получало соответствующее исправление, исключая тех, кто упорно пребывал в неисцелимой болезни и после перемены обстоятельств. Зачем ты смущаешься и грустишь, если тот изгнан, а тот, напротив, возвращен? Христа распинали и требовали освобождения разбойника Вараввы, развращенный народ кричал, что лучше должен быть спасен человекоубийца, чем Спаситель и Благодетель. Скольких людей, ты думаешь, это тогда соблазнило? Скольких это тогда погубило? Но лучше следует повести речь с более ранних событий. Этот Распятый не тотчас ли по Своему рождению сделался переселенцем и беглецом, и со всем Своим домом, находясь еще в колыбели, переселялся в чужую землю, отводимый в страну иноплеменников, отделенную (от Его родины) столь большим пространством пути? И вот по этой причине явились потоки крови, беззаконные убийства и заклание; все только что явившееся на свет поколение убивалось, как бы в бою на войне; дети, отрываемые от сосцов, предавались закланию, и когда еще было молоко в гортани, вонзался меч через горло и шею. Что тяжелее этого печального события? И это делал искавший убить Христа; и долготерпеливый Бог терпел, когда дерзко измышлялось такое ужасное злодеяние, когда лилось столько крови, – терпел, хотя мог бы воспрепятствовать, показывая столь великое долготерпение вследствие тайных и мудрых Своих планов. Когда затем Христос возвратился из страны иноплеменников и вырос, против Него начала возбуждаться вражда отовсюду. Сначала недоброжелательствовали и завидовали ученики Иоанна, хотя сам Иоанн относился с почтением к делу Его, и говорили, что Иже бе с тобою об он пол Иордана, се Сей крещает, и ecu грядут к Нему (Ин. 3, 26); это были слова людей, находившихся в состоянии раздражения, одержимых завистью и изнуряемых этой болезнью. Потому-то один из учеников, сказавших эти слова, даже спорил с некоторым иудеянином и состязался об очищении, крещение сравнивая с крещением: крещение Иоанново – с крещением учеников Христа. Бысть, говорится, стязание от ученик Иоанновых со иудеи о очищении (Ин. 3, 25). Когда опять Христос начал творить знамения, сколько было злословия? Одни называли Его самарянином и беснующимся, говоря, что самарянин ecu Ты, и беса имаши (Ин. 8, 48), другие – обманщиком, говоря: несть Сей от Бога, но льстит народы (Ин. 7, 12), иные – волшебником, говоря, что о князе бесовстем Веельзевуле изгонит бесы (Мф. 9, 34), и это повторяли постоянно; называли врагом Богу и любящим есть и служить чреву, любящим пить вино и другом людей порочных и развращенных: прииде, говорится, сын человеческий ядый и пия, и говорят: вот сей человек ядца и винопийца, друг мытарем и грешником (Лк. 7, 34). Когда же беседовал с блудницей, называли Его лжепророком: аще бы был пророк, говорится, то знал бы, кто эта женщина, говорящая с Ним (Лк. 7, 39); и ежедневно изощряли зубы против Него. И не иудеи только так враждовали против Него, – но и те, которые, казалось, были братьями Его, не относились к Нему искренно, и из среды домашних была возбуждаема против Него вражда. Как растленны были и они, это усматривай из слов, какие сказал евангелист: ни братия бо Его вероваху в Него (Ин. 7, 5).

4. Если, затем ты вспоминаешь, что многие соблазняются и вводятся в заблуждение теперь, то спрошу тебя: сколько, думаешь ты, из учеников Его соблазнилось во время Креста? Один предал, другие убежали, третий отрекся, и когда все отстали – был ведом только один связанный.

Сколько, ты думаешь, соблазнилось в то время из тех, которые недавно зрели Его творящим знамения, воскрешающим мертвых, очищающим прокаженных, изгоняющим бесов, источающим хлебы и совершающим другие чудеса, соблазнилось при виде того, как Его только вели связанным, когда Его окружали ничтожные воины, и священники иудейские следовали за Ним, производя шум и смятение, при виде того, что все враги только, захватив Его, держат в своей среде, и что предатель присутствует при этом и торжествует?

А что, когда Его бичевали? И верно, при этом присутствовало бесчисленное множество людей, потому что был славный праздник, который собирал всех, а городом, приявшим это зрелище беззакония, была столица, и происходило это в самый полдень.

Итак, сколько людей, думаешь, присутствовало тогда и соблазнялось, видя, как Он был связан, подвергнут бичеванию, обливался кровью, испытывался судилищем игемона, и при этом не было никого из Его учеников? А что, когда совершались над Ним разнообразные издевательства, следовавшие непрерывно одно за другим, когда то увенчивали Его тернием, то облекали в хламиду, то давали в руки трость, то, падая, покланялись Ему, проявляя все виды издевательства и осмеяния? Сколько людей, ты думаешь, соблазнялось, сколько приходило в смущение, сколько приводилось в замешательство, когда били Его по ланите и говорили: прорцы нам, Христе, кто есть ударей Тя (Мф. 26, 68)? Когда водили Его туда и сюда, истратили весь день на остроты и ругательства, на издевательство и осмеяние, и это – в середине иудейского зрелища? А что, когда раб архиерея ударял Его? А что, когда воины разделяли Его одежды? А когда Он, обнаженный, был вознесен на крест со следами бичей на спине и был распинаем? Ведь даже и тогда эти дикие звери не смягчались, но делались еще более бешеными, и злодеяния усугублялись, и издевательства усиливались. Одни говорили: разоряли церковь, и треми деньми созидаяй, спасися Сам (Мф. 27, 40). Другие говорили: иныя спасе, Себе ли не может спасти (ст. 42). Иные говорили: аще Сын еси Божий, сниди со креста и уверуем в Тебя (ст. 40, 42). А что, когда напитавши губку желчью и уксусом, оскорбляли Его? А что, когда разбойники поносили Его? А что (о чем я и прежде говорил: о том страшном и беззаконнейшем деле), когда говорили, что более достойно требовать освобождения не Его, а того разбойника, вора и виновника бесчисленных убийств, и, получивши от судьи право выбора, предпочли Варавву, желая не только распять Христа, но и запятнать Его худой славой? Думали, что отсюда можно сделать вывод, что Он был хуже разбойника и так беззаконен, что Его не могли спасти ни человеколюбие, ни достоинство праздника. Ведь все они делали ради того, чтобы переменить мнение о Нем в худую сторону; потому-то распяли вместе с Ним и двух разбойников.

Но истина не осталась скрытой, а просияла даже сильнее. И в присвоении царской власти обвиняли Его, говоря: всяк, иже царя себе творит, не друг Кесарю (Ин. 19, 12), – на Того, Кто не имел, где преклонить главу, возводя обвинение в желании царской власти. И в богохульстве делали ему ложное обвинение: первосвященник разодрал свои одежды, говоря: хулу глагола: что еще требуем свидетелей"? (Мф. 26, 65)

А смерть какова? Разве не насильственная? Разве не смерть осужденных? Не смерть проклятых? Разве не самая постыдная? Разве не смерть самых последних беззаконников, недостойных даже испустить и дыхание на земле? А устройство погребения не совершается ли в качестве милости? Некто, придя, испрашивал себе Его тело. Таким образом, даже и погребающий его не был из числа близких, облагодетельствованных Им, из числа учеников, насладившихся столь полной близостью к Нему и вкусивших спасения, так как все они сделались беглецами, все убежали. А та худая молва, которую распустили по Воскресении, сказавши, что пришли ученики Его и украдоша Его (Мф. 28, 13), – сколь многих соблазнила, сколь многих ввела в обман? Эта молва тогда находила доверие, и хотя она была ложна и куплена за деньги, все же возымела силу в сознании некоторых, после печатей, после столь великой очевидности истины. Народ же и не знал учения о воскресении. Это и неудивительно, когда и сами ученики не верили: тогда они и не знали, говорится, яко подобает Ему из мертвых воскреснути (Ин. 20, 9). Итак, сколько, думаешь, соблазнилось в те дни? Но долготерпеливый Бог переносил, все устрояя по Своей неизглаголанной мудрости.

5. Потом, после трех дней, ученики опять скрываются, прячутся, становятся изгнанниками, пребывают в трепете и постоянно меняют место за местом, чтобы укрыться, и после пятидесяти дней начав показываться и творить знамения, даже и тогда не пользовались безопасностью.

Но и среди более слабых происходило множество соблазнов, когда ученики были подвергаемы плетям, когда Церковь была потрясаема, когда ученики изгонялись, когда враги во многих местах делались сильными и производили смятения. Так, когда, благодаря знамениям, ученики приобрели большее дерзновение, тогда опять смерть Стефана причинила тяжелое преследование, рассеяла всех и ввергла Церковь в смятение; ученики опять в страхе, опять в бегстве, опять в тревоге.

И все же дела Церкви постоянно росли, процветали через знамения, светлели вследствие положенных в их основание начал. Один был спущен через окно, и таким образом избежал рук начальника; других вывел Ангел, и таким образом освободил от уз; иных, изгоняемых теми, которые обладали могуществом, принимали и услуживали всяким образом торговцы и ремесленники, торгующие пурпуром женщины, приготовляющие палатки и кожевники, живущие на самых окраинах городов, подле самого берега моря. А часто ученики Христовы даже не осмеливались и показываться в центре городов; если же они сами и осмеливались, то не дерзали оказывавшие им гостеприимство. Так-то текли дела посреди искушений, посреди успокоений, и раньше соблазненные впоследствии поправлялись, заблудшие приводились опять на путь, и разрушенное до основания устраивалось еще лучше. Поэтому когда св. Павел просил, чтобы проповедь распространялась только среди тишины, всемудрый и все прекрасно устрояющий Бог не сделал по воле ученика, не внял ему, несмотря и на частые его просьбы, но сказал: довлеет ти благодать Моя: сила бо Моя в немощи свершается (2 Кор. 12, 9).

Если желаешь и теперь поразмыслить наряду с печальными событиями и о радостных, то увидишь много если не знамений и чудес, то во всяком случае похожего на знамения и неизреченное множество доказательств великого Промышления Божия и помощи.

Но, чтобы ты не все услышала от нас без всякого труда, эту часть я оставляю тебе, дабы ты тщательно собрала все радостное и сопоставила с печальным, и, занявшись прекрасным делом, отклонила себя таким образом от уныния, потому что и отсюда ты получишь большое утешение. Утешь весь твой благословенный дом, передав от нас великое приветствие. Пребывай сильной и радостной, достопочтеннейшая и боголюбезнейшая моя госпожа!

Если желаешь писать мне пространно, то извести меня об этом, не обманывая меня, однако, что ты оставила всякое уныние и проводишь жизнь в спокойствии. В том ведь и заключается лекарство моих писем, чтобы доставить тебе большую радость: и ты будешь получать от меня письма постоянно. Но не пиши мне опять: «я получаю большое утешение от твоих писем», потому что это знаю и я; пиши – что получаешь такое утешение, какое я хочу, что не смущаешься, не плачешь, а проводишь жизнь в спокойствии и радости.

Святитель Феофан Затворник. Болезни попущены нам всеблагим господом[27](Выдержки из писем к в недугах унывлющим) При немощах не отчаивайся

…Ваши мысли об отчаянном будто положении никуда негожи, – пишет святитель больному. – Это враг мутит. Кто может сказать, что будет? Один Бог. Но враг, Богом себя нечестиво заявляя, всюду встревает с своим пророчеством лукавым, и веру возмущает, и покой от сердца отнимает. Не слушайте его, а когда он сделает свое дело, отойдет, – и здравы будете, и поработаете Господу.

Что будет – то в руках Божиих. Потому за всяким шагом нам подобает взывать: буди воля Божия! Предавшись же в волю Божию, уже не следует туда и сюда метаться, а быть внутренне согласным на то, что подает Господь. В этом покой всех вообще, тем паче болящих.

* * *

Утешая другого болящего, преосвященный пишет:

…Не смотрите мрачно на немощи. Они скорее указывают на милость Божию и Божие к вам внимание, нежели на неблаговнимание…У Бога о болезненном и здоровом состоянии совсем другие мысли, чем у нас, и они отстоят от наших, как небо от земли. Бывает, что Бог болезнию укрывает иных от беды, которой не миновать бы им, если бы они были здоровы.

* * *

…Все, что от Господа, помимо нашего произвола, есть самое лучшее для нас. Это не по вере только, отвлеченно так, но, какое ни рассмотри обстоятельство из жизни, осязательно увидишь, что так всегда есть. Вот и ваше теперь стеснение отовсюду – и своя болезнь, и сыновняя, и дела те тяжелые, о коих только намекаете, – все это есть самое лучшее и для вас, и для всех ваших. Только остается молиться и, молясь, Бога благодарить. И за скорбное еще более надо благодарить – лобзать наказующую и учащую десницу Божию. Слепота наша, ничего не видящая, и самолюбие, слишком притязательное, – одни причины суть скорбей наших – того, что слишком болеем сердцем при неблагополучных обстоятельствах. Вы, конечно, все это так понимаю, сумеете свои чувства вставить в рамку, которую делает Небесный Промысл, с неподражаемым искусством. Желаю вам благодушия. Сердце, преданное Господу, всегда умеет найти покой!

Матерь Божия да согреет вас материнским утешением!

…Всем надо держать в мысли закон, по которому Господь размеряет участи наши на земле. Тут все от Господа от мала до велика, и се есть средство в деле приготовления к будущей жизни. Такой же смысл болезней и здоровья; таков смысл и болезни вашей N. Ей на дороге к будущей блаженной жизни непременно, по Божию премудрому и благому Суду, надо потерпеть, что терпит. Усвойте это воззрение и ей то же самое внушите, и то, что есть тягостного в этой болезни, перестанет тяготить душу и успокоит ее. Вера – целительница души, упованием окрыленная и любовью согретая.

Установясь в сем убеждении, о лечении всю заботу имейте и сердечное попечение, но с душевным спокойствием и преданием всего в волю Божию. Пусть и Н. так расположится. Счастье земное тоже благо в своей мере. Но если Господь находит, что для меня лучше не иметь той части сего счастия, которая зависит от здоровья, – буди воля Божия! Довольно с меня любви мужа, матери, отца, родных. Приношу благодарение Господу и за это, и за то, что дается и что не дается. Да даст только мне Господь благодушие и терпение и такое настроение духа, с каким не стыдно явиться пред Господа.

* * *

…Бог послал болезнь. Благодарите Господа, потому что все, что от Господа бывает, – к добру.

Если чувствуете и видите, что сами виноваты, то начните с раскаяния и жаления пред Богом, что не поберегли дар здоровья, Им данный. А потом все же сведите к тому, что болезнь от Господа, ибо всякое стеснение обстоятельств – от Господа есть, и случайно ничего не бывает. И вслед за сим опять благодарите Господа.

Болезнь смиряет, умягчает душу и облегчает ее тяжесть обычную от многих забот.

* * *

…Все от Бога: и болезни, и здоровье; и все, что от Бога, подается нам во спасение наше. Так и ты пригашай свою болезнь и благодари за то Бога, что печется о спасении твоем. Чем именно посылаемое Богом служит во спасение, того можно не доискиваться, потому что и не узнаешь, может быть. Посылает Бог иное в наказание, как епитимию, иное в образумление, чтоб опомнился человек, иное, чтоб избавить от беды, в какую попал бы человек, если бы был здоров; иное, чтоб терпение показал человек и тем большую заслужил награду; иное, чтоб очистить от всякой страсти, и для других причин… Ты же, когда вспомнишь о грехах, говори: «Слава Тебе, Господи, что наложил Ты на меня епитимью в наказание!» Когда вспомнишь, что прежде не всегда помнила Бога, говори: «Слава Тебе, Господи, что Ты дал мне повод и науку почаще вспоминать о Тебе!» Когда придет на мысль, что если бы была здорова, то иное и недоброе сделала бы, говори: «Слава Тебе, Господи, что не допускаешь меня до греха» и так всегда… благодушшный.

* * *

…В болезни учитесь смирению, терпению, благодушию и Богоблагодарению. Что приходит нетерпимость – это дело человеческое. Придет – отгонять надо. На то и чувство тяготы положено, чтобы было что терпеть. Если не чувствуется тяготы, то и терпения нет. Но когда приходит чувство тяготы и сопровождается желанием ее сбросить, то тут ничего нет грешного. Это естественное чувство! Грех начнется, когда вследствие этого чувства душа поддается нетерпеливости и начнет склоняться к ропотливости. Пришло чувство, надо его прогнать. Бога же поблагодарить.

* * *

…Как мы можем сказать, что ваша болезнь не послана Господом для отвращения какой-либо беды от вас!.. Течение жизни сокрыто от нас, и случайности ее бывают так непонятны, что нам ничего не остается, как взывать: буди воля Твоя, Господи! Ибо знаем, что от Господа идет всегда одно добро.

* * *

…Если все от Господа, то болезнь от Него же. Если все от Господа к лучшему, то и болезнь ваша тоже от Него… Принимайте же все, как живительное врачевство, хоть и горькое, но полезное. Болезни – вместо епитимий идут. Терпите благодушно: они будут, как мыло в работе у прачек.

И другая польза та, что будь вы здоровы, вам следовало бы, если бы вы вздумали деятельно соделывать свое спасение, держать строгие посты, бдения, долгие молитвословия, выстаивание общих церковных служб и прочие труды. Теперь же это у вас заменяется терпением болезненности. Терпите же и о прочем не беспокойтесь.

Только душу держите как следует. Духовная сторона у вас цела. Следовательно, ею вы должны служить Богу во всей полноте: трезвиться и бодрствовать, дух сокрушенный и смиренный иметь, в молитве (умно-сердечной, в зрении пред собою Господа) пребывать, помыслы отгонять, смирение питать, не осуждать, с радующимися радоваться, со скорбящими скорбеть, памятовать Бога и смертный час, и прочее подобное… Вот вам и спасение!

* * *

…Здоровье ваше пошатнулось. Пошатнувшееся здоровье может пошатнуть и спасение, когда из уст болящего слышатся ропотные речи и возгласы отчаяния. Да поможет вам Бог избавиться от той и другой беды!.. Видите, куда я веду речь-то?! У вас прорываются такие речи, а речи, конечно, от чувств и помышлений, эти же последние суть такого рода, что при них дело спасения не вершится. Извольте внять сему и поправиться… Здоровье и нездоровье в руках Божия промышления о нас суть средства ко спасению, когда тем и другим пользуются в духе веры. Но они же и пагубу ведут, когда относятся к ним своенравно. Что для вас особенно потребно – есть терпение благодушное и Богу покорное. Как только покажется в вашей душе такое расположение, тотчас вы вступите на путь спасения – в рай. И смотрите, тогда воодушевляйтесь!..

* * *

Вам делали операцию. Даруй, Господи, чтобы она сделала дело, для которого была предпринята. Господь да помилует и спасет вас!..

Другая у вас боль от болезней дочери… Вот что вам скажу… Как вы уже все возможные средства перепробовали, то вам остается одно – помириться с этим горем и нести его с покорностью Богу, веруя, что вся эта болезнь необходима для спасения вашего и дочери вашей… а также и мужа ее.

* * *

Смирившись таким образом, и держите себя спокойно и то же спокойствие одолжите и дочери. Поминайте положение мучеников, которые иногда, будучи измучены, оставляемы были в темнице на несколько лет – на пять, десять, а то и двадцать. Но покорно терпели и благодушествовали, имея рай пред глазами… за терпение.

Лечиться не грех

Желание подольше пожить и пользоваться добрым здоровьем – желание вполне естественное и сродное каждому из нас; поэтому, при всяком случае более или менее серьезного заболевания, мы спешим скорее обратиться к помощи врача. Но есть, однако, и такие люди, которые в подобных случаях смущаются мыслию: не грех ли вообще лечиться. Ведь Бог же посылает нам болезни, рассуждают они, поэтому принимать какие-либо меры к врачеванию – не будет ли с нашей стороны прямым прекословием воле Божией, всегда премудрой и благой. По мнению таких людей, этот вопрос настолько важен, что к нему нельзя безразлично относиться с религиозной точки зрения.

Из переписки святителя Феофана видно, что ему нередко приходилось давать ответы и по данному вопросу. Нисколько не отрицая такой мысли, что всякая болезнь, действительно, посылается нам от Бога, и, следовательно, от Него же мы должны ожидать не только облегчения в болезнях, но и полного врачевания их, какое нередко и подается по молитве веры болящего, святитель, однако, никому не дает совета пренебрегать и естественными средствами, при помощи людей, знающих врачебное искусство, – напротив, положительно утверждает, что лечиться у докторов не грех.

* * *

…Всяко Господне есть дело и здоровье, – говорит он. – Может быть, нездоровье вам пригожее, чтоб буянить не стала плоть. Его святой воле предать все будет лучше, конечно. Но ведь Он же и лекаря с лекарствами сотворил.

* * *

…Молитва молитвою, а доктора докторами, и докторов Бог дал, и к ним обращаться – Божия есть воля. Господь со Своею помощию приходит, когда естественных средств, Им же нам устроенных, оказывается недостаточно.

* * *

…Не лечиться можно, определяя себя на терпение, но надо бояться, как бы не прокралась самонадеянность: пусть лечатся слабые… а мы сильны! За такое о себе думание находит ропотливость. Лучше так: пришла болезнь – полечитесь. Пройдет хворь от лекарства – слава Богу. Не пройдет – терпеть надо и Бога благодарить.

Настоящее в болезни расположение есть: буди воля Божия! Жить ли, умереть ли – да будет как Богу угодно. Это расположение надо усилить и довести до того, чтобы оно не давало порождаться какому-либо относительно сего беспокойству.

* * *

…Одна старушка, из простых, болела долго, от простуды. Измучившись, плакать начала, а после плача, в некоем вдохновении веры, велела внучке своей, маленькой девочке, подать лампадку, горевшую пред иконой свт. Николая, помазалась маслом и – стала здоровою.

* * *

…В болезни к доктору обращаться – не грех, хоть и от Бога болезнь: ибо и разум лечебный Бог дает, и лекарства Бог же создал. Потому, прибегая к лекарю и лекарствам, мы не будем прибегать к тому, что находится вне Божиих путей и учреждений. Вот заговоры – не Божий путь, туда и нечего ходить.

…Здоровье – дар Божий. Беречь надо. А когда не убережете, Бог создал докторов и лекарства. Пользование ими не значит отступление от порядков Божиих.

* * *

…Помоги, Господи, дочери вашей получить пользу от лечения. Пусть молится и просит Господа вразумить лекарей, чтобы и болезнь угадали, и лекарства должные определили. Ибо Господь лечит. Лекари – Бгоорудия. Отвращение от лекаря и лекарств – Богу укор.

Клк молиться во время волезней

…Молиться о выздоровлении нет греха. Но надо прибавлять: аще волиши, Господи! Полная покорность Господу, с покорным принятием посылаемого как блага от Господа Благого, и мир душе дает… и Господа умилостивляет… И Он или оздравит, или утешением в душе поселит, несмотря на прискорбность положения.

* * *

…Обратитесь к лекарю, но в то же время паче Господа и святых Бго молите, чтобы вразумили его определить лекарство. И ко святым угодникам прибегайте, и все делайте, что люди благочестивые делают в таких случаях (только знахарок не навещайте). Ибо не знаете, где сокрыта для нее (болящей) помощь Божия. Может быть, Бог судил ей быть таковою, потому что для нее это спасительно. И она во всю жизнь такою останется ради своего спасения. Или послал Бог сию болезнь на время, чтобы испытать веру ее и родителей ее. Бог один все это ведает. Болезнь – не позор и не есть знак отвержения Божия. Напротив, и это милость Божия. От Бога все милость: хоть болезнь, хоть бедность, хоть беда. Пусть молится сестра усерднее Богу, но, молясь, пусть не говорит: «Дай здоровье», а: «Буди воля Твоя, Господи! Слава Тебе, Господи! Если угодно Тебе, Господи, избавь, а не угодно, буди воля Твоя. Верую, что и это (болезнь) хорошо, как хорошо здоровье. Благодарю Тебя, милостивый Создатель!»

* * *

…Есть болезни, на исцеление коих Господь налагает запрет, когда видит, что болезнь нужнее для спасения, чем здоровье.

* * *

В своих письмах святитель Феофан нередко касался значения так называемых заказных молитв за болящих. В большинстве случаев у нас эти молитвы совершаются так: родственники болящего – или сами, или чрез записку – просят священника помолиться о больном, причем тут же прилагают и плату за молитвенный труд. Этой материальной стороной дела, большею частию, и ограничивается вся забота родственников о болящем, так что они сами лично почти не считают нужным присоединять свои молитвы о болящем к молитвам священнослужителей, особенно если сделанный им заказ будет исполняться несколько дней. Такое отношение к делу со стороны родственников болящего признается святителем далеко не похвальным.

* * *

…Вы добре устроили молитвование о своей дочери болящей, – говорит он в одном письме. – Два молебна в неделю, да на проскомидии помин. Кажется, довольно бы. Но кто же тут болезненно молится? Бог внимает молитве, когда молятся растревоженной чем-либо душой. Если никто не воздохнет от души, то заказной молебен, хоть и будет исполнен, а молитвы о болящей не будет. Только и есть тут ваша вера и надежда – знамением которых служат ваши заказы. Но сами вы бываете ли на молебнах? Если нет, то и ваша вера безмолвна… Вы заказали, но, дав деньги, чтобы другие молились, сами сбросили с плеч все заботы… «Болящего» о больной никого и нет. Служащим где за всех наболеться?! Другое дело, когда вы сами на молебне или в церкви на литургии. Тогда ваше болезнование берется молитвою Церкви и быстрее возносится к престолу Божию… и самую молитву Церкви делает болезнующею, хоть служащие и сделают порученное вами. Так видите, в чем сила!.. Бывайте на молебнах сами и скорбите душой о болящей… И дело будет. В церкви, на литургии, соболезнуйте во время проскомидии… А особенно, когда после «Тебе поем» Богородичную поют песнь «Достойно есть»… тут поминаются за новосовершенною жертвою живые и умершие…

Обедни сильнее, чем поминовение только на проскомидии, потому что это выражает сильнейшее наше соболезнование болящей и вместе с тем – сильнейшую нашу веру и надежду, что Господь не оставит нас Своею помощию… Где заказать?.. Куда душа лежит, – храм ли, монастырь ли – там и закажите… Но главное – сами со-болейте о больной… И больше бедным помогайте… не тем только, которые ходят… Облегчите тяготимое бедностию семейство… Его молитва облегчит и вашу тяготу сердечную… и, слившись с вашею, составят трубный глас, способный привлечь Господа…

* * *

В другом письме, по тому же вопросу или, по крайней мере, по весьма близко подходящему к нему, святитель пишет следующее:

…Помните, что есть некто, не забывающий вас и всегда воздыхающий о вас пред Господом (здесь, по ходу речи, разумеется сам преосвященный). И воодушевляйтесь! Но не думайте, что вам посему можно сидеть сложа руки. Благожелательная молитва не прильнет к тому, о ком она бывает, если сей сам не молится. Молитва других о нас бывает сильна только тогда, когда она есть со-молитва, то есть сопровождает молитву собственную нашу.

* * *

…Как ни много дано в обетовании христианской молитве: Просите и дастся вам, ищите и обрящете, толцыте и отверзется вам… Однако никогда не следует думать, что если мы чего просим у Господа, то непременно и должны то получить. Каждая христианская молитва обязательно должна заканчиваться всегда так: Обаче не якоже аз хощу, Господи, но якоже Ты, то есть пусть будет во всем Твоя святая воля: радуй нас милостями или угнетай скорбями, только душу нашу очисти, только ее сделай угодной Тебе.

* * *

…Молясь, ждите желаемого, – пишет преосвященный, – но не предрешайте, что так и определит Господь, а предавайте сие на Его волю, с полною покорностию принять от Господа, что благоугодно Ему будет послать вам. Недостаток такой покорности по-кривляет молитву и лишает ее силы: ибо без нее молитва будет иметь такой смысл: хочешь не хочешь, Господи, подай.

* * *

…Если замедляется иногда просимое, то это зависит от неготовности еще просящего принять просимое. В руки Господни надо положить себя, – да творит в нас и с нами, что Его святой воле угодно, только бы спас. Эту грамотку напишите на сердце.

* * *

…Данное вам обещание, то есть положенное вами на меня послушание – молиться за господина N – исполняю. Только не молюсь словами: «Возьми, Господи, то-то, а подай это», а так: «Сотвори с ним, Господи, как для него спасительно». А то молитва будет походить на указ Богу… что совсем не пригоже.

Некий иерей имел обычай спрашивать на исповеди: «Ты идешь на молитву пенсию получать или милостыню просить?» Очень вразумительный вопрос!

Как молиться за болящих

Молитесь друг за друга.

Иак. 5, 16

«Раньше я думал, – пишет прп. Силуан Афонский, – что Господь творит чудеса только по молитвам святых, но теперь узнал, что и грешнику сотворит Господь чудо, как только смирится душа его, ибо когда человек научится смирению, тогда Господь слушает его молитвы».

Еще старец Силуан учил, что молиться за ближних надо так горячо, как бы «кровь проливать за них». Последнее подтверждается из молитвенного опыта святого праведного Иоанна Кронштадтского, описанного ниже.

«Девять раз я ходил молиться о смертельно больных младенцах с дерзновенным упованием… что Бог призрит на труд мой, на ходьбу мою, на молитвы и коленопреклонения, на дерзновение мое, на упование мое… Прихожу в десятый раз – младенцы здоровы».

Св. Иоанн Кронштадтский говорил: «Если ты живешь верою и добродетельно, особенно кротостью, смирением и милосердием соединен с Богом, то проси у Него чего хочешь – чему научит тебя просить Дух Святой: и будет тебе – или скоро, во мгновение, в один час, или через некоторое время, по усмотрению премудрости Божией».

Один христианин из наблюдавших молитву отца Иоанна около постели безнадежно больного так описывает ее: «Он просил с непреодолимой силой любви к ближнему. Он стучал все громче и громче в заветную, обетованную дверь. Он весь преобразился, черты его лица светились, глаза таинственно блестели, трепет пробегал по его телу, капли пота струились по лбу его. Наконец, мольба его была услышана. Он почувствовал, как влилась в него светлая, дивная, могучая сила. Ему уже давно знакомо было это ощущение. Он поднялся с колен и направился к кровати… и положил больному руку на голову.

– Встань и помолимся вместе, – тихо сказал он.

– Я не могу шевельнуться.

О. Иоанн еще раз возложил на него руку и еще раз повторил: "Встань и помолимся вместе". И больной встал с кровати».

Вот еще один случай исцеления по молитвам Отца Иоанна Кронштадтского, о котором пишет он сам:

«Некто, бывши смертельно болен воспалением желудка девять дней и не получивший ни малейшего облегчения от медицинских пособий, – лишь только причастился в девятый день поутру Животворящих Тайн, к вечеру стал здоров и встал с одра болезненного. Причастился он с твердой верой. Я молился о нем Господу, чтобы Он исцелил его. Господи! – говорил я, – исцели раба Твоего от болезни его. Достоин есть, емуже даси сия, молится о священниках Твоих и дары своя присылает в храм. Молился и в церкви у престола Господня за литургией, во время молитвы: иже общия сия и согласныя даровавый нам молитвы… – и пред самыми Тайнами. Я молился, между прочим, так: Господи! Животе наш! Как мне помыслить легко об исцелении, так Тебе исцелить легко всякую болезнь; как мне помыслить легко о воскресении из мертвых, так Тебе легко воскресить всякого мертвеца. Исцели убо раба Твоего Василия от лютой его болезни и не допусти ему умереть, да не предадутся рыданию жена и дети его, – и благопослушливый Владыка помиловал».

Почему же не все молитвы за болящих ближних исполняются и каковы условия для надежды на благоприятные последствия молитвы? На этот вопрос так отвечает старец Силуан: «Когда хочет Господь кого-нибудь помиловать, то внушает другим желание за него молиться и помогает в этой молитве. Поэтому должно знать, что когда приходит желание молиться за кого-либо, то это значит, что Сам Господь хочет помиловать ту душу и милостиво слушает твои молитвы. Но не должно смешивать желание молиться, которое внушает Господь, с желанием, которое рождается по пристрастию к тому, о ком молишься».

Очевидно, что в последнем случае молитва не всегда так исполняется Господом, как в первом случае, когда молятся по внушению от Господа.

* * *

Один из иноков спросил прп. Варсонофия Великого:

«Могут ли одни молитвы святых испросить прощения грехов без покаяния самого согрешившего?»

Преподобный ответил:

«Если человек сам не потрудится по силе своей и не присоединит собственного труда к молитвам святых, то никакой не получит пользы от того, что святые будут за него молиться. Когда они будут поститься и молиться за него, а он будет сластолюбствовать и вести себя беспорядочно, то какую пользу принесет молитва о нем? Ибо здесь сбывается сказанное в Писании: «Когда один строит, а другой разрушает, то что они получат для себя, кроме утомления?» (Сир. 34, 23).

Если бы возможно было, чтобы человек, о котором молятся святые, спасался, нимало не внимая себе, то что препятствовало бы святым спасать таким образом всех грешных мира сего?»

Поэтому и свт. Феофан Затворник говорит: «Молитва других о нас бывает сильна только тогда, когда есть и собственная молитва». Однако следует заметить, что из общего правила бывают и исключения. Эти исключения бывают тогда, когда горячность любви ближнего и его неотступность в молитве бывают очень сильны.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский так пишет по этому поводу: «Отчего искренняя наша молитва друг за друга имеет великую силу? Оттого, что я прилепляюсь во время молитвы к Богу, делаюсь един дух с Ним, а тех, за которых я молюсь, соединяю с собою верою и любовью, потому что Дух Божий, действующий во мне, действует в то же время и в них, как "все исполняющий", так как "мы многие одно тело», ибо все причащаемся от одного хлеба" (1 Кор. 10, 17; Еф. 4, 4).

Как мы видим из слов Отца Иоанна, молитва не о себе, а о страдающих ближних имеет безусловное преимущество перед молитвой о себе и о своих нуждах. Поэтому из видов помощи не самая ли доступная, надежная и мудрая – молитвенная помощь?!

О страхе смерти

Каждого больного, как известно, всего более беспокоит и страшит мысль: не умереть бы. Сознание вполне естественное, и благоразумие окружающих болящего не должно бы, по-видимому, отвлекать его внимания от этой мысли.

Но у нас, по обыкновению, в большинстве подобных случаев всячески стараются как бы разуверить больного в грозящей ему опасности, хотя нередко и сами сознают, что больной безнадежен. Понятно, что такое лицемерие у постели болящего кроме нравственного вреда ничего не может ему принести, а нередко и самих, так неуместно лицемерящих в случае неожиданно ускорившейся смерти больного, без должного христианского напутствия, подвергает тягчайшей скорби.

Мало разве умирают у нас без надлежащего подготовления исключительно лишь по нерадению окружающих больного родственников?! И допустившие такую неосмотрительность не убиваются ли горем, иногда целую жизнь, считая себя виновниками в том, что допустили своего близкого человека умереть без христианского приготовления?

* * *

Наши заботы – стараться всячески замалчивать пред болящим о его положении и удалять от него мысль о смерти – святитель Феофан считает более чем неуместными и в большинстве случаев, предварительно оговариваясь, что не всякая болезнь к смерти, старается затем напомнить больному, что в его положении иметь в мыслях смертный час – самое настоящее дело, и смущаться этим часом ни в каком случае не следует христианину. Так, в своей переписке с одним больным святитель говорит:

* * *

…Не помню доподлинно, что могло смутить вас в моем письме. Похоже, что это было напоминание о смерти… Этим чего же смущаться? Ныне-завтра смерть придет, и смущением ни отогнать, ни отодвинуть ее нельзя. Почему и положено для нас помнить час смертный, быть всегда готовыми к нему и молиться каждодневно, даже ежечасно: «Христианский кончины живота нашего, безболезненны, непостыдны, мирны, и добраго ответа на Страшном Судилище Твоем, Господи, сподоби мя».

* * *

…Так как часы жизни не в наших руках, то при болезни иметь в мысли и исход не противно ни Богу, ни нашим упованиям. Сего ради и уповайте, и готовьтесь. Восстановите веру в Господа, Рай для нас Крестом отверзшего! Входят во врата сии крестоносцы; вы же много лет стоите уже под крестом и благодушно несете его. Дерзайте убо: ибо Тот победит и не даст вас в обиду.

* * *

…Умирать? Это не особенность какая. И ждать надо! Как бодрствующий днем ждет ночи, чтобы соснуть, так и живущим надо впереди видеть конец, чтобы опочить. Только даруй, Боже, почить о Господе, чтобы с Господом быть всегда.

* * *

…Смерти что страшиться?! Но того, что по смерти, надо бояться и стараться всегда быть готовым к тому. Готовность есть плач о грехах, посильное делание добра и непоколебимая вера в Господа Спасителя, всем спастися желающего. Всем, – следовательно, и вам. А что Господь желает, тому кто может помешать? Не давайте только со своей стороны оплошности, а Господь уже не оставит.

* * *

…Страх смерти – спасительный страх; но у вас спасительность сия уничтожается отсутствием упования спасения. Надежда на Господа Спасителя, не уничтожая страха смерти, уничтожает убийственную его болезненность. Всячески старайтесь, чтобы у вас, в течение ваших дел, были всегда дела по заповедям. От сего будете чувствовать, что вы раба Божия и своя Богу… Как Бог никогда не оставляет Своих, то отсюда должна родиться уверенность, что и вас Он не оставит.

Преподобный Амвросий Оптинский. Как преодолеть расслабление и уныние (Ответ на письмо)[28]

…По совету N вы отнеслись письменно к моей худости, объясняя свое положение, но не до конца ясно. Не зная хорошо ваших обстоятельств и настроения душевного, буду отвечать вам, сколько могу понимать из письма вашего.

Вы пишете: «Тяжело я страдаю душевным и телесным расслаблением, которое меня отчуждает от всех радостей и связей мирских, и даже от дел долга. Нет для меня надежды в будущности. Одна лишь усиленная молитва к Богу поддерживает меня, при содействии молитв блаженного старца отца Серафима Саровского, к которому я имею глубокую привязанность душевную. Но иногда мои страдания доходили до такой степени, что я совершенно отчаивалась. Открываю вам свое малодушие: нет сил больше терпеть».

Содержание письма вашего показывает двоякое в вас расположение. Слова, что лишь усиленная молитва к Богу поддерживает вас, показывают, что вы усердная христианка. Другими же словами, что немощь душевная и телесная отчуждает вас от всех радостей и связей мирских и проч., обнаруживается привязанность к миру. Но вы сами из Евангельского учения должны знать, что никтоже может двема господинома работами: либо единого возлюбит, а другого возненавидит: или единого держится, о друзем же неродити начнет. Не можете Богу работами и мамоне (Мф. 6, 24). Итак, должно избирать: или искать удовольствий мирских и радостей земных, или только искать утешения и радости от Господа в свое время, наперед позаботившись о жизни христианской и житии по Его святым и животворным заповедям. Но для мира потребны люди здоровые. Вы же объяснили, что немощствуете телесно. К тому ж радости земные скоро преходящи, и утешения мирские не всегда надежны и верны, а по большей части обманчивы. Свт. Димитрий Ростовский говорит: лживый мир обещает утехи, а подает нам скорби, и беды, и несчастия; обещает злато, а подает блато, и проч. Поэтому основательнее и надежнее искать утешений и радости только о Господе, особливо кто не обилует здоровьем телесным и мужеством душевным.

Господь говорит в Евангелии: «Научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим». И если возьметесь за это подражание, понуждаясь оставлять всякие самолюбивые претензии, по обычаям и приличиям мира, то несомненно можете вступить на ту христианскую стезю, которая ведет к мирному и спокойному состоянию души. Если понудитесь, по Евангельскому учению, смиряться, то мало-помалу, с помощию Божиею, будут отступать от вас нетерпеливость и малодушие. Как вы имеете большую веру к блаженному старцу о. Серафиму, то прибегайте ко Господу, чтобы за его молитвы явил вам Свою милость. Также прибегайте к общей всех нас Заступнице Пресвятой Деве Богородице, моляся Ей молитвою, всегда воспеваемой Церковью: Немощствует тело, немощствует и душа моя, к Тебе прибегаю, Благодатней, Надеждо ненадежных, Ты ми помоги. Если имеете время, то я советовал бы вам читать и весь этот канон Божией Матери, поемый верными во всякой скорби душевной, который начинается так: «Многими содержим напастьми»; а если возымеете усердие, то по 6-й песни можете прилагать акафист «Всех Скорбящих Радости». Но думаю, что главное в наших обстоятельствах внешних и внутренних есть то, чтобы внимательно и точно рассмотреть свою жизнь, начиная с тех лет, как вы стали себя помнить; а чтобы вернее и безошибочнее это сделать, советую вам со вниманием прочитать «Православное Исповедание» Петра Могилы, а также и книгу аввы Дорофея «Душевные поучения», которую по справедливости называют зеркалом души.

Когда же свою жизнь основательно рассмотрите, то потребно будет вам отыскать духовника поопытнее, которому бы вы могли с верою исповедать все, что нужно исповедать, и который доволен бы был вам подать приличное врачевство духовное.

Вот, что я мог по своему скудоумию сказать вам, то и написал, как понимаю и как разумею. Всеблагий Господь, хотяй всем спастися и в разум истины прийти, да вразумит вас, якоже весть, и да просветит сердце ваше ко всему душеполезному и спасительному, за молитвы Пречистой Своей Матери, непостыдной нашей Надежды, и за моление блаженного старца о. Серафима, которого память вы так глубоко чтите.

Забыл было вам сказать об отчаянии, которое св. Иоанн Лествичник почитает хуже всякого греха. Во всяком грехе человек может покаяться, имея твердое намерение вперед на то же не возвращаться, и таким образом получить прощение и милость от Господа. А отчаявшийся что может сделать и что получить? Поистине отчаяние хуже всяких зол. Положим, что человек иногда много и очень страдает: но мало таких людей, которые страдают по примеру праведного Иова. Большая часть страдающих из нас подвергается страданиям как следствиям или неправильных мыслей и мнений, или ошибочных действий. Но есть для страждущих и утешительное слово апостола: егоже бо любит Господь, наказуем: биет же всякого сына, егоже приемлет (Евр. 12, 6).

Еще вы говорите: нет для меня надежды в будущности. Не знаю, к чему вы относите слово это. Если к земной жизни, то не только для вас, но и ни для кого будущность не прочна. Слово «будущность» в собственном смысле относится к будущей жизни, вечной, нескончаемой. Кто позаботится об этой будущности, для того она будет прочная, никогда не изменяемая. Там и для вас и для других христиан есть целый Рай со всеми чистыми наслаждениями и много других блаженных обителей у Отца Небесного. Кто хочет земную устроить будущность, тому потребна и крепость телесная, и многие другие способности, пригодные к мирским делам.

Но для будущности вечной, которую уготовил и уготовляет Всеблагий Господь Своим рабам, того не требуется. Апостол говорит: худородная мира и уничиженная избра Бог, и не сущая, да сущая упразднит (1 Кор. 1, 28). То есть, что не годится для мира, Господь избирает для Себя, и не требует великих способностей, а говорит Своим неспособным: только терпите свою неспособность, а не малодушествуйте, уповая на милость и благость Божию. В терпении вашем стяжите души ваши, – глаголет Он в Святом Евангелии; и означил целый ряд блаженных обителей для неспособных для мира.

Первая обитель – нищих духом, то есть смиряющихся перед Богом и перед людьми ради своей неспособности.

Вторая блаженная обитель – плачущих о грехах своих.

Третья обитель – кротких, подавляющих в себе самолюбивые претензии и удерживающих себя от гнева на других, оставляя всякие причины и поводы.

Затем следуют и прочие блаженные обители, которые и нам самим небезызвестны. Выбирайте себе любую, и к ней уготовляйте себя должным образом. На земле, в мирском состоянии, один хочет служить в армии, другой в гвардии, третий – на гражданской службе: сообразно сему всякий так себя и уготовляет. Образцы земные в некоторых случаях служат образцами для небесного. Всеблагий Господь да вразумит нас на все полезное!

Призывая на вас мир и благословение Божие, остаюсь с искренним благожеланием.

Преподобный Макарий Оптинский. Ответы на письма томимых страстью уныния[29]

…О томности духа опять ты крамолишься и пугаешься; не работаешь ли врагу, а не несешь крест? – не знаем мы бездну судеб Божиих; чего ради Он попускает тебе быть искушаемой томлением духа? И все-таки тебе не хочется сознать, что за грехи несешь крест, а думать, что Иисуса ради; а ведь это дело гордости, а гордость есть грех. Когда ж бы ты была смиренна, то имела бы и утешения, и сию тягость несла бы смиренно. Каково было время для Спасителя нашего, когда в саду воскликнул: прискорбна есть душа Моя до смерти (Мф. 26, 38). За грехи всего мира Он нес сию тягость, и кто может изобразить или представить себе оную? а наша что значит? и за наши же грехи ко очищению их; а враг еще больше отягощает оную сомнением. Оставь это и предай себя воле Божией; не ищи – как, когда и чрез кого искушения находят: на все это есть воля Божия, как и для чего. Может быть, Господь предохраняет тебя от тяжких и жестоких искушений сею тяжестию, а Он силен даровать тебе и утешение. Ты думаешь, почему же другие в твои годы не испытываются таким искушением? да это не твое дело; да и можем ли мы знать, кто какое имеет искушение? есть такие, кои несравненно больше искушаются: иной плотскою страстию, иной борется с бедностию, другой томится яростью мщения, – а легка ли каждая из них? Предоставим это воле Божией, Он знает, что кому нужно!

* * *

…Мрачность-то духа, хотя и ко искусу посылается иногда, однако все надобно испытать: не за гордость ли посылается? и надобно смириться.

Причиною упадка духа и страха, конечно, суть наши грехи.

Ты так была ослеплена мнимою своею святостию и целомудрием, что не могла видеть своих немощей: оттого теперь страдаешь от тоски и прочих неустройств.

Долготерпением разгоняется облак уныния

…Скука и уныние, бываемые с вами, не что иное, как брань, ко искусу вам посылаемая. Святые и великие мужи были сими бранями искушаемы, но еще не в такой мере, а непомерно сильнее, и сим показывалась их к Богу любовь; то и вы в посещении вас оными не пренемогайте, но мужественно стойте, терпя, – и облак уныния развеется, и воссияет свет, тишина и спокойствие. А чтобы быть неизменно в спокойствии всегда, – это невозможно, и совсем противный путь, который называет святой Макарий «частик» волков». Прочтите… у Каллиста и Игнатия главы 43 и 85 и… у святого Кассиана о печали и унынии и примите от сих учений себе врачевство и поощрение, дабы не малодушествовать во брани, но мужаться и терпеть.

В унынии надо укорять себя

…Еще ты пишешь, что была очень скорбна от томности духа, то есть духовного креста, и тут же вижу, что ты без ропота принимаешь сию тяжесть, считая себя того достойною, и просишь о даровании тебе терпения в таких случаях. Этому я порадовался, что ты начала приходить в разум истинный. Слава Богу!

Во время сухости и томности также не должно падать в ров уныния и отчаяния; не искать в себе того, чего мы недостойны – великих дарований Божиих; а упокоиваться на смирении, считая себя недостойным оных.

Страсти, внутрь нас лежащие – причина находящего на нас уныния

…Ты пишешь, что когда бывает тягость, то это не от себя зависит. Как не от себя? Кто же причиною? Наши страсти, внутрь нас лежащие и не побежденные, гордость, самолюбие, тщеславие и прочие! Они-то на нас восстают, а мы, увлекаясь ими, праведно наказуемся от Бога, для истребления страстей наших.

Помни слово Апостола: Бог несть искуситель злым; кийждо же искушается от своея похоти влеком и прельщаем (Иак. 1, 13–14). Так не говори же, что не от себя, а вини во всем себя, да стяжешь смирение и успокоишься. Когда бы мы были смиренны, то всегда бы были и спокойны. А его-то нет; и еще находимся в высокоумии, того ради и другие страсти восстают на нас сильнее.

Духовные утешения посылаются по милости Божией

…Одно слово: «неприкосновенный существом, прикосновен мне бывает» – произвело в сердце твоем отраду духовную. Это не нашей силы и напряжения, но дело милости Божией.

* * *

…В церкви ты чувствовала себя в радостном духе, – не думай, чтобы ты сама собой могла иметь оное чувство, но благодать Божия сие соделывала к ободрению и укреплению тебя.

Утешения не приходят к нам без креста

…Письма А. Я. прочитал; видно ее большое рвение в монастырь, но с надеждою не на Бога… Она, бывши у вас, вкусила умиления и думает, что всегда оное с нею пребудет неотлучно, а потому стремится на Фавор. Но это только показало, что есть благодать, Бог; а надобно прежде на Голгофе побывать и принять крест душевных и телесных горестей; тогда, по мере терпения и смирения, даруется и утешение. Когда постраждем со Христом, то с Ним и прославимся (Рим. 8, 17)… Ей хочется скоро взлететь на Небо: пусть не спешит, – дело будет прочнее; а то и вступив в монастырь, не найдет покоя…

* * *

…Прежде надобно понести скорби, встречающиеся при делании заповедей Божиих, и оными исцелит страсти; и тогда не искать утешений, но оно само по себе приходит. В посланных к тебе выписках Исаака Сирина, кажется, довольно было объяснено, что писал он к ищущему утешений и откровений и какие делал против сего возражения; советовал более пребывать ему в делах покаяния, а не искать утешений; а один богомудрый муж предпочитает еще крест духовным наслаждениям и говорит, что мы ищем в них не Бога, а себя.

* * *

…Утешениям или предваряет, или последует смятение духа; а сему причиною наше страстное устроение; страсти наши суть дверь, затворяющая пред нами сию духовную радость…

Вы пишете, что удостоились быть причастницами Пречистых Тайн Христовых в Великий Четверток и имели духовное утешение, как от сего великого дара, так и от службы оной Седмицы. Сердечно о сем радуюсь и благодарю Бога, посещающего вас сими духовными утешениями; но после, смотрением же Его, послана и приукоризна, дабы вам не превознестись. Вы, может, считали себя смиренными – и нечто: а слово вас уязвившее показало, что точно вами правит гордость.

* * *

…Случающиеся вам скорбные посещения и мрачность в духе принимайте мужественно, ожидая изменения, которое вы и получали, как описывали: в радости ощущали себя в обедни, а в вечерню последовало смущение. А прежде сего за несколько дней также бывшему утешению было предварение. Святые отцы пишут: «утешению или предваряет, или последует мятеж», по этому разумейте, что вы стоите на истинном пути; только блюдите, да не вознесетесь ли при посещении благодати; но паче усматривайте свою худость и не считайте себя достаточно духовными, а других не уничижайте, считая что нет в них духовности: у Бога есть много сокровенных рабов, подобно Исидоре, которую вменяли за ничто. Познавайте чаще свою немощь.

Надо считать себя недостойными утешений и не искать их

…Вы пишете, что никак не можете добиться крошки или крупинки мытарева злата – умиления; впрочем, о сем не ропщите, а 89 Слово святого Исаака вам показало и причину вашей скудости.

Предлагаю и я скудные мои советы. Восполняйте сей недостаток смиренною мудростию, считайте себя недостойным сего великого дара. Если водрузится в вас залог сознания нашей худости и ничтожества, то возможно Господу обогатить вас и даром мытарева злата. А без оного залога смирения, хотя бы вы и большое имели богатство, но оное не может быть прочно, а скоро отходит и исчезает.

Ум, возмечтав о себе нечто великое, тотчас лишается заступления Божия, и враг старается внушать нам гордые мысли, как сам гордостию отпал от Бога; а потому смотрительно попускает Бог нам поползновения разного рода, чтобы внимающие себе чрез оные нисходили в глубину смирения.

* * *

…Я заметил, что вы в правиле молитвенном ищете духовных услаждений; они хотя и приятны, но весьма опасны и обольстительны. Человек, находясь в сем положении, думает, что он упоен любовию Божиею, – и сильно этим увлекается мнением; и когда оное со временем умножится, тогда вместо утешения лишается спокойствия, ибо в том только и полагает найти спасение, когда имеет утешения, а при лишении их смущается и не имеет покоя. А надобно молиться смиренно, не ища утешений, чувствуя свою греховность и опасаясь обольщений.

Хотя бы и сухость случалась, не отступать от молитвы, считая себя недостойным утешения, по слову святых отпев: «кто не помышляет себе грешна, молитва его несть благоприятна пред Богом», а Он, видя и при сухости усердие и смирение в молитве, примет оное. Когда же послать кому утешение, то есть кому оно будет безвредно, это состоит в Его святой воле и всеведении, ибо это есть дарование Божие, а не наше тщение. Многие, получивши сей дар, вместо смирения пришли в высокоумие, думая, что они уже обогатились, и после доходили до бедственного душевного положения, лишаясь спокойствия; потому Господь и не дает сего чувства, пока человек не смирит себя совершенно. Смиренный уже не впадает в высокоумие и хранит дар смирением. Итак, советую вам в посещении утешением не возвышаться, но обращать мысль на грехи свои. И в сухости не смущаться, но веровать, что Господь примет ваше усердие.

* * *

…О если бы мы имели всегда мытарево чувство, сознавая свою греховность и ничтожество, то и всегда бы утешал Господь смиренных, но как мы далеко от сего. А иногда можем вознестися умом об умилении такого блага, и тогда лишаемся оного. Но о сем не должно отчаиваться, а смиряться и считать себя недостойною сего – Бог знает, когда и сколько кого утешить. В настоящее время утешения не должно искать – оно само приходит, когда Благодать усмотрит нужность даровать оное. А ты больше зри свои грехи, кайся и смиряйся.

Ты скорбишь о неощущении той духовной радости, которою бы желала наслаждаться при столь пресладком воспоминании великого события в воплощении Сына Божия, нашего ради спасения. Но ежели вникнешь, рассмотришь и сообразишь с отеческими писаниями свое устроение, то найдешь, что оное далеко отстоит от смирения; а и оное имеет степени и свои признаки, по мере добродетелей; а нам, скудным добродетелями, должно смиряться и не искать утешений, ибо и те, кои стяжали богатство добродетелей и духовных дарований, считают себя недостойными оных. А потому они и пребывают в спокойствии; ум их, заключившись в ковчеге смирения, бывает неприступен для невидимых татей… в лишении же утешений не должно смущаться, но паче смиряться, считать себя недостойным того.

* * *

…Чувствуемые тобою утешения надобно различать: истинные ли они или ложные? И оные не могут повредить, когда не будешь обольщаться ими, а считать себя недостойною утешения. Смирение сохранит тебя от прелести; а хотя бы оные были и благодатные, но ежели увлекаешься в высокоумие, считаешь себя приобретшею богатство сие и уже обнадеживаешься во спасении, то паки лишишься оных, так, как уже и было с тобою. Бог посещает рабов Своих, иногда и за терпение скорбей, утешением, и тогда более, когда они не ропщут, а считают себя достойными скорбей, по духовному устроению своему.

* * *

…Вижу, что вы сознали себя недостойною духовных услаждений и спокойствия, и что вы находитесь в опасности обольститься ими. Читая духовные книги, вы увидите, как многие пострадали, увлекаясь духовными услаждениями и основывая на сем свое спасение. Но доколе мы не истребим страстей своих деланием заповедей Божиих и не стяжем совершенного смирения, желать или искать таковых утешений значит считать себя достойными сей награды, а это уже и есть гордость. Многие из святых, и получая духовные дарования, опасались, да не будут они во вред, и потому просили Бога взять оные от них.

* * *

…Рассеянность мыслей в церкви нельзя похвалить, но и искать высокого устроения еще не в нашей мере. При пении некоторых стихов ощущение утешения дается от благодати, но очистившим себя от страстей. А нам, страстным, надобно считать себя недостойными сего и смиряться; а когда же смиримся, то и не обольстимся.

Бог промыслительно лишает нас утешений для нашей же пользы

…Вы скорбите о лишении душевных утешений; конечно, это тяжело; но когда прибегнем к смирению, то найдем себя того недостойными, и, может быть, Промысл Божий, для нашей же пользы, отнимает от нас утешения, чтобы, наслаждаясь ими и возомнив о себе нечто, совсем бы не погибнуть. Мы, ища внутренних утешений, ищем не Бога, а себя.

* * *

…Не удивляйтесь этому, что, бывши у святых угодников в Лавре, не имели духовного утешения, а напротив, чувствовали холодность и сухость. Бог даровал вам духовное утешение и радость при вступлении в Православную Церковь и принятии таинства миропомазания, даруя познание благодатных дарований и действий, в оной находящихся; но чтобы всегда оными наслаждаться, это невозможно, потому что оные приобретаются при содействии Божией благодати и нашем произволении, исполнением заповедей Божиих, со смирением. Впрочем, оные тайно сокрываются в нас, но не являются нам для того, чтобы не превозносились и не гордились, а по времени и по мере смирения даруется и ощущение, и паки вземлется. И вы не смущайтесь, что не имеете утешения, и в лишении его усматривайте скудость смирения, и даже не ищите утешения, это также есть вид духовной гордости, но предоставьте это воле Божией. Он знает, когда нужно нам оное даровать. Вы сами познаете, что как склонна мысль ваша к гордости даже при малом достоинстве. Но когда дать вам это богатство духовное, то еще более будете иметь повод к возношению. Многие, получа дарования, но не имея смирения, пострадали душевною скорбию.

Почему не проходит мрак душевный

…Во время бывшей в тебе мрачности и томности ты думала найти утешение, пойдя к обедне, но не обрела, – все та же мрачность была на душе. А это оттого, что ты не смирила себя, но с ожиданием утешения шла. А ведь не приходит Царствие Божие с соблюдением приметным образом (см. Лк. 17, 20). Когда бы ты в этом мрачном и томном посещении смирила себя истинно и положила в сердце своем, что недостойна утешения, то, может быть, и получила бы оное. А как ты прямо шла, надеясь получить, как будто достойная его, то и не обрела. Бог утешает смиренных, а когда мы не имеем сего, то и должны прибегать к смирению. Но отнюдь не смущаться и не отчаиваться.

Ищите утешения в вере в Господа

…Утешает великопостная служба. Это Господь тебя утешает по множеству болезней и скорбей твоих; благодари Его, и ежели бы ты могла всегда удержать чувство своей нищеты и смирения, то никогда бы не отступило от тебя это утешение; но как естество наше склонно к высокоумию о себе, то и отъемлется оное утешение, что и совершенным попускаемо было к вящему смирению их.

При пустоте и унынии духа вам советуют искать утешения в рассеянии. Но вы там не находите его, да и найти невозможно – для духа надобна духовная пища. Надобно искать утешения в вере в Господа нашего Иисуса Христа и святых Его заповедях, из коих одна научает нас тому, где можно найти успокоение: научитеся от Мене, – сказал Господь, – яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим (Мф. 11,29).

Святитель Игнатий Брянчанинов. Слово утешения к скорбящим мирянам и инокам[30]

…Бог да подкрепит тебя в скорбях твоих! Прими и мое грешное и недостаточное слово утешения, которое присылаю тебе в этих строках, чтоб утешить тебя Богом, как и пророк Давид сказал: отвержеся утешитися душа моя; помянух Бога и возвеселихся (Пс. 76, 3–4).

Во-первых, каждый христианин должен веровать, что он находится под непрестанным Промыслом Божиим. Этому научает нас Евангелие. Сам Спаситель говорит: и власи глав ваших изочтени суть (Лк. 12, 7). Поэтому христианин, когда будут ему попущены скорби, должен несомненно веровать, что эти скорби попущены ему Самим Всеблагим и Премудрым Богом, Который предвозвестил Своим возлюбленным: в мире скорбни будете (Ин. 16, 33). Итак, не должно считать странным, видя себя в скорбях, не должно предаваться унынию; напротив того, должно благодарить Бога за скорби как за знак избрания к блаженной вечности. От благодарения не только притупляется лютое жало скорби, но и вселяется в сердце благодарящего небесное духовное утешение. Благодарить можно словами праведного Иова.

Во-вторых, все мы грешники перед Богом. Грешник не должен считать странным, когда ему посылается наказание. Нет! Он должен открыться перед Богом; признать себя достойным посланной на него скорби и радоваться, что в земной жизни приемлет наказание за согрешение в ведении и неведении и тем избавляется от вечных мук. При таком размышлении полезно произносить со святым разбойником: достойное по делом моим восприемлю, помяни мя, Господи, во Царствии Твоем (Лк. 23, 41–42).

Христос совершил земное течение Свое в непрестанных страданиях. Едва Он родился, как уже люди устремились на убиение Его. Учеников Своих Он призывает к страданиям, а тому, кто не хочет страдать, говорит: иже не приимет креста своего и вслед Мене грядет, несть Мене достоин (Мф. 10, 38). Рассмотри житие всех апостолов: все они проводили жизнь и окончили в страданиях. Рассмотри жития мучеников: они кровью и бесчисленными муками купили себе Небо. Рассмотри жития преподобных; не была ли вся жизнь их продолжительным невидимым мученичеством? В пустынех скитающиеся, в вертепах и пропастех земных, лишене, скорбяще, озлоблени (Евр. 11, 38 и 37), по словам апостола, «многими кровьми и смертьми», наследовали они блаженную вечность. «Никто же взыде на небо с ослабею, – говорит великий святой Исаак Сирин, – напротив того, о сем познавается человек, находящийся под особенным Промыслом Божиим, когда ему пошлются непрестанные скорби».

Итак, благодари, смиряйся, веруй, предавайся воле Божией, молись за тех, в коих сердце не мирно. И только в этом можешь найти утешение и исцеление.

* * *

…Письмо твое от 2 октября я получил. Милосердый Господь да не оставит тебя! Он попущает нам скорбь для очищения нашего от грехов; Он посылает нам и утешение, чтоб мы не до конца изнемогли под бременем скорби.

Безмерная скорбь о грехах, доходящая до отчаяния, отвергается, по учению святых отцов. Скорбь эту должно растворять надеждою на милосердие Божие; должно печалиться и в те же минуты надеяться. Печалиться – потому что мы грехами своими прогневляем Бога, удаляемся от Бога. Надеяться – потому что мы имеем всесильного Врача для грехов наших Господа Иисуса Христа, пролившего за нас Кровь Свою.

Когда приходят хульные помыслы неверия, сомнения и тому подобные, то, по учению святых отцов, не должно этим смущаться, а знать, что эти помыслы не принадлежат душе нашей, а принадлежат врагу нашему диаволу. Не должно ими смущаться, не должно принимать их и застеневать в них.

Больному человеку полезнее частая молитва, но краткая. Хорошо молиться несколько раз в день по краткому времени. Прекрасны молитвы: «Боже, очисти мя грешного» и «Господе Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас». Их должно произносить неспешно, заключая ум в слова молитвы, как выражается святой Иоанн Лествичник.

Милосердный Господь да поможет тебе и да благословит тебя и дщерь твою!

* * *

…Писание говорит: аще приступавши работами Господеви Богу, уготови душу твою во искушение; управи сердце твое, и потерпи. Все елико аще нанесено ти будет, приими и во изменении смирения твоего будь долготерпелив (Сир. 2, 1–4).

Скорби были от начала века знамением избрания Божия. Они были знамением Богоугождения для патриархов, пророков, апостолов, мучеников, преподобных. Все святые прошли тесным путем искушений и скорбей, терпением их принесли себя в благоприятную жертву Богу.

И ныне святым душам попускаются, по воле Божией, различные напасти, чтоб любовь их к Богу открылась во всей ясности.

Ничего не случается с человеком без соизволения и попущения Божия. Христианин, желающий быть последователем Господа нашего Иисуса Христа и соделаться по благодати сыном Божиим, рожденным от Духа, прежде всего должен положить себе за правило, вменить себе в непременную обязанность благодушное терпение всех скорбей: и телесных страданий, и обид от человеков, и наветов от демонов, и самого восстания собственных страстей своих.

Христианин, желающий благоугодить Богу, более всего нуждается в терпении и твердом уповании на Бога. Он должен непрестанно держать это оружие в мысленной деснице: потому что лукавый враг наш, диавол, со своей стороны, употребляет все средства, чтоб во время скорби ввергнуть нас в уныние и похитить у нас упование на Господа.

Бог никогда не попускает на истинных рабов Своих искушения, превышающего их силы. Верен же Бог, говорит святой Апостол Павел, иже не оставит вас искуситися паче, еже можете, но сотворит со искушением и облегчение, яко возмощи вам понести (1 Кор. 10, 13).

Диавол, будучи создание и раб Божий, озлобляет душу не столько, сколько хочет, но сколько дозволено будет Богом.

Если человекам известно, какую тяжесть может носить различный вьючный скот, то тем более бесконечная Божия Премудрость владеет, какой меры искушение прилично каждой душе.

Скудельник[31]знает, сколько времени должно держать в огне глиняные сосуды, которые, будучи передержаны, трескаются, а будучи недодержаны, негодны к употреблению: тем более знает Бог, какой силы и степени нужен огнь искушений для словесных сосудов Божиих – христиан, чтоб они соделались способными к наследованию Царства Небесного.

Отрок неспособен к отправлению служений в мире: он неспособен к управлению домом, к возделыванию земли и к прочим житейским занятиям. Так часто и души, будучи уже причастницами Божественной благодати, но не искушенные скорбями, наносимыми от злых духов, не претерпевшие, пребывают еще в младенчестве и, так сказать, неспособны к Царству Небесному.

Если же вы останетесь без наказания, которое всем обще, то вы – незаконные дети, а не сыны– говорит Апостол (Евр. 12, 8).

* * *

…Искушения и скорби ниспосылаются человеку для его пользы: испытанная ими душа делается сильною, честною пред Господом своим. Если она претерпит все до конца в уповании на Бога, то невозможно ей лишиться благ, обещанных Святым Духом, и совершенного освобождения от страстей.

Души, будучи преданы различным скорбям, явным, наносимым человеками, или тайным, от восстания в уме непотребных помыслов, или телесным болезням, если все это претерпят до конца, то сподобляются одинаковых венцов с мучениками и одинакового с ними дерзновения.

Мученики терпели напасти от человеков. Они предавали себя на мучения, оказывали до самой смерти мужественное терпение. Чем разнообразнее и тяжелее был подвиг их, тем большую стяжевали они славу, тем большее получали дерзновение к Богу. Иноки терпят напасти от злых духов. Чем большие напасти наносит им диавол, тем большую славу они получат в будущем веке от Бога, тем большего утешения они сподобятся от Святого Духа здесь, во время земного странствования, среди самых страданий своих.

Тесен и прискорбен путь, ведущий в живот вечный; мало ходящих по нему; но он – неотъемлемое и неизбежное достояние всех спасающихся. Не должно уклоняться с него! Всякое искушение, наносимое нам диавол ом, будем претерпевать с твердостию и постоянством, взирая оком веры на мздовоздаяние, уготованное на небе.

Каким бы ни подвергались мы скорбям во время земной жизни, они никак не могут быть сравнены с благами, обещанными нам в вечности, или с утешением, которое дарует Дух Святый еще здесь, или с избавлением от владычества страстей, или с отпущением множества долгов наших, – с этими неминуемыми следствиями благодушного терпения скорбей.

Недостойны страсти нынешнего времени, то есть нынешние временные страдания ничего не значат, говорит апостол, к хотящей славе явитися в нас, то есть в сравнении с славою, которая откроется в нас при обновлении нас Святым Духом (см. Рим. 8, 18).

Мужественно претерпим все ради Господа, как следует претерпеть храбрым воинам, не страшащимся и смерти за Царя своего.

* * *

…Почему мы не подвергались таким и толиким огорчениям, когда служили миру и житейским попечениям? Почему теперь, когда приступили служить Богу, подвергаемся многообразным бедствиям? Знай: за Христа сыплются на нас скорби, как стрелы. Пускает их на нас враг наш, диавол, чтоб ими отмстить нам за вечные блага, на которые уповаем и стараемся получить, – вместе, чтобы расслабить наши души печалию, унынием, леностию и тем лишить нас ожидаемого нами блаженства.

* * *

…Христос невидимо сражается за нас. Этот крепкий и непобедимый Заступник наш разрушает все козни и ухищрения врага нашего.

Сам Он, Господь и Спаситель наш, шел во время всей земной жизни Своей по тесному и прискорбному пути – не по какому другому. Он был постоянно гоним, претерпел многие поношения, насмешки и напасти, наконец, бесчестную смерть на кресте между двумя разбойниками.

Последуем Христу! Смиримся подобно Ему! Подобно Ему не откажемся прослыть умоисступленными: не пощадим чести нашей, не отвратим лица от заплеваний и ланит от заушений; не будем искать ни славы, ни красоты, ни наслаждений, принадлежащих миру сему; совершим земное странствование, как странники, не имеющие где главу подклонить; примем поношения, уничижения и презрение от людей, как неотъемлемые принадлежности избранного нами пути; будем явно и тайно бороться с помыслами гордыни, всеусильно низлагать эти помыслы нашего ветхого человека, ищущего вознести свое «я» под различными правдоподобными предлогами. Тогда Сын Божий, сказавший: вселюся в них, и буду ходить в них (2 Кор. 6, 16), явится в сердце нашем, и дарует нам власть и силу связать козни врага нашего, расхитить сосуды его, наступить на аспида и василиска, попрать их.

* * *

…Отвергнем ропот, отвергнем жалобы на судьбу нашу, отвергнем сердечную печаль и тоску, от которых слабые души страдают более, нежели от самых скорбей. Отвергнем всякую мысль о мщении и воздаянии злом на зло. «Мне отмщение, Аз воздам», – сказал Господь (Рим. 12, 19).

Хочешь ли переносить скорби с легкостию и удобством? Смерть за Христа да будет вожделенна тебе. Эта смерть да предстоит непрестанно пред очами твоими. Умерщвляй себя ежедневно воздержанием от всех греховных пожеланий плоти и духа; умерщвляй себя отвержением своей воли и отвержением самооправданий, приносимых лжеименным разумом и лукавой совестию ветхого человека; умерщвляй себя, живо представляя себе и живописуя неминуемую смерть твою. Нам дана заповедь последовать Христу, взяв крест свой. Это значит: мы должны быть всегда готовы с радостию и веселием умереть за Христа. Если так устроим себя, то легко будем переносить всякую скорбь, видимую и невидимую.

Желающий умереть за Христа какой напасти, какого оскорбления не претерпит великодушно?

Нам представляются тяжелыми наши скорби именно оттого, что не хотим умереть за Христа, не хотим в Нем одном заключить все наши желания, все наши надежды, весь наш разум, все наше достояние, все существование наше.

* * *

…Стремящийся последовать Христу и быть сонаследником Его должен быть ревностным подражателем страданий Его. Любящие Христа и последователи Его обнаруживают и доказывают свой сокровенный залог тем, что претерпевают всякую ниспосылаемую Им скорбь не только с благодушием, но и с усердием, и с ревностию, и с благодарением, возлагая на Христа все упование.

Такое терпение – дар Христов. Этот дар примет тот, кто испросит его смиренной и постоянной молитвой у Христа, доказывая искренность желания получить бесценный духовный дар терпения принуждением и болезненным насилием нехотящего сердца к терпению всех встречающихся и случающихся скорбей и искушений. Аминь.

Игумен Никон (Воробьёв). Письма к чадам[32]

Дорогая С.! Мир тебе!

Жалею, что у вас там не кончаются всякие неприятности. Я тебе предлагаю выполнить совет евангельский, именно: отступи от земли (то есть всей суеты житейской), прилепляйся молитвой, памятью Божией, чтением книг духовных, покаянием, частым причащением, подавлением в себе неприязни к окружающим и прочими духовными деяниями к Богу. Пока ты в суете, пока ты в воде, окунулась во все дрязги окружающего мира, ты неминуемо будешь страдать, будешь подвергаться действию людей и бесов.

Не думай, что можно от этого избавиться переселением в другое место. Нет. Если здесь не умеешь стать выше суеты, то также и в другом месте, вдвое и втрое потерпишь в новом месте. Приложи все усилия умом, сердцем, волей, всей душой угодить Господу. А как угодить – знаешь. Читай не умом только, а душой Евангелие, оно тебя всему научит. Научись читать не глазами только или даже умом, этого недостаточно, а научись читать сердцем и душой. Хоть раз испытай это, чтобы понять, о чем я пишу. Проси Господа.

А главное – сохраняй мир с ближними, насколько это зависит от тебя. Считай, что там собрались в кучу всякие больные, так это и есть. Поэтому и надо относиться ко всем, как относятся в больнице. Там, то есть в больнице, не ругают, что кто-нибудь заболел легкими, сердцем, животом, не говорят: «Ах ты негодяйка слепая, ишь, глазами заболела!» Так и вам друг друга не ругать надо за душевные болезни, а теперь и жалеть друг друга. Друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов, – говорит апостол.

Старайся исполнять мой совет, если хочешь себе добра и душевного, и телесного. Когда будет душа в мире, молитвенном настроении, в покаянии, тогда и тело будет здорово, и обиды легко будут переноситься. При правильном духовном устроении ты на всякую обиду, несправедливость, скорбь будешь говорить от всего сердца: «Достойное по делам моим приемлю. Слава Тебе, Господи, что Ты обучаешь меня терпению и исполнению заповедей Твоих».

Будь мудрой, вылезай из моря суеты на берег молитвы, покаяния, всепрощения, и Господь оградит тебя от всякого зла и устроит жизнь твою, как тебе и не мечталось.

Да хранит тебя Господь, да вразумит на все доброе, да удержит от зла и неприязни! Благословение Божие да будет с тобой на веки!

Дедушка.

Привет от всех наших.

Дорогая С.!

Получили сегодня, в день Усекновения, письмо от тебя, такое скорбное, такое малодушное, словно ты попала в тюрьму. Да и в тюрьме-то не следовало бы так малодушествовать. Как в природе меняется погода, так неизбежно происходят со всеми внутренние изменения. Можно ли осенью, в слякоть, в грязь и прочее приходить в отчаяние от погоды, хотя это и тяжело бывает иногда переживать. Мы терпим, твердо веря, что будет опять весна и лето, и прочее, так и у тебя за тоской будет радость. В твоем положении у новичков бывает два состояния:

1) чувствуют себя как в раю, а потом… охладевают, начинают тяготиться, тосковать, советов не слушают, перестают подчиняться начальству, переживают то, что сейчас ты переживаешь, и либо а) уходят, либо б) претерпят, смирятся и приобретают через познание себя покаяние, смирение, потерянный рай, и тогда начинают непрестанно благодарить Бога и всех, кто помог им так устроиться;

2) другие начинают так, как ты: тоска, уныние, малодушие, дерзость, готовность уйти куда угодно, отвращение ко всему духовному, грубость с окружающими, мечты и помыслы об уходе и прочее, и прочее.

Это враг нашего спасения с целой армией нападает на новичка, чтобы не допустить до Царствия Божия, которое внутри нас. По этому тяжелому состоянию, в котором ты находишься и которое в очень слабой степени напоминает об адских мучениях, можешь судить и о противоположном, именно: раз есть адские мучения, значит, есть и неизреченная радость и блаженство, такие, которых око не виде, ухо не слыша, и на сердце человека не взыдоша, которые скрыты внутри нас, которые и есть Царствие Божие. Их-то и велено искать прежде всего: ищите прежде Царствия Божия и правды его.

А как искать? Так, как искали все: верою, послушанием, молитвой, терпением внешних и внутренних скорбей, вниманием себе, укорением себя и постоянным покаянием, от которых рождается смирение и неосуждение ближних. За смирением придет и радость о Дусе Святе и Царствие Божие. Ты начала со скорби и уныния. Это хорошо. Чем дальше, тем легче тебе будет, и прочнее достигнутое. Уверяю тебя, что теперь ты будешь иметь временами утешение от Господа. Иже хощет всем человеком спастися и в разумение истины прийти. И Господь не даст человеку искуситься больше, чем он может понести.

Помня, что это враг напал на тебя, чтобы с самого начала воспрепятствовать тебе идти по пути спасения, борись молитвой краткой (лучше Иисусовой молитвой), терпением, трудом, послушанием. А главное – не развивай в себе мыслей о том, что как ты хорошо жила прежде, так могла бы и дома спасаться, устроить свою жизнь, как и другие прочие, и прочее. Гони эти мысли, потому что от подобных мыслей в сердце возникает тягостное состояние. Если изгнать не можешь, то начни думать, что ты могла попасть (и очень возможно, и легко) в тюрьму лет на пять или на десять. Поярче нарисуй себе картину той жизни, и твоя нынешняя покажется тебе раем по сравнению с той. Ведь легко в твоем положении ошибиться и быть обвиненным, и попасть под строгий закон.

Господь миловал тебя, и теперь благодари Его за это и за все, а главное, что избрал тебя в Свои друзья. Потерпи, милая; когда успокоишься, тогда можешь в правильном свете увидеть себя и окружающих. А пока тебе все кажется в ложном свете, как показывает тебе враг. Не осуждай никого. Слушай старших и исполняй без ропота, что велят. Если есть свободное время – читай молитвенно Псалтирь или Евангелие. Эти книги, во всяком случае, есть. Старайся везде со вниманием, от всего сердца творить молитву Иисусову Одна из хитростей вражиих в твоем унылом состоянии побуждает к знакомству с другими, беседам с ними и пустому времяпровождению.

Терпением, молитвой, смирением, благодарением Господа побеждай свое состояние. Господь близко, Он смотрит на твое сердце. Если бы ты хоть несколько любила Его, то радовалась бы возможности посвятить Ему свою жизнь и все готова была бы потерпеть. Вспомни жизнь Иоанна Предтечи, Спасителя, Божией Матери, мучеников, преподобных. Что они потерпели! Можно ли хоть чуть сравнить твое положение и состояние с их подвигами и скорбями – читай жития святых, наверно, там есть, и сравнивай с твоим состоянием. Пиши подробно обо всем, я постараюсь по силе ответить тебе. Не унывай, родная. Господь с тобой и не оставит тебя без помощи и утешения.

Твой дедушка Н.

Пиши, как идет твоя внешняя жизнь. Радуйся, а не скорби. В терпении вашем стяжите души ваши. Вот что говорит Святое Евангелие.

Милая, неопытная Наденька!

Родная душа, разве ты одна скорбишь? Все, хотящие благочестно жити о Христе Иисусе, Господе нашем, гоними будут. Это закон внутренней духовной жизни. Кем будут гоними – врагом спасения нашего, дьяволом и людьми, поддающимися внушениям бесовским.

Как гонит дьявол? Главным образом разжиганием страстишек, живущих в нас: чревоугодия, сластолюбия, блудных ощущений, раздражительности, гнева, печали, уныния, тщеславия, гордости и прочих и прочих. Гонит внутренне, усиливая и разжигая страсти, всевая разные греховные или пустые помыслы, особенно во время молитвы. Гонит и через людей, мешая молитве, возбуждая ближних против нас самыми разнообразными способами. Особенно, если видит, что кто-либо стал стремиться к исполнению заповедей. Тогда он посылает полчища бесов, чтобы помешать человеку в деле спасения.

Я тебя предупреждал, что это будет несомненно и с тобой. Вот почему в Евангелии и сказано, что Царство Божие силою берется, что надо идти тесным путем, что в терпении стяжите души ваши, что многими скорбями подобает внити в Царствие Божие, и прочее. А за терпение здешних временных скоропреходящих скорбей обещаны великие блага, и притом вечные. Блажени есте, егда поносят вас, и ижденут, ирекут всяк зол глагол на вы лжуще, Мене ради. Радуйтеся и веселитеся, яко мзда ваша многа на небесех. Око не виде, ухо не слыша и на сердце человека не взыдоша, яже у готова Господь любящим Его, стремящимся жить по Его заповедям.

Здесь на земле и скорбь, и радость временны. Как меняется погода, так и меняется и состояние человека. И у тебя за скорбью будет утешение и радость. Без скорбей и искушений человек не приобретает опытности духовной. Поэтому не унывай, милая, а терпи. Всем ближним прощай, если тебя кто обидит; всех жалей, делай по силе всем добро и чаще (особенно внутренне) призывай имя Божие и таким образом, как по ступенькам таинственной лестницы, будешь восходить к духовному совершенству и найдешь великую радость еще здесь, на земле. Терпи, милая, не унывай. Если мы, грешные и самолюбивые, можем жалеть и любить ближних, так неужели Господь, бесконечно любящий, не пожалеет и не вознаградит всех любящих Его, стремящихся к Нему, старающихся исполнить Его слова. Спасайся, родная. Господь да благословит тебя и поможет тебе. Пиши, когда захочется.

Твой друг Н. 7/XII-45

Мир тебе, Надюшка!

…Ты пишешь, что после отъезда твоей учительницы тебе стало труднее. Вполне это понятно, точно так же и то, что утром и вечером на молитве одолевают житейские помыслы, так что приходит на ум и вовсе бросить это занятие, как будто бы бесплодное. Совершенно ясна рука бесовская. Обычно он так делает: под разными предлогами отклоняет от молитвы; если это не удается, то посылает разные помыслы, сначала хорошие, потом суетные; если не отогнал сразу первых, затем вводит незаметно дурные, нечистые, а затем внушает бросить вовсе молитву, нашептывая, что ведь совершенно бесполезно так молиться, один, мол, грех только от такой молитвы.

Не слушай этих бесовских внушений. Никто сразу молиться чисто не научился. Это дело долгих лет и милости Божией. Надо всегда принуждать себя к молитве, и, приняв некоторое посильное правильце, обязательно (кроме исключительных случаев) выполнять его. Это постоянное выполнение хотя бы малого правила может, по словам преп. Исаака Сирина, оградить от великих падений. Имей это в виду. Именно в период особого нашествия помыслов и нужно принуждать себя к молитве. Это приблизился враг, и не время опускать руки, а с особой горячностью, с сознанием своей немощи взывать к Господу, чтобы он помог изгнать врага. Обышедше обыдоша мя, и именем Господним противляхся им (то есть врагам). Сами мы, только своими силами ничего не можем творить, но если боремся ради Бога, принуждаем себя на делание заповедей с постоянным призыванием имени Господня, то Он и посылает нам помощь Свою, и после бури дает мир и покой душам нашим.

Слово пророка: Проклят всяк… – никак не относится к молитве в случае нашествия помыслов. Нужно со всяким благоговением, вниманием, сознанием своего недостоинства предстоять пред Господом в молитве – это верно, а будет ли молитва чистая или будет одолеваться, по попущению Божию, за грехи наши или в наше обучение разными помыслами – это не в наших руках. Мы обязаны бороться, а успех предоставим Господу. За терпеливое пребывание на посту, в борьбе, в сражении Господь венчает Своих подвижников.

Относительно говения скажу, что если можешь со страхом и благоговением приступать к Святым Тайнам, то чем чаще, чем лучше. Только бы не стала относиться к этому без достаточного страха, без внутренней подготовки.

Еще скажу: не ищи радостей в молитве или в причащении. Можешь в этом жестоко обмануться. «Рукою смирения отвергай приходящие радости, чтобы вместо пастыря не принять тебе волка», – говорит преп. Иоанн Лествичник. Ищи покаяния, сокрушения сердечного, а все прочее предоставь Господу. Без покаянного чувства, без сокрушения сердечного (которых Бог не уничижит) – все прочее или уже есть обман, «прелесть», по терминологии Отцов, или ведет к прелести.

Признаком правильности духовного делания является все усиливающееся сокрушение духа, сознание своей греховности, испорченности, бессилия, – словом, нищета духа. Это первая ступенька лестницы блаженств, ведущей на Небо. А за этим идут плачущие, кроткие и т. д. Всему свое время и место. Кто в начале пути ищет высокого, тот никогда ничего не получит, а примет миражи вместо действительности и заблудится.

Да избавит тебя Господь от всего этого.

Ищи, родная, Царствия Божия и правды Его, по слову непреложному Самого Господа, слову более твердому, чем небо и земля, – приложится и все необходимое в материальной жизни. Хотя и испытывает Господь рабов Своих, но и следит за всем, за духовными и за телесными нуждами, и все подает в нужное время тем, кто доверился Господу, а не своей ловкости, силе, умению и проч.

Спасайся о Господе. Мир тебе. Пиши, когда почувствуешь нужду в этом.

Твой доброжелатель Н.

Мир тебе, дорогая Н.!

За малостью времени не могу тебе написать побольше, коснусь лишь главного.

Не бойся ничего. Внедряй в себя мысль, что во всем мире не происходит ни малейшего движения без ведома и соизволения Божия. Тем более с человеком, тем более верующим и чтущим Его не происходит ничего – ни доброго, ни злого – без Бога. Сам Господь Иисус Христос сказал, что и волосы на голове человека сочтены у Бога. Человек есть образ Божий, для человека Господь приходил на землю, ради него пострадал на Кресте, ниспослал Духа Святого, основал Святую Церковь, сделав ее Своим Телом, – может ли оставить Господь человека без Своего Промышления о нем? Нет и нет!

Бог есть Любовь; не сказано, что Бог имеет любовь, а есть Любовь, Любовь Божественная, превосходящая всякое разумение человеческое. Если человеческая любовь жертвует жизнью ради любимого, то как всемогущий Господь, Которому не трудно одним Словом создать целые миры, Который есть Любовь, как Он, столь возлюбивший грешного падшего человека, оставит его без Своего Промышления, без помощи в нужде, в скорби, в опасности?! Никогда этого не может быть!

Психика человека такова, что ему необходимо для спасения терпеть скорби, поэтому Господь и попускает их, несмотря на Свою любовь к человеку. Но не попускает сверх сил. Затем: в скорбях скрыта радость и любовь к Богу, если скорби принимаем и терпим без ропота, с благодарностью. Без скорбей человек не смирится, не покается глубоко, не стяжет любви к Богу.

А потом скажу: если боишься скорбен и хочешь избежать их, то Господь Иисус Христос указал средство избежать их: бодрствуй над душой и не допускай греху проявиться ни в мыслях, ни в сердце, ни в теле и непрестанно молись. Можешь этого достичь? Не будет тогда у тебя никаких скорбей, вернее, они утонут в духовной радости. А пока не достигла этого, терпи и трудись. Если бы мы жили на земле тысячи лет и каждый день нас распинали, то и это была бы плата недостаточная за то неизреченное блаженство, какое уготовал Господь любящим Его. Только любовь Божия так мало скорбей и на такой краткий срок попускает человеку. Если веруешь в Евангелие, то должна верить словам Господа, указавшего, что хотя и будут скорби в земной жизни у Его учеников, но они сменятся еще здесь радостью, которой никто не отымет от них. Да и Господь всегда с нами: се Аз с вами есмь до скончания века, аминь. Кто сильнее Бога? Итак, не допускай в себе страха, малодушия, маловерия, навеваемого дьяволом, а сопротивляйся им именем Иисусовым. Обышедше обыдоша мя, и именем Господним противляхся им.

Не поучай никого, а если видишь нуждающегося в духовной помощи и чувствуешь, что могла бы хоть несколько помочь, то рассказывай о духовном так, будто ты вычитала или слыхала от знающих людей то и то, а не как из своего опыта или познаний. Тебе будет легче, да и преградишь доступ к себе бесу через тщеславие. Понятна ли тебе эта мысль?

Господь да умудрит тебя во всем. Проси у Него твердой веры и терпения.

В «учреждении» писем долго не держат, ибо этим могли бы выдать себя, тут что-то другое.

Надо кончать. Да благословит тебя Господь! О Гале расскажи Т. и проси помочь. Чем могу, и я помогу. Будь здорова.

Я. 4/11-49.

Дорогой глубокоуважаемый о. Мелетий!

К Вашим собственным недомоганиям прибавилась еще скорбь. Болеет, я слышу, м. А. Она скорбела за Вас, а теперь вы друг о друге скорбите. Да поможет и подаст вам Господь терпение. Дорогие о. М. и м. А., хотя суды Божий и скрыты от нас, но полезное для спасающихся Господь открыл святым Своим, а они многое записали для нашего утешения и назидания.

Так святые угодники объясняют нам, что в последние времена монашества не будет вовсе или кое-где останется наружность, но без делания монашеского.

Не будет никаких собственных подвигов у ищущих Царствия Божия. Спасаться же будут только терпением скорбей и болезней. Почему не будет подвигов? Потому что не будет в людях смирения, а без смирения подвиги принесут больше вреда, чем пользы, даже могут погубить человека, так как они невольно вызывают высокое мнение о себе у подвизающихся и рождают прелесть. Только при руководстве очень опытных духовных людей могли бы быть допущены те или иные подвиги, но их теперь нет, не найти. Руководителем теперь является Сам Господь да отчасти книги, кто имеет их и может понимать. Как же руководит Господь? Попускает гонения, оскорбления, болезни, длительную старость с тяготой и немощами.

В притче о хозяине, нанимавшем работников, сказано, что пришедшие в единонадесятый час получат плату наравне с проработавшими весь день и даже раньше их. Эта притча применима к нам, современным монахам и искателям Царствия Божия, проведшим весь день земной жизни нерадиво. Однако, по крайнему милосердию Своему, Господь призывает нас в последний период жизни поработать в Его винограднике терпением старости, болезней, потерей близких или их страданиями. Если же безропотно понесем эти тяготы, то и нам вменится это кратковременное страдание, как работникам единонадесятого часа, как будто бы мы подвизались всю жизнь. Более того, Антоний Великий, авва Исхирион и другие утверждают, что спасающиеся в последние времена безропотным терпением скорбей будут прославлены выше древних отцов.

Дорогие о. М. и м. А., явно, что Господь, любя вас и желая прославить, посылает вам скорби и болезни. Итак, мужайтесь, терпите Господа, и Он возьмет вас с креста вашего в славу сынов Своих, в вечную Пасху, в неизреченную радость, где забудутся все скорби земной жизни.

Преподобный Серафим Саровский чудотворец в согласии с древними святыми отцами говорил, что если бы человек знал, какие блаженства уготовлены спасающимся, то согласился бы тысячу лет жить в келлии, наполненной гадами, грызущими его тело, только бы не лишиться будущего блага.

Терпением вашим стяжите души ваши. Да поможет вам Господь до конца донести посланные вам кресты. Аминь.

Глубоко сочувствующий вам

желатель спасения вашего и уверенный

в вашем спасении, недостойный

иеромонах Никон.

I/II-58 гг. Гжатск

Дорогой о. Мелетий!

Получил письмо от Вас. Получил письмо от Вас. Простите, что долго не отвечал. То работы, то уезжал, так и прошло порядочно времени, а главное, я затрудняюсь писать Вам и потому, что Вы гораздо опытнее меня, больше испытали, больше знаете. Что полезного или утешительного может сказать человек, проживший всю жизнь в суете и самоволии. Но по просьбе Вашей попытаюсь поделиться с Вами тем, что поражает меня и утешает: необъятная вселенная создана Богом – каково же могущество Божие?! Все во вселенной в целом и в ее частях (напр., в человеческом организме) находится в дивной гармонии – какова должна быть премудрость Божия?! Если все гармонично в мире, созданном Богом, то должна быть гармония (то есть соответствие) и в свойствах Божиих. И каково могущество Божие и премудрость Божия, таково и «сердце Божие», то есть любовь Божия.

Эту непостижимую любовь мы и видим в воплощении Сына Божия Господа Иисуса Христа, в принятии оплеваний, заушений, всяких оскорблений и наконец, распятия. Непостижима, бесконечно велика любовь Божия. Весь Ангельский мир пришел в смятение, видя воплощение и распятие Творца мира из любви к падшему роду человеческому.

Апостол Иоанн утверждает Духом Святым, что Бог есть Любовь, а не только имеет любовь, хотя и бесконечно великую.

Любовь же все покрывает, по слову Апостола Павла. Покрывает она и наши грехи, недостатки, немощи, нетерпение, ропотливость и прочее.

Стоит только верующему во Христа осознать свои немощи и грехи и попросить прощения, как любовь Божия очищает и исцеляет все раны греховные. Грехи всего мира тонут в море любви Божией, как брошенный в воду камень.

Не должно быть места унынию, безнадежию, отчаянию! Господь соединил с Божественною сущностью природу человеческую, омыл Своею Кровию грехи всего верующего человечества, усыновил Себе падших людей, вознес на Небо, сделав причастниками Божественной жизни и радости, радости навеки.

Здешние земные скорби, болезни, тяготы старости будут радовать нас в будущей жизни. Если Господь страдал за нас, то как нам не быть хоть в малой мере участниками страданий Христовых?! Душа наша, образ Божий, живущий в нас, желает быть причастником страданий Христовых, только наше малодушие и немощь боятся их, хотя силы, может быть, и хватило бы на терпение.

И вот Господь из любви к нам посылает по силе каждого невольные скорби и болезни, но дает и терпение их, чтобы сделать и нас участниками Своих страданий. Кто здесь не страдал Христа ради, того будет угрызать совесть в будущем веке, – ведь можно было показать свою любовь ко Христу терпением скорбей, и не сделал этого, стараясь уклониться и избежать всяких скорбей.

Совесть будет угрызать нас, что не ответили взаимностью на любовь Божию.

Будем же благодарить от всего сердца Господа за все, что угодно будет Ему послать нам. Не во гневе, не для наказания посылает нам Господь скорби и болезни, а из любви к нам, хотя и не все люди и не всегда понимают это. Зато и сказано: за все благодарите. Надо все душой предаться благой воле Божией, спасающей нас, любящей, желающей через малые скорби земной жизни привести к вечному блаженству, в славу чад Божиих.

Сие буди, буди со всем нами. Аминь.

Простите, дорогой батюшка, что осмелился что-то написать. Господь да возбудит в сердце Вашем благодарность к Нему, величайшее благоговение и полную преданность в Его святую волю с готовностью все претерпеть из любви к Нему.

Поклон м. А., Е.Е. и всем окрест Вас находящимся.

Я. 20/V-19583.

Протоиерей Александр (Шаргунов). Скорби и испытания (Ответы на письма мирян)[33]

Крест Христов – высшее утешение

Вы много пишете, и не без основания, о торжестве зла в сегодняшнем мире. Одной рукой строят храмы, а другой – губят души. Уже дошли до публичного поругания православных святынь. Также Вы много говорите о Кресте Христовом. А ведь Бог говорит: «Утешайте, утешайте люди Моя». Утешайте нас, пожалуйста. А то слишком все непереносимо.

Т. Окунь, г. Иркутск

Крест Христов и есть высшее утешение. И в нем одном – непобедимая победа над всяким торжеством зла.

Слово Церкви и слово священника всегда крестное и всегда о Кресте. Иудеям (и всем, кто ищет внешних чудес) – соблазн, а эллинам (и тем, кто ищет внешней мудрости) – безумие (1 Кор. 1, 23). По мере умножения в мире зла и по мере приближения Второго Пришествия Христова все яснее воздвигается перед нами Крест. Чтобы мы приняли радостное участие в том, что совершает для нас Господь.

Самое главное, что мы должны помнить – пусть никакое зло не страшит нас. Что бы ни было – «от Меня это было», говорит Господь через преподобного Серафима Вырицкого. Эти слова всегда должны быть у нас в памяти.

Где умножается в мире грех, там избыточествует благодать. Сам Бог утешает порою, как никто не может утешить, Своею благодатью. Думаю, что многие из нас, если не большинство, знают, как милостив бывает Господь к тем, кто живет решимостью не уступить ни в чем злу. И тем более милостив, чем больше скорбей.

И Господь спрашивает нас, готовы ли мы исполнить то, что мы обещали Ему в час благодати. У Него есть причины спрашивать об этом. Потому что более, чем когда-либо, Крест является сегодня знамением пререкаемым. С ненавистью большей, чем у императора Адриана, построившего капища на месте Голгофы, большей чем у персов, некогда похитивших Святой Крест, чем у большевиков, сбивавших с храмов кресты и взрывавших храмы, служители антихриста ополчаются сегодня против Креста.

Их цель ныне – профанировать изображение Креста, сделать его ничего не значащим. Мы часто говорим, что одна из главных черт нашего времени – обессоливание соли, обессмысливание смысла. И это значит прежде всего – упразднение Креста как знамения нашего спасения. И для них важнее всего вырвать это сокровище из сердец тех, кто знают благодать, знают, что Христос воскрес и исполнены решимости идти вслед Христу. Добиться того, чтобы все (по крайней мере, большинство) сняли нательные крестики – это еще не все. Но «прельстить, если возможно, избранных» – вот что для врага всего нужнее.

Потому всякий, кому по милости Божией было дано вкусить вечную жизнь, должен быть готов к особым искушениям и особым испытаниям, зная, что победа уже одержана Богом. И единственный смысл нашей жизни, всех наших искушений и испытаний – в том, чтобы войти Крестом, Его и нашим, в радость Господа своего. В Христову пасхальную победу. Враг знает, а мы должны несравненно лучше это знать, что без Креста не может быть Воскресения. Всякий верующий, кто хочет быть свидетелем Христовым, не будет оставлен Господом никогда.

О скорбях и испытаниях

Почему Православная Церковь все время говорит о скорбях, об испытаниях, о необходимости подвига? Но нельзя ли достигнуть Бога, идя через радость?

К. Авдюков, г. Воскресенск Московской обл.

Если Христос не воскрес, мы несчастнее всех человеков, – говорит Апостол. Бог восхотел стать Мужем скорбей, всех скорбей, в этом мире, лежащем во зле.

Если бы мы любили Бога, мы бы купались в радости. Радость христианина глубока и она будет всегда, и никто не отнимет ее. Они бы отняли ее, если бы могли, но Господь не даст им возобладать над нами. Наши земные радости, какие бы они ни были, могут быть в одно мгновение отняты у нас тысячами случайностей. Но небесные радости будут вечными, они непреходящи, они сокровенны, они глубоки и сладки, и непоколебимы.

В то же время, мы живем в той реальности, где невозможно любить не страдая. Жизнь, исполненная скорбей, и сердце, исполненное радости – вот что такое христианин. Кто говорит, что он знает Христа, должен, подобно Ему, знать и скорби. Таков мир, в котором мы живем: все розы его окружены шипами, не бывает в нем роз без шипов. И причиной этого является грех, который порой может пронзать ладони как гвозди. Есть неизбежные скорби за наши грехи, и есть скорби любви. Потому что любовь Христова в этом мире всегда распята. Нужно следовать за Христом не только на Фавор, но и на Голгофу. Вообще существование человека на земле – страдание бесконечное. Чем больше человек живет, тем больше он это понимает. Как, почему это страдание можно перенести? Только потому, что Творец мира пришел к нам, обитал и обитает с нами. И мы теперь знаем Его лично.

Никто и ничто не может отнять нашу радость, потому что никто и ничто не может отлучить нас от любви Христовой. Никто и ничто не может отнять у нас нашего Бога и тех сокровищ небесных, которые Он приготовил нам.

О смысле жизни

Вы часто говорите в своих проповедях, что сегодня все делается, чтобы превратить человека в скота. А вот я недавно прочитала в Священном Писании в книге Екклесиаст, что участь сынов человеческих и участь животных – участь одна; как те умирают, так умирают и эти, и одно дыхание у всех, и нет у человека преимущества пред скотом; потому что все – суета.

Признаться, эти слова не могут не озадачивать. Согласитесь, безрадостная перспектива для человека. Никакой надежды, только страх перед надвигающимися бедами. Если человек – животное, для него естественно жить животной жизнью. Чем больше он может раскрыть свое естество, тем большей он обладает свободой. Так что нынешние пропагандисты вседозволенности не так уж и неправы. Если не в этом, тогда в чем же еще смысл нашего существования?

Светлана Степанова, г. Солнечногорск

Слова Писания, которые Вы приводите (Еккл. 3, 19), означают только, что время человека на земле, как и время всякого творения, ограничено концом, смертью. Однако смерть – не последнее слово. Да, человек – это животное. Но не только животное. Он может стать только животным, отрекаясь от Бога, по слову псалма: такой человек в чести не пребудет, он уподобится животным, которые погибают (Пс. 48, 13). А святитель Василий Великий говорит, что человек – это животное, которое получило повеление стать богом.

Скорбное слово Екклесиаста – чаяние Спасителя человеческим родом. С пришествием Христа все изменилось. Мы по-прежнему живем в ограниченности нашей свободы – в жизни, которой постоянно угрожает смерть. Но одновременно – в благодати, которую предлагает нам Христос, Победитель смерти. Вот почему жизнь каждого из нас, говорят святые отцы, является уникальной возможностью. Этой уникальной возможностью и определяется смысл нашего существования.

На самом деле, каждый момент нашей жизни исполнен смысла. Человеку дан разум и многие другие дарования (а самое главное – благодать), чтобы он мог обнаружить этот смысл или, по крайней мере, понять, что он существует. Даже если неблагоприятные обстоятельства настоящего момента нашей жизни делают нас неспособными увидеть этот смысл. Грех заслоняет смысл, а жизнь по совести и правде Божией и покаяние возвращают его. Важнее всего на свете – верить в смысл настоящего момента нашей жизни, жизни наших близких, нашего народа, всего человечества – даже если сейчас мы неспособны понять этот смысл. (Как говорит Христос на Тайной Вечери апостолу Петру, умывая ему ноги, что теперь не знаешь, что Я делаю с тобой, после узнаешь, и будешь вечно благодарить Бога.)

Вот смысл – верить, что жизнь для меня значительна сейчас и крайне необходима. От всего сердца желаю Вам и каждому ищущему смысл жизни человеку узнать благодатно тайну христианства – тайну Божия Воплощения, Рождества Христова, вхождения вечности во время. Если я живу, это значит, что Бог живет моей жизнью. И я могу молиться без боязни, что меня постигнет какое-нибудь непоправимое несчастье. «Да будет воля Твоя!» – говорим мы, да будет воля Божия о нас в этот час нашей жизни, который Бог дает нам сейчас. Это значит – да совершится Его воля – побеждающей зло любви – в это мгновение, сейчас и всегда. Что бы ни было с каждым из нас, с нашей страной, со всем миром, какие бы беды ни пришли к нам. Мы сознаем свою ограниченность и немощь во всем, и поэтому просим у Бога исцеление и силу – Его силу, мир – Его мир и радость – Его радость. Наша жизнь – действительно уникальная возможность существовать во времени, которое дано нам Богом, чтобы приобрести вечность. И каждая человеческая жизнь обладает уникальной единственностью. Несмотря на то, что каждый из нас – смертен. Точнее сказать, именно благодаря тому, что смертен. И потому может приобщиться Высшему Смыслу в Боге, ставшем смертным человеком и победившем смерть.

О смысле невинных страданий

Здравствуйте, отец Александр!

Как-то Вы сказали, что одна из главных задач человеческой жизни – научиться задавать самые существенные вопросы. Вопрос, который гложет меня и, наверное, многих людей, таков: есть ли смысл в страданиях? Найти ответ на него я пыталась много лет, частично нашла. Я инвалид детства уже 36 лет, понятно, что я хотела понять смысл жизни, которая состояла в основном из страданий, обыкновенных физических страданий. Как ни странно, меня не мучили вопросы типа: а почему я? Почему именно мне выпало мучение? Само собой отвечалось: а почему кто-то должен болеть? Почему не я? Кому-то летать, кому-то ползать; кому-то бегать, кому-то лежать; кому-то петь, а кому-то выть. И было ясно, что я никогда не найду ответа на вопрос: за что мне Бог попустил болезнь, за мои ли грехи, за чьи-то? В сущности, это и не важно. Важно было найти смысл в болезни, точнее – наполнить смыслом болезнь. Мне стало легко, когда я вместила в сердце простую истину: болезнь – это посещение Божие, это дар Божий. Дар этот можно обратить и к погибели души, и ко спасению оной. Тут сразу появилось в жизни много маленьких целей и много работы для души. Главное понятно – без веры во Христа иго страданий не станет легким, а с Ним любая болезнь может преобразиться в здоровье.

Человеку, которому Богом попущена длительная и тяжелая болезнь, легче обрести смысл в страданиях. Даны время и подходящие условия для осмысления жизни и, в конце концов, «в смерть можно войти как в победу».

Но есть другой род страданий.

Недавно по НТВ показали документальный фильм о серийных убийцах, в частности о сыне и матери Спесивцевых, которые заманивали в свою квартиру детей, подростков, девушек, бомжей (причем, зачастую по несколько человек приводили), и после длительных изощренных истязаний трупы расчленяли, а останки сбрасывали в речку. Преступники признались в 40 убийствах, а оперативники нашли у них 80 (!) комплектов окровавленной одежды!

Отец Александр, отчего Милосердный Бог, Который есть Любовь, попускает детям претерпевать нечеловеческие мучения перед смертью? Отчего Ангелы отступают от детей в подобные моменты? Почему Господь не останавливает палача-изувера? Ясно, что судьбы людские (суды Божий) в Его руке, но неужто будущее возможное покаяние маньяка ценнее одной жизни (слезинки!) ребенка?! Карамазовский вопрос, сознаю, но от него никуда не деться! Во имя чего попущены детям немыслимые страдания?! Как Он может смотреть на них?! Ведь если мы плачем, видя горе и страдания детей, то как должен плакать Он!

Извините, если я не сумела корректно и спокойно изложить все наболевшее. Уж очень тяжко жить в мире, в котором столько слез и горя.

Спаси Вас Бог.

С уважением,

Елена Ивановна К., г. Краснодар

Дорогая Елена Ивановна!

Помоги Господь Вам нести со смирением и благодарностью Богу Ваш крест. Вы сумели вместить в свое сердце простую истину: что скорбь – это посещение Божие. Дай Бог Вам благодатно узнать, что в посещении Божием не только великая скорбь, но и высшая радость, несравненно превосходящая все радости земли. По этой причине святые угодники Божий говорили, что в будущей жизни человек больше всего будет жалеть, что у него мало было скорбей. Всякая скорбь, которую мы принимаем со смирением, соединяет нас с Крестом Христовым. А значит, и со всей Его славой. И Господь часто дает это узнать еще здесь, на земле.

По поводу упомянутой Вами передачи нельзя не отметить, что по телевидению любят показывать патологические случаи, которые раньше рассматривались только в закрытом суде. Теперь же они снимают документальный фильм с самыми страшными подробностями и демонстрируют его каждый год, чтобы шокировать общественное сознание бессмысленным ужасом и затмить то массовое убийство, которое совершают они сами.

Почему Господь попускает быть подобным злодеяниям? Чтобы люди увидели, к чему может привести жизнь без Бога, и пришли в себя. Но правда заключается в том, что это еще цветочки, ягодки будут впереди. Мы еще не знаем по-настоящему, что такое зло и как велика свобода человека, что такое атеизм, переходящий в сатанизм, что ад и диавол – это реальность. Мы не сознаем, от чего и какой ценою избавляет нас Христос.

Это означает, что время антихриста близко. Зло должно раскрыться до конца во всей мерзости и во всей силе, чтобы до конца испытать нашу свободу и чтобы была явлена в полноте всепобеждающая сила Божия.

О тайне невинных страданий детей Бог открывает нам с самого Рождества Своего. Четырнадцать тысяч Вифлеемских младенцев – и в это число таинственно включены все от века убиенные дети-мученики – являются, по слову святителя Филарета Московского, телохранителями Господа. Время Его Креста пока не пришло, но эти младенцы уже – первыми – приобщаются Его страданиям.

Ответ на Ваш вопрос – в страданиях нашего Господа. Мы должны обратить особенное внимание на то поругание, которому подвергся тогда Христос. И мы призываемся в подлинной мере увидеть, как раскрылось тогда зло, которое всегда измеряется участием самого диавола.

С самого начала сатана искал погубить Господа, с самого рождения. И чем дальше шел Христос по Своему пути, тем больший ужас охватывал диавола и все его царство, сознающее бессилие и невозможность как-либо сокрушить Господа.

Но настал момент, когда Он, казалось, перестал явно обнаруживать Свою опаляющую диавола силу. Неусыпаю щий взор сатанинской злобы не мог видеть Его сердца. Единственное, что мог видеть сатана – это трепет и ужас Христа перед предстоящими страданиями. И сатана возомнил, что ему возможно победить Господа. «Ныне час тьмы», – говорит Христос Своим апостолам, и сатана в злобной радости подтверждает это.

Перед нами явление всего зла, какое есть в мире. Нам известны все подробности того, что произошло в Гефсимании и на Голгофе.

Место, где был распят Господь, называется Голгофа, «краниево место», по-русски – «место, где черепа», где обычно совершались казни преступников. И Его распяли между двух разбойников – «одного одесную, другого ошуюю», а Его – посередине, как худшего из трех.

Его прибили гвоздями ко Кресту. Перед нами страшное зло, которое мы не можем никогда вместить в нашем сознании, его невозможно постигнуть. Но тем не менее, каждая подробность открывает новую глубину бездн сатанинских.

В обычае было давать приговоренным к смерти вино, смешанное со смирной, которое было горьким и которое должно было затуманить сознание умирающего от боли. Христос вкусил его, сказано, но не захотел пить, показав, что и эту горечь Он принимает, но показав также, что Он не нуждается в облегчении такого рода от боли.

Перед лицом смерти Господь был в наготе, как в час Крещения, и об одежде Его воины метали жребий, кому что достанется, делая забаву из Его страданий.

И была надпись над Его головой «Царь Иудейский». Пилат хотел посмеяться над Христом как над шутовским царем. А может быть – над иудеями, которые не заслуживали лучшего царя.

Зрители Его страданий вместо того, чтобы выразить Ему сострадание, усугубляли Его страданий, оскорбляя Его. Проходящие злословили Его, кивая головами своими. Теперь они выражали свое предельное отвращение к Нему и возмущение Им. Наученные первосвященниками, они насмешливо кричали: «Э! Разрушающий храм и в три дня созидающий! Спаси Себя Самого и сойди со Креста». И распятые с Ним поносили Его.

И здесь Святая Церковь говорит нам, чтобы мы увидели не только страдания Спасителя, но и то, как совершается осквернение самой величайшей святыни. Посмотрите, как Пилат перед самим распятием, желая угодить римским воинам, веселым, пьяным от этого зла, которое они вкушают, предает Господа на поругание.

Воины отвели Его внутрь двора, то есть в преторию, и собрали весь полк. И здесь они дали волю всем издевательствам. Мы слышим эту стихиру всякий раз, как поклоняемся Кресту Христову: «Се Царь славы в одежду облачится поругания».

Они издеваются над Господом как над царем. Цари одеваются в торжественные дни в одежду багряного или алого цвета – и они одели Его в багряницу. Цари носят на голове венцы – они сплели терновый венец и возложили на Него. Не просто венец из какого-нибудь сена-соломы, чтобы Он был как чучело огородное перед ними, а венец из терния, чтобы боль была от колючек и шипов при этом издевательстве над Ним.

Подданные окружают царей возгласами приветствия. И они приветствуют Его: «Радуйся, Царь Иудейский». Перед царями становятся на колени и кланяются им – и это они обратят тоже в шутовство. Становясь на колени, они с хохотом кланяются Ему.

Цари держат скипетр в руке – и они дали Ему в правую руку трость. Но, как сказано в Евангелии от Марка, они бьют Его по голове этой тростью.

Подданные, когда они присягают на верность своему властителю, поцелуем запечатлевают свою присягу, а они вместо этого плюют на Него. Но был и поцелуй – поцелуй Иуды, ближайшего ученика.

Такому поруганию Господь подвергся, будучи не в Своих одеждах, а в чужих, – говорят святые отцы, – в знамение того, что Он страдает не за Свои, а за чужие грехи. Преступление было нашим, каждого из нас. А позору за преступление подвергли Его.

Посмотрите – все, что связано со Христом в час Его страстей, раскрывает нам торжество зла, которое будет в мире во времена пришествия антихриста. И сегодня те, кто презирает Господа Иисуса Христа, утверждая, что теперь их время, их власть, делают то же самое.

То, что происходит со Христом, имеет отношение к каждому из нас. Это зло, которое хочет и нас уничтожить, и нас навеки погубить. Читая описание страданий Христовых, мы должны задуматься, о том, как велика сила зла, действующего в мире, направленного против каждого человека. Теперь, после Воскресения Христова, диавол не может ничего сделать Господу, и всю свою ненависть обращает на тех, кто Христов. История рода человеческого существует для того, чтобы зло, в конце концов, раскрывалось до конца. И чтобы наше участие в победе Христовой было подлинным противостоянием всему злу, действующему в мире.

Дай Господь нам понять, как велико может быть зло в мире! Что то зло, которое мы видим сейчас, не сравнимое ни с чем в истории человечества, раскроется на еще большей глубине, потому что грех без покаяния умножается в мире. И дай Господь нам понимать, что самое страшное – не только глубина страданий, но поругание святыни, которое будет происходит в самые последние дни, когда «человек беззакония», по слову апостола Павла, сядет в самом храме Божием, выдавая себя за Бога.

Так раскроется непостижимо страшное зло, которое победил до конца наш Господь. Да научит Господь и нас видеть происходящее, не умаляя ни в чем это зло, не замазывая, не приукрашивая ничего – не умаляя ни в чем победу Божию, участвовать в которой все мы призваны. Да не смущается сердце ваше при виде сегодняшнего зла! Это агония сатаны. И чем больше возрастает зло в мире, тем яснее проступает над ним Крест Христов как знамение Второго и Славного Его Пришествия.

Действительно, одна из главных задач человеческой жизни – научиться задавать самые существенные вопросы. И ответ на них всегда дает только Крест Христов. Ибо «в тот час (в час, когда откроется нам сила Креста), – говорит Господь, – вы не спросите Меня ни о чем».

Мы сейчас вступаем в Великий Пост, чтобы достигнуть Креста Христова и Его пасхальной победы нашего ради спасения. «Трепещет ад и трясется», не терпя видеть силы крестной. Но всякий, кто носит крестильный крестик, должен помнить всегда, воинству какого Царя он принадлежит.

О слепорожденном

Дорогой отец Александр!

В Евангелии от Иоанна повествуется об исцелении Христом слепорожденного. Некоторые места этого повествования меня смущают. Прошу Вас, если возможно, ответить на мои вопросы.

1. Ученики спрашивают, почему он родился слепым: кто согрешил – он или его родители. Но ведь он уже родился таким, как же он мог до рождения своего согрешить? Церковь ведь не признает перевоплощений. Не может речь идти, видимо, и о первородном грехе, так как предполагается, очевидно, какой-то особенный грех, который терпит особенное наказание.

2. Но пусть согрешили родители – при чем здесь он? Как можно наказывать одного человека за проступки других?

3. Далее говорится, что ни слепой, ни его родители не согрешили (они, вероятно, грешили в жизни, но «как все», ничего особенного). Слепой страдает, «чтобы явились дела Божий на нем». Страшно подумать, что человек всю жизнь мучается безвинно только для того, чтобы послужить впоследствии некоей иллюстрацией всемогущества Божия. Я как христианка верю, что Бог не может быть бесчеловечным. Однако объяснить это себе как-то удовлетворительно не получается.

Я прошу Вас понять меня правильно, это не праздное любопытство на богословские темы. Просто мне кажется, что речь может идти в каком-то смысле о всех нас, «слепорожденных» уже в четвертом поколении. Мы слепыми родились, нас слепыми воспитывали, и сослепу мы чего только не натворили! Жалко детей, жалко стариков, да и себя тоже, не скрою, очень бывает жаль. На все это, конечно, есть объяснение – грех наших предков в 1917 году. Кажется иногда, что кто-то удовлетворится этим ответом и окончательно махнет рукой на себя и на Россию. Но, может быть, это все было и для того, «чтобы явились дела Божий» на всех нас?

С. И. Четверикова, г. Москва

Святая Церковь избрала это Евангелие о слепом для последнего воскресенья Пасхи, чтобы показать нам, что прозрение, радость видения Господа, дается всему миру Крестом. Чтобы мы всегда, прощаясь с Пасхой, помнили об этом.

Тяжело человеку быть без Господа, тяжело человеку быть слепым. Мы видим не просто слепого человека, а человека, который слеп от рождения. Кто ослеп, лишившись радости света – это одно. А тот, кто родился слепым, не имеет о свете никакого представления, такой человек много бы дал, чтобы хотя на один день увидеть свет, все краски, очертания, всю красоту, все, что можно увидеть в этом мире глазами, хотя бы на один миг, а потом пусть снова навсегда наступает тьма. Или, может быть, наоборот, его страдания после такого краткого прозрения стали бы еще более горшими.

Благодарим ли мы Бога за все, что нам дано? За то, что мы принимаем обычно как должное, никогда не задумываясь о том, какой это дивный Божий дар – глаз, одно из самых удивительных чудес чудесного человеческого тела. Какая милость, что Бог не допустил ни малейшей неточности, когда создавал для нас, лично для каждого из нас этот сложнейший и тончайший орган! Малейшая неточность – и не было бы у нас никакого зрения.

Христос многих исцелял из тех, кто терял зрение из-за болезни или несчастного случая, а здесь Он исцеляет слепого от рождения, чтобы показать, что в Его власти помочь нам в самых отчаянных беспросветных обстоятельствах. И Он дает образ того, как действием Его благодати могут прозреть грешные наши души, которые по естеству своему вследствие отпадения от Бога духовно слепы.

Как совершается прозрение? Оно начинается тем, что Бог видит человека. В Евангелии сказано, что Христос, проходя, увидел этого человека. Другие тоже видели его, но не так, как Он. Христос часто обретается теми, кто не ищет Его и не может Его видеть. И тайна исцеления человека заключается как сказал блаженный Августин, в следующем: мы видим, потому что Бог видит нас.

И далее мы слышим разговор Христа и Его учеников об этом человеке. Когда Христос взглянул на него, они тоже обратили на него внимание. Сострадание Христа к страждущим людям должно бы возбуждать и наше сострадание, но ученикам Христовым и в голову не приходит, что они могли что-то сделать, чтобы помочь этому человеку. Вместо этого они задают очень странный вопрос: «Равви, кто согрешил, он или родители его, что он родился слепым?» Мы не можем не видеть, до какой степени этот вопрос является безлюбовным. Они полагают, как само собой разумеющееся, что эта страшная болезнь была наказанием за какие-то необыкновенные грехи. Но Господь говорит нам в этом Евангелии, что мы не должны считать большими грешниками тех, кто терпит большие скорби. Это потом Он покажет на Самом Себе, чтобы мы увидели, Кто терпит самые большие скорби. А что касается нас, то благодатью покаяния мы можем назвать собственные скорби наказанием, но благодать любви научает нас видеть скорби других людей, о жизни которых мы не можем явно сказать ничего плохого, и называть их испытанием. Эти скорби – испытание каждого человека, насколько он подлинен, насколько он Христов, насколько в нем нефальшивое золото Божия образа.

В вопросе учеников – ненужное любопытство: кто так тяжко согрешил, он или родители его. А что им до этого, какая польза для них была это знать? Мы чаще интересуемся грехами других людей, чем своими собственными, рискуя впасть в грех осуждения, хотя сказано, что согрешающий этим грехом повинен во всех грехах и участвует в грехах человека, которого он осуждает.

Но давайте разберемся, о чем спрашивают ученики. Они хотят знать, наказан ли этот человек за какой-нибудь свой грех или за грехи своих родителей. Что значит «за свой грех», если он родился слепым? За какой такой грех до рождения своего? Не может быть, конечно, как говорят некоторые лжеучения восточных религий, что человеческая душа жила в другом теле прежде своего рождения, что теперь она заслуженно терпит наказание за грехи, содеянные в прежней жизни. Подобные философские измышления лжеименного разума просто не могли быть известны тогда некнижным и трезвомыслящим Галилейским рыбакам. А если бы они услышали что-нибудь подобное, то с негодованием отвергли бы это, потому что откровение Божие еще в Ветхом Завете учит, что личность каждого человека – единственная и неповторимая: неповторимая душа и неповторимое тело.

Но почему все-таки ученики спрашивают о грехах слепорожденного? Нет ли какой-нибудь его вины в том, что он родился таким? Да потому что в очах Божиих наше прошлое, настоящее и будущее – как один миг. И Бог, предвидя грехи, которые мы совершим, может для нашего блага лишить нас физической возможности это сделать либо внезапной смертью, «глубиною мудрости человеколюбие вся строяй», либо связующим нас по рукам и ногам скорбным посещением. «Прежде чем ты был соткан во чреве материнском, – говорит Господь, – Я видел все вхождения твои и исхождения».

А может быть, человек мог согрешить прежде своего рождения, во чреве матери? Мы знаем только, что еще нерожденный Предтеча во чреве матери в Духе Святом приветствует с радостью еще нерожденного Богомладенца. И о «человеке беззакония» святые отцы говорят, что он в беззакониях будет зачат и в беззаконии родится. Кажется, фарисеи именно так судят о слепорожденном: во грехах ты весь родился, говорят они ему. Но в том-то и дело, что они этим своим судом совершают диавольскии переворот правды. «Се бо в беззакониих зачат есмь и во гресех роди мя мати моя». Эти святые слова покаяния, которые призван говорить каждый человек применительно к себе; когда мы их обращаем против другого только на том основании, что Бог посетил его тяжкими скорбями, становятся диавольской клеветой.

А то, что дети часто страдают за грехи родителей – объяснять не нужно. После первого грехопадения дети наказываются за грехи родителей. В Священном Писании и во всей человеческой истории мы видим множество примеров того, как таинственно связаны мы этим родством друг с другом. И наше время, наверное, как никакое другое, является убедительной иллюстрацией этой связи. Для родителей, любящих своих детей, есть достаточное основание остерегаться греха, если они не хотят, чтобы их дети страдали после того, вообще погибли, и жизнь их превратилась в полный, беспросветный, слепой ад.

Мы понимаем, что связь между нашими грехами и судьбой наших детей очевидна, однако есть более глубокая тайна в этой связи. Преподобный Паисий Афонский, когда к нему пришел человек, сын которого был болен раком, сказал ему, чтобы тот отказался от своей любимой страсти, и все будет хорошо. Так и было. Потом, когда человек этот вернулся к своему греху, вернулась болезнь к его сыну, и он умер.

Но почему же в жизни иногда бывает совсем по-другому? Например, дети таких праведников, как святой архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий) или отец Валентин Амфитеатров, были неверующими. Этим Господь показывает, что свободное произволение человека не отнимается ни при каких обстоятельствах, ни при какой наследственности. Показывает еще для того, наверное, чтобы мы научились любить Бога больше всего на свете, больше, чем своих самых дорогих детей. И, конечно, испытание неверием собственных детей является скорбью, которая по тяжести своей следует за самой великой скорбью богооставленности. Но Господь не оставляет нас и такими скорбями для того, чтобы мы прозрели.

Так кто же согрешил, что этот человек родился слепым? Не согрешил ни он, ни родители его, но это дано для того, чтобы явились на нем дела Божий, говорит Христос. Блаженны те, на ком являются Божий дела. А на ком они являются? На всех людях без исключения, на всем роде человеческом. Значит, все люди блаженны, для всех уготована только радость. Да, говорит Господь, не имеет значения, кто и как согрешил. Если даже и тяжко согрешил, Я любовью Своею беру на Себя грехи всех. Перед светом Божественной любви исчезает тьма всех грехов и становится как бы небывшей. Как говорят святые отцы, перед океаном Божественной любви все зло мира не больше горсти песка. Это для того, чтобы не помрачился никогда наш взор, когда мы видим все возрастающее зло, и кажется, уже неизлечимую слепоту большинства людей.

Никто не согрешил, ни этот человек, ни родители его, ни прародители его, хотя все согрешили, но все безгрешны, и все без исключения – «внидите паки в рай». Это Божий дела, не человеческие, это то, что Христос совершил ради спасения всех Крестом и Воскресением. И то, что Он доныне каждый день совершает для всех нас. Этот человек – обыкновенный представитель духовно слепого человечества.

Этот слепорожденный – особый избранник Божий. Он ради Христа, ради того, чтобы все узнали, что Христос – свет истинный, просвещающий всякого человека, приходящего в мир, прошел через долгий, очень долгий мрак страдания. Мы почти ничего не знаем о нем, но слова Господа, что он страдал ради славы Божией, говорят о многом. Поистине, кто страдает ради Бога, хотя бы один миг, не потеряет награды своей. А за годы страданий Бог воздает страждущему человеку всем светом безмерной славы Своей. Этот человек родился слепым, чтобы на нем явились дела Божий для всех, кто был свидетелем этого чуда, кто слышит это Евангелие и будет слышать до конца мира.

Те, кто не замечают Промысла Божия в повседневной жизни, могут увидеть его в чрезвычайных явлениях и прозрениях. Много лет прошло с тех пор, как родился слепым этот человек. И смысл его несчастья раскрылся только сейчас, через много лет. Человеку нужно долго читать то, что написано о нем в книге жизни, пока он поймет, что он читает; надо много страдать, чтобы дойти до той радости, которую Господь приготовил для каждого человека и которой никто не может отнять. Всем дано страдать, но не многие умеют переносить страдания. Еще меньше тех, кто умеет благодарить Бога за эти страдания.

Святые отцы говорят, что драгоценна молитва «Господи, помилуй». Ничего нет, кажется, ее драгоценнее, но во сто крат драгоценнее молитва «Слава Тебе, Боже, слава Тебе» среди скорбей, потому что первая молитва, говорят святые отцы, это необходимость, а вторая молитва – это подвиг. В конце концов, самое страшное страдание заключается в том, что человек не видит смысла своих страданий, в том, что он слеп.

Есть совершенно удивительный рассказ современного афонского монаха об одном человеке, у сына которого внезапно что-то сделалось с глазом. Врачи обнаружили злокачественную опухоль, и глаз пришлось удалить. Монах молился об этом мальчике и об отце его, потому что страдание отца было не меньшим, а, может быть, большим, чем у сына. Молился, чтобы Бог дал им просвещение. Он сказал отцу, что если мальчик научится благодарить Бога за это страдание, то в будущей жизни он будет прославлен вместе с преподобным Пафнутием Исповедником, у которого вырвали глаз за веру во Христа. Когда отец понял это, он начал прыгать от радости. Бог просветил его благодатью, свет Воскресения коснулся его души, и он понял, что несправедливости не было. Он понял, почему святые отцы говорят, что в будущей жизни человек будет жалеть, что у него мало было скорбей здесь на земле – потому что через эти скорби мы приобщаемся тому чуду, которое является Крестом Христовым. Он понял, что Бог не совершает несправедливости, что Он видит все до конца и любит до конца.

Если нам не дано мученичество и исповедничество за Христа, нам всем даны скорби, которые мы можем принять ради Христа. Если Бог может прославиться через нас и в нас, значит, не напрасно дана нам жизнь. И в этом сегодня нам как никогда дана возможность убедиться. Радость прозрения дается Крестом Христовым, которым Он приобщается всей нашей тьме, и нашим крестом, которым мы приобщаемся всему Его свету, всей славе Его Креста и Воскресения.

«Я Буду с вами…»

Дорогой отец Александр!

Пишу и не могу сдержать слез. У моих близких родился долгожданный ребенок. Он прожил очень короткую жизнь – всего восемь лет, и вот недавно после тяжелой болезни умер. Нам говорят, что смысл человеческой жизни заключается в служении Богу и людям. Какая польза, скажите, Богу и людям от этой короткой жизни, которой не дано было расцвести, от этого ума, который лишен возможности познавать Божий мир, от этого тела, которое положили в гроб, прежде чем оно развилось? Из всех смертей смерть ребенка – самая противоестественная и невыносимая. А что делается с родителями – свет Божий меркнет в их глазах, все лишается смысла. Все слова о бессмертии кажутся отвлеченными. Я недавно пришла к вере, делаю только первые шаги в Церкви. И может быть, мой вопрос покажется Вам наивным.

Но невозможно жить, не имея на него ответа.

Анастасия К., Московская обл.

Дорогая Анастасия!

Я, как и каждый священник, знаю не понаслышке много примеров подобных ранних смертей. Но мой совет Вам – обязательно прочитать книгу – документальную повесть о умершей от рака девочке, написанную ее отцом, Н. П. Бобровым, которая была напечатана в журнале «Человек» и теперь выходит отдельным изданием. Книга так и называется: «Сашенька. Последний год. Заметки отца». Кстати сказать, эту девочку, Александру, я тоже знал – причащал ее в течение нескольких месяцев и могу свидетельствовать, какой бывает смерть для ребенка и его родителей.

«Смерть и ребенок – несовместимые слова», – пишет отец Сашеньки.

Да, смерть и человек – понятия несовместимые. Особенно – мучительное умирание талантливой доброй и красивой девочки. Она так любила петь, танцевать, плавать, играть, рисовать. Ее жизнь как яркий костер, заливаемый водами болезни. Огонь все время борется, пригасает и разгорается вновь, но воды снова и снова обрушивают свой мертвящий поток. Есть особая тайна в смерти: она не различает ни юных, ни старых, ни добрых, ни злых, ни верующих, ни неверующих.

Как сказал поэт:

О, как мы любим лицемерить, И забываем без труда То, что мы в детстве ближе к смерти, Чем в наши зрелые года.

Удивляет, как дети вообще выживают. Они кажутся слишком беззащитными для нашей грубой жизни. Церковь говорит, что младенцев особым образом оберегают Ангелы. И действительно, взрослые вряд ли могли бы без Божьей помощи ограждать своих детей от опасностей. Чувство жизни, чувство собственного тела у ребенка гораздо ярче, острее, чем у взрослого.

А Сашеньке ее болезнь представлялась в виде капсулы, «получерной-полусине-фиолетовой» – нечистая сила, разрушающая ее. И удивительны ее интуиции в именовании своего Ангела-хранителя. Это «покой», «воля», «сила», «свобода», «ресурсы». Всеми управляет «Волшебный ларец» или «Центр».

Это таинственная символика постижения своего организма. Той мистической борьбы с болезнью, которая в нем происходила.

Поразительно, что во сне Сашеньке был назван святой, которому она должна особенно молиться. Его имя не было известно ни ей, ни ее близким. Она только запомнила что-то среднее между словами «Лондон» и «гуталин». И когда родители прочитали имена святых, близких к Сашиному дню рождения, она узнала имя Лонгин. И епископ Русской Православной Церкви в Германии, куда ее увезли лечиться, носил имя Лонгин. Впоследствии он ее и отпевал.

Часто, когда ребенок смертельно заболевает, родители спрашивают себя: что я сделал не так? Какой грех совершил? И чувство вины обостряет страдание. Даже ученики Христовы спрашивают Господа: Кто согрешил, он или родители его, что он родился слепым? (Ин. 9, 2). Для верующего человека очевидно, что болезнь и смерть – прямой результат греха. Однако в случае слепорожденного, который можно приравнять к страданию невинных детей, Христос говорит: Не он согрешил, ни родители его, но это случилось, чтобы явилась на нем Слава Божия (Ин. 9, 3).

Не случайно, что Сашенька видела себя во сне распятой на кресте. Это было предопределением, посланным ей свыше. И ребенок проявил удивительное мужество в доверии к Богу. О Кресте Саша пела незадолго до смерти: «Ты не плачь о смерти сей. Ведь Иисус не плакал, Он не плакал, жизнью Он Своей гордился». И своих близких она старалась утешить словами: «Меня Господь ждет, а вы меня держите». Перекликаясь со словами Христа: «Не мешайте детям приходить ко Мне. Таковых есть Царство Небесное».

Наши дети нам не принадлежат. Бог доверил их нам и может в любой момент взять их. Здесь вера испытывается до такой глубины, что тот, кто никогда не переживал подобного, не может иметь об этом представления. И через непомерные страдания Господь может дать подлинную веру. Говорят, что воспитывая детей, мы учимся у детей. Потому что «если не будете как дети, не войдете в Царство Небесное».

Дети приходят в этот мир, чтобы в нем было возможно жить. Их присутствие учит нас терпению и пониманию, приближает к Богу. Молитва Церкви об ушедших детях – это молитва о святых. «Еще молимся о упокоении блаженного младенца…» – то есть святого. Уже не о нем молитва, а ему как святому.

Есть особые дети – посланники, они своей короткой жизнью и смертью свидетельствуют о Боге. Глядя на их фотографии, видишь в их глазах и облике что-то общее. Сашенька чем-то похожа на святого мученика царевича Алексея. Та же неизъяснимая глубина, кротость и как бы некоторая снисходительность. Как будто они смотрят уже откуда-то с небес.

Бог выделил этих детей особым Своим доверием. Доверием мученического венца и креста. И родители до конца были у этого креста. Поражает то мужество, с которым Сашенькин отец почти протокольно описывает все этапы болезни своей дочери.

Мы живем во время обесценивания жизни и обесценивания смерти. Одни отгораживаются от реальности смерти, повторяя слова древнего философа: «Пока мы живы – смерти нет, а смерть придет, то нас не будет». Другие пытаются заглушить ужас шуточками: «Пьем – умрем, не пьем – умрем. Лучше пить да умереть, чем не пить да умереть». Третьи кончают жизнь самоубийством. Эвтаназия становится все более узаконенной и возвращает людей ко времени дикарей. На ТВ, которое смотрят почти все, как правило, герои умирают на бегу, на лету, с воплем взрываясь, так что исчезает само понятие последнего слова.

Значение книги в том, что она заставляет задуматься и людей не знающих Бога о том, что не может не волновать всех. Несомненно, одна из главных задач человеческой жизни – научиться задавать самые существенные вопросы. Потому что пока мы не задали их, мы не сможем получить на них ответа. Время нашей жизни коротко, и мы должны использовать его по возможности мудро. И вот мы видим, как иные за предельно короткий срок обретают такую духовную зрелость, какую другие не могут обрести за долгие годы.

Ценность этой книги в том, что она показывает, что значит смерть человека в самом глубоком ее измерении. Хотя смерть, по слову апостола Павла – последний враг (наш и Божий), ее не следует бояться. Только христианин может встретить смерть осмысленно и даже войти в нее как в победу. Потому что ему дается узнать что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, никакая другая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем (Рим. 8, 38–39).

Книга показывает через какую жестокую борьбу со смертью надо пройти, прежде чем достигнуть небесной жизни, для которой создан человек, чтобы открылась ему правда слов «для меня жизнь – Христос и смерть – приобретение» (Флп. 1, 21).

Вера и надежда христианина не означает, что его минует горе, но он, проходя скорбное испытание, вступает в более близкие отношения с Христом Богом и с самым дорогим для него умершим человеком.

Как трудно принять реальность смерти того, кого любим! Когда Христос много раз говорил Своим ученикам, что Он будет предан и распят, они отказывались это слышать. Петр сказал Ему: «Да не будет с тобой это, Господи» (см. Мф. 16, 21–22). Он знал, что Христос говорил истину, но он ничего не хотел знать о Его смерти.

Очень часто умирающий ребенок направляет своих родителей к Богу. И это есть не что иное, как отдача жизни за спасение других. Священник, окормляющий детскую больницу, сказал, что редко у взрослых бывает такое глубокое видение тайны смерти, как это бывает у детей: «Дети так открыты к разговору о Боге, и они более бесстрашно говорят о смерти, чем взрослые». Таких детей объединяет какое-то внутреннее знание о жизни и предчувствие своей судьбы.

Письмо мирянки Ольги. Поклялась никогда не унывать

Ранним утром, проходя мимо Боголюбского собора, я подала милостыню нищим, стоящим у ворот, и направилась к автобусной остановке. Мрачные мысли одолевали меня. У меня серьезная болезнь позвоночника – шейная грыжа. Семь лет была инвалидом III группы, получала небольшую пенсию, год назад инвалидность сняли, а на работе в детсадике нагрузку сократили. Зарплата моя – 2000 рублей. Хорошо, что родители живы и получают пенсию.

Было еще темно, и я еле различила силуэт стоящей невдалеке девушки. Незнакомка была на костылях.

Девушка рассказала, что попала в аварию, получила инвалидность II группы, но считает, что инвалидность – это не приговор, и собирается все силы направить на выздоровление. Незнакомка попросила помочь сесть ей в автобус. «Храни вас Господь», – сказала она на прощание. «Храни и вас!» – ответила я. Автобус уехал в Тамбов, увозя незнакомку, но слова, сказанные ею, как будто остались со мной навсегда. Мне стало стыдно за свое уныние, за свои мрачные мысли. Не зря уныние считается одним из смертных грехов.

Я мысленно сравнила ту девушку на костылях и себя. Я ведь передвигаюсь свободно и еще потихоньку работаю.

Был день Святителя Николая Чудотворца. Я стояла около храма и молилась о том, чтобы этот святой помог той милой девушке: ведь он Чудотворец!

А самой себе поклялась никогда не впадать в уныние.

Ольга Владимировна Чернецова

Молитвослов

И призови Меня в день скорби своей;

Я избавлю тебя, и ты прославишь Меня.

Пс. 49, 15

Евангелие от Луки

Сказал также им притчу о том, что должно всегда молиться и не унывать,

Говоря: в одном городе был судья, который Бога не боялся и людей не стыдился.

В том же городе была одна вдова, и она, приходя к нему, говорила: защити меня от соперника моего.

Но он долгое время не хотел. А после сказал сам в себе: хотя я и Бога не боюсь и людей не стыжусь,

Но, как эта вдова не дает мне покоя, защищу ее, чтобы она не приходила больше докучать мне.

И сказал Господь: слышите, что говорит судья неправедный?

Бог ли не защитит избранных Своих, вопиющих к Нему день и ночь, хотя и медлит защищать их?

Сказываю вам, что подаст им защиту вскоре…

(Гл. 18, 1–8)

Молитва честному и животворящему кресту господню

О дивный чудодейственною силою четвероконечный и трисоставный Крест Христов, у подножия твоего во прах распростертый, поклоняюся ти, честное Древо, отгоняющее от нас всякое демонское стреляние и освобождающее нас от всех бед, скорбей и напастей. Ты бо еси Древо жизни, ты еси очищение воздуха, освящение святаго храма, ограждение нашего жилища, охранение одра моего, просвещение ума моего, сердца и всех моих чувств. Твое святое знамение ограждает мя со дня моего рождения, просвещает мя со дня моего крещения, оно со мною и на мне во вся дни живота моего на суше и на водах, оно же сопровождать мя будет до могилы, осенит и прах мой, оно бо, святое знамение Чудодейственнаго Креста Господня, возвестит всей вселенней о часе всеобщаго воскресения мертвых и последняго Страшнаго и праведнаго Суда Божия.

О Кресте Всечестный! Осенением твоим вразуми, научи и благослови мя, недостойнаго, всегда несомненно верующаго в непобедимую силу твою, огради мя от всякаго врага и супостата, исцели вся недуги моя душевныя и телесныя.

Господи, Иисусе Христе Сыне Божий! Силою Честнаго и Животворящаго Креста Твоего помилуй и спаси мя, грешнаго. Аминь.

Тропарь, глас 1

Спаси, Господи, люди Твоя, и благослови достояние Твое, победы на сопротивныя даруя, и Твое сохраняя Крестом Твоим жительство.

КО ГОСПОДУ МОЛИТВА К ОТЧАЯНИИ СУЩИХ

Владыко, Господи небесе и земли, Царю веков! Благоволи отверзти мне дверь покаяния, ибо я в болезни сердца молю Тебя, Истиннаго Бога, Отца Господа нашего Иисуса Христа, Света миру. Призри многим Твоим благоутробием и приими моление мое; не отврати его, но прости мне, впадшему во многия прегрешения. Приклони ухо Твое к молению моему и прости мне все злое, кое соделал я, побежденный моим произволением. Ибо ищу покоя, и не обретаю, потому что совесть моя не прощает мя. Жду мира, и нет во мне мира по причине глубого множества беззаконий моих. Услыши, Господи, сердце вопиющее к Тебе, не посмотри на моя злая дела, но призри на болезнь души моея и поспеши уврачевать мя, жестоко уязвленнаго. Дай мне время покаяния ради благодати человеколюбия Твоего, и избавь мя от безчестных дел, и не воз-мерь мне по правде Твоей, и не воздай достойное по делом моим, дабы мне не погибнуть совершенно. Услыши, Господи, мя, в отчаянии находящегося; ибо я, лишенный всякой готовности и всякой мысли ко исправлению себя, припадаю к щедротам Твоим: помилуй мя, поверженнаго на землю и осужденнаго за грехи моя. Воззови мя, Владыко, пленнаго и содержимаго моими злыми деянии и как бы цепями связанного. Ибо Ты един ведаешь разрешать узников, врачевать раны никому не известные, который знаешь только Ты, ведущий сокровенное, и потому во всех моих злых болезнех призываю только Тебя – Врача страждущих, Дверь рыдающих во вне, Путь заблудившихся, Свет омраченных, Искупителя заключенных, всегда сокращающего десницу Свою и удерживающаго гнев Свой, уготованный на грешники, но ради великаго человеколюбия дающаго время покаянию. Возсияй мне свет лица Твоего, Владыко, тяжко падшему, скорый в милости и медлящий в наказании. И Твоим благо-утробием простри мне руку и возставь мя из рова беззаконий моих. Ибо Ты Един Бог наш, не веселящийся о погибели грешников и не отвращающий лица Своего от молящагося к Тебе со слезами. Ус-лыши, Господи, глас раба Твоего, вопиющаго к Тебе, и яви свет Твой на мне, лишенном света, и даруй мне благодать, дабы я, не имеющий никакой надежды, всегда надеялся на помощь и силу Твою. Обрати, Господи, плач мой в радость мне, расторгни вретище и препояши мя веселием. И благоволи, да упокоюсь от вечерних дел моих, и да улучу упокоение утреннее, как избранныя Твои, Господи, от которых отбежали болезнь, печаль и воздыхание, и да отверзется мне дверь Царствия Твоего, дабы вошедши, с наслаждающимися светом лица Твоего, Господи, получить мне жизнь вечную во Христе Иисусе Господе нашем. Аминь.

КО ГОСПОДУ МОЛИТВА ПРОСИТЕЛЬНАЯ

Иисусе, Сыне Божий, изведи из темницы душу мою, исповедатися имени Твоему, помилуй мя. При-влецы мене, да прииду к Тебе; в темнице заключен есмь, Господи, и тьма окружает меня. Связан многими узами железными и несть ми ослабления, расторгни узы, да свободен буду; прожени тьму, да узрю свет Твой, изведи из темницы, да прииду к Тебе. Аминь.

МОЛИТВА КО ГОСПОДУ ПРЕПОДОБНОГО СИМЕОНА

НОВОГО БОГОСЛОВА ОБ ИЗБАВЛЕНИИ ОТ ИСКУШЕНИЙ

Не попусти на меня, Владыко, Господи, искушение или скорбь или болезнь свыше силы моей, но избавь от них или даруй мне крепость перенести их с благодарением. Аминь.

МОЛИТВА КО ГОСПОДУ ОБ ОБРАЩЕНИИ ЗАБЛУДШИХ

Господи Иисусе Христе, Боже наш! Прими от нас, недостойных рабов Твоих, усердное моление сие и, простив нам вся прегрешения наша, помяни всех врагов наших, ненавидящих и обидящих нас, и не воздаждь им по делам их, но по велицей Твоей милости обрати их: неверных к правоверию и благочестию, верных же во еже уклонитися от зла и творити благое. Нас же всех и Церковь Твою Святую всесильную Твоею крепостию от всякого зла милостиво из-бави. Отечество наше от лютых безбожников и власти их освободи. Верных же рабов Твоих, в скорби и печали день и ночь вопиющих к Тебе, многоболезненный вопль услыши, Многомилостиве Боже наш, и изведи из нетления их жизнь. Подаждь же мир и тишину, любовь и утверждение и скорое примирение людям Твоим, их же честною Твоею Кровию искупил еси. Но и отступившим от Тебе и Тебя не ищущим явлен буди, во еже не единому от них погибнути, но всем им спастися и в разум истины прийти, да вси в согласном единомыслии и в непрестанн любви прославят Пречестное Имя Твое, терпеливодушие, незлобиве Господи, во веки веков. Аминь.

МОЛИТВА КО ГОСПОДУ О ДАРОВАНИИ ТЕРПЕНИЯ

О дивный Создателю, Человеколюбивый Владыко, многомилостивый Господи! С сердцем сокрушенным и смиренным сине молю Тя: не возгнушайся грешнаго моления моего, не отрини слез моих и воздыхания, услыши мене, якоже Хананею, не презри мене, якоже блудницу, яви и на мне, грешнем, великую милость человеколюбия Твоего, ризою Твоею честною защити, помилуй и покрый мя, да вся попускаемые от Тебе беды и напасти со благодарением в надежде вечных благ претерплю: изряднее же печаль мою на радость претвори, да не в отчаяние впаду и да не погибну аз, окаянный. Ты бо если источник милости и непостыдная спасения нашего надежда, Христе Боже наш, и Тебе славу возсылаем со Безначальным Твоим Отцем и Пресвятым и Благим и Животворящим Твоим Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

МОЛИТВА КО ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЕ,

ЧИТАЕМАЯ ПРИ НАПАДЕНИИ УНЫНИЯ

Пресвятая Владычице моя Богородице, святыми Твоими и всесильными мольбами отжени от мене, оканнаго раба Твоего, уныние, забвение, неразумие, нерадение, и вся скверная, лукавая и хульная помышления от окаяннаго ми сердца, и помраченнаго ума моего, и погаси пламень страстей моих, яко нищ и окаянен есмь, и избави мя от многих лютых воспоминаний и предприятий, и от всех действ злых свободи мя, яко благословенна еси от всех родов, и славится Пречестное имя Твое во веки. Аминь.

К ПРЕСЕЯТОЙ БОГОРОДИЦЕ ПЕРЕД ЕЯ ИКОНОЙ, ИМЕНУЕМОЙ «УТОЛИ МОЯ ПЕЧАЛИ»

Молитва Ефремл Сиринл

Надеждо всех концев земли и рабам Твоим (имена), Ты, Пречистая Дево, Госпоже Богородице, утешение наше! Не гнушайся нас, грешных, на Твою бо милость уповаем. Угаси в нас пламень греховный и покаянием ороси изсохшая сердца наша, очисти ум наш от греховных помыслов; приими воздыхание от души и сердца мольбу Ти приносящих. Буди о нас Ходатаица к Сыну Твоему и Богу, и укроти ярость Его праведную Матерними Твоими молитвами. Душевныя и телесныя язвы исцели, Госпоже Богородице, утоли болезни душ и телес, утиши бурю злых нападений вражеских; отьими бремя грехов наших и не остави нас до конца погибнути. Ты бо еси возведение человеческому роду, в печали скорая Помощница. Мати истинная Христа Бога нашего, помогай нам, грешным рабам Твоим, всегда, и ныне и присно и во веки веков. Аминь.

ТРОПАРЬ ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЕ ПЕРЕД ЕЯ ИКОНОЙ, ИМЕНУЕМОЙ «УТОЛИ МОЯ ПЕЧАЛИ»

Троплрь, глас 5

Утоли болезни многовоздыхающия души моея, утолившая всяку слезу от лица земли: Ты бо человеком болезни отгоняеши и грешных скорби разрушаеши, Тебе бо вси стяжахом надежду и утверждение, Пресвятая Мати Дево.

Кондлк, глас 6

Предстательство христиан непостыдное, ходатайство ко Творцу непреложное, не презри грешных молений гласы, но предвари, яко Благая, на помощь нас, верно зовущих Ти: ускори на молитву, и потщися наумоление, предстательствующи присно, Богородице, чтущих Тя.

МОЛИТВЫ К ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЕ ПЕРЕД

ЕЯ ИКОНАМИ ИМЕНУЕМЫМИ «ВЗЫСКАНИЕ

ПОГИБШИХ» И «ВСЕХ СКОРБЯЩИХ РАДОСТЕ»

Молитвл первля

О Пресвятая и Преблагословенная Дево, Владычице Богородице! Призри милостивным Твоим оком на нас, предстоящих пред святою иконою Твоею и со умилением молящихся Тебе; воздвигни нас из глубины греховныя, просвети ум наш, омраченный страстьми, и уврачуй язвы душ и телес наших. Не имамы иныя помощи, не имамы иныя надежды, разве Тебе, Владычице. Ты веси вся немощи и согрешения наша, к Тебе прибегаем и вопием: не остави нас Твоею Небесною помощию, но предстани нам присно и Твоим неизреченным милосердием и щедротами спаси и помилуй нас, погибающих. Даруй нам исправление греховныя жизни нашея и избави нас от скорбей, бед и болезней, от внезапныя смерти, ада и вечныя муки. Ты бо, Царице и Владычице, Скорая Помощница и Заступница еси всем притекающим к Тебе и крепкое прибежище грешников кающихся. Подаждь убо нам, Преблагая и Всенепорочная Дево, христианский конец жития нашего мирен и непостыден и сподоби нас Твоим ходатайством вселитися в Обителях Небесных, идеже непрестанный глас празднующих радостию славит Пресвятую Троицу, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Молитва вторая

Заступнице Усердная, Благоутробная Господа Мати, к Тебе прибегаю аз, окаянный и паче всех человек грешнейший; вонми гласу моления моего, вопль мой и стенание услыши. Яко беззакония моя превзыдоша главу мою, и аз, якоже корабль в пучине, погружаюся в море грехов моих. Но Ты, Всеблагая и Милосердная Владычице, не презри мене, отчаяннаго и во гресех погибающаго; помилуй мя, кающагося в злых делех моих, и обрати на путь правый заблудшую окаянную душу мою. На Тебе, Владычице моя, Богородице, возлагаю все упование мое. Ты, Мати Божия, сохрани и соблюди мя под кровом Твоим, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

МОЛИТВА КО АНГЕЛУ ХРАНИТЕЛЮ

О, Святый Ангеле, хранителю и покровителю мой благий! С сокрушенным сердцем и болезненною душею предстою ти, моляся: услыши мя, грешнаго раба своего (имярек), с воплем крепким и плачем горьким вопиющаго; не помяни моих беззаконий и неправд, имиже аз окаянный прогневляю тя по вся дни и часы и мерзностна себе творю пред Создателем нашим Господем. Явися мне милосерд и не отлучайся мене сквернаго даже до кончины моея. Возбуди мя от сна греховнаго и пособствуй твоими молитвами прочее время живота моего без порока прейти и сотворити плоды достойны покаяния, паче же от смертных падений греховных соблюди мя, да не погибну во отчаянии, и да не порадуется враг о погибели моей. Вем воистину и усты исповедую, яко никтоже таков друг и предстатель, зищититель и поборник, якоже ты, Святый Ангеле: предстоя бо престолу Господню, молишися о мне непотребнем и паче всех грешнейшем, да не изымет Преблагий души моея в день нечаяния моего и в день творения злобы. Не престай убо умилостивляя премилосердаго Господа и Бога моего, да отпустит согрешения моя, яже сотворих во всем житии моем делом, словом и всеми моими чувствы, и имиже весть судьбами, да спасет мя: да накажет мя зде по Своей неизреченней милости, но да не обличит и не истяжет мя онамо по Своему нелицеприятному правосудию: да сподобит мя покаяние принести, с покаянием же Божественное причащение достойне прияти, о сем паче молю и таковаго дара всеусердно желаю. В страшный же час смерти неотступен буди ми, Благий Хранителю мой, прогоняя мрачныя демоны, имущия устрашити притрепетную душу мою: защити мя от тех ловления, егда имам преходити воздушная мытарства, да храним тобою, безбедно достигну Рая ми вожделеннаго, идеже лицы святых и горних сил непрестанно восхваляют всечестное и великолепое имя в Троице славимаго Бога, Отца и Сына и Святаго Духа, Ему-же подобает честь и поклонение во веки веков. Аминь.

МОЛИТВА СВЯТИТЕЛЮ ТИХОНУ ЗАДОНСКОМУ

О всехвальный святителю и угодниче Христов, отче наш Тихоне! Ангельски пожив на земли, ты яко Ангел благий явился еси и в дивнем твоем прославлении. Веруем от всея души и помышления, яко ты, благосердый наш помощниче и молитвенниче, твоими неложными ходатайствы и благодатию, обильно дарованною тебе от Господа присно способствуеши нашему спасению. Приими убо, ублажаемый угодниче Христов, и в час сей наша недостойная моления: свободи ны твоим заступлением от облегающаго нас суесловия и суемудрия, неправоверия и зловерия человеческаго. Потщися, скорый о нас предстателю, благоприятным твоим ходатайством умолити Господа, да пробавит Своя великия и богатыя милости на нас грешных и недостойных рабех Своих, да уврачует Своею благодатию неисцельныя язвы и струпы растленных душ и телес наших, да растворит окаменелая сердца наша слезами умиления и сокрушения о премногих согрешениих наших и да избавит ны вечных мук и огня геенскаго; всем же верным людем Своим да дарует в нынешнем веце мир и тишину, здравие и спасение и во всем благое поспешение, да тако, тихое и безмолвное житие поживше во всяком благочестии и чистоте, сподобимся со Ангелы и со всеми святыми славити и воспевати всесвятое имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь.

ТРОПАРЬ СВЯТИТЕЛЮ ТИХОНУ ЗАДОНСКОМУ

Тропарь, глас 8:

От юности возлюбил еси Христа, блаженне, образ всем был еси словом, житием, любовию, духом, верою, чистотою и смирением темже и вселился еси в Небесный обители, идеже предстоя Престолу Пресвятыя Троицы, моли, святителю Тихоне, спастися душам нашим.

Ин тропарь, глас 4:

Православия наставниче, благочестия учителю, покаяния проповедниче, Златоустаго ревнителю, пастырю предобрый, новый России светильниче и чудотворче, паству твою добре упасл еси и писаньми твоими вся ны наставил еси, темже венцем нетления украшен от Пастыреначальника, моли Его спастися душам нашим.

МОЛИТВА СВЯТИТЕЛЮ ИОАННУ ЗЛАТОУСТОМУ

О, святителю великий Иоанне Златоусте! Многая и различная дарования от Господа приял еси и, яко раб благий и верный, вся данныя тебе таланты добре умножил еси: сего ради воистину вселенский учитель был еси, яко всяк возраст и всяко звание от тебе поучается. Ты еси отроком – послушания образ, юным – целомудрия светило, мужем – трудолюбия наставник, старым – незлобия учитель, иноком – воздержания правило, молящимся – вождь от Бога вдохновенный, мудрости ищущим – ума просветитель, витиям доброглаголивым – слова живаго источник неисчерпаемый, благотворящим – милосердия звезда, начальствующим – правления мудраго образ, правды ревнителем – дерзновения вдохновитель, правды гонимым – терпения наставник: всем вся был еси, да всяко некия спасеши. Над всеми же сими стяжал еси любовь, яже есть союз совершенства, и тою, яко силою Божественною, вся дарования во единем лице твоем во едино совокупил еси, и туюжде любовь, разделенная примиряющую, в толковании словес апостольских всем верным проповедал еси. Мы же грешнии, по единому кийждо свое дарование имуще, единения духа в союзе мира не имамы, бываем тщеславии, друг друга раздражающе, друг другу завидяще: сего ради дарования наша разделенная не в мир и спасение но во вражду и осуждение нам являются. Темже к тебе, святителю Божий, припадаем, раздором обуреваеми, и в сокрушении сердца просим: молитвами твоими отжени от сердец наших всяку гордость и зависть, нас разделяющия, да во мнозех удех едино тело церковное будет, да по словеси твоему молитвенному возлюбим друг друга и единомыслием исповемы Отца и Сына и Святаго Духа, Троицу Единосущную и Нераздельную, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

МОЛИТВА ПРЕПОДОБНОМУ АФАНАСИЮ, АФОНСКОМУ ЧУДОТВОРЦУ

Преподобие отче Афанасие, изрядный угодниче Христов и великий Афонский чудотворце! Во дни земнаго жития твоего многия на путь правый наставивый и во Царствие Небесное мудре руководивый, скорбныя утешивый, падающим руку помощи и всем любезен, милостив и сострадателен отец бывый. Ты ныне, в небесней пребывая светлости, наипаче умножавши любовь твою к нам, немощным, в море житейстем различие бедствующим, искушаемым духом злобы и страстьми своими, воюющими на дух. Сего ради смиренно молим тя, святый отче: по данней тебе от Бога благодати помози нам творити волю Господню в простоте сердца и смирении, искушения же вражия победити и свирепое страстей море изсушити, да тако немокренно прейдем житейскую пучину и предстательством твоим ко Господу сподобимся достигнути обетованного нам Царствия Небеснаго, славяще Безначальную Троицу, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

МОЛИТВА БЛАЖЕННОЙ КСЕНИИ ПЕТЕРБУРГСКОЙ

О, святая всеблаженная мати Ксение! Под кровом Всевышняго жившая, ведомая и укрепляемая Богоматерью, голод и жажду, холод и зной, поношения и гонения претерпевшая, дар прозорливости и чудотворения от Бога получила еси и под сенью Всемогущего покоишися. Ныне Святая Церковь, яко благоуханный цвет, прославляет тя.

Предстояще на месте твоего погребения, пред образом твоим святым, яко живей, сущей с нами, молимся ти: приими прошения наша и принеси их ко Престолу Милосерднаго Отца Небеснаго, яко дерзновение к Нему имущая, испроси притекающим к тебе вечное спасение, на благая дела и начинания наша щедрое благословение, от всяких бед и скорбей избавление. Предстани святыми твоими молитвами пред Всемилостивым Спасителем нашим о нас, недостойных и грешных.

Помози, святая блаженная мати Ксение, младенцы светом святаго Крещения озарити и печатию дара Духа Святаго запечатлети, отроки и отроковицы в вере, честности, богобоязненности воспитати и успехи в увении им даровати. Болящия и недугующия исцели. Семейным любовь и согласие низпосли. Монашествующих подвигом добрым подвизатися удостой и от поношений огради. Пастыри в крепости Духа Святаго утверди. Народ и страну нашу в мире и безмятежии сохрани. О лишенных в предсмертный час причащения Святых Христовых Тайн Бога умоли.

Ты наша надежда и упование, скорое услышание и избавление, Тебе благодарение возсылаем и с тобою славим Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

МОЛИТВА ИЕРОСХИМОНАХА ПАРФЕНИЯ КИЕВСКОГО

Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, не попусти, чтобы суетность, самолюбие, чувственность, нерадение, гнев господствовали надо мною и похищали меня у любви Твоей. О мой Господи, Создатель мой, все упование мое! Не остави меня без удела в блаженной вечности; соделай, да и я последую святому примеру Твоему, буду покорен властям, надо мною поставленным; даруй мне сию чистоту духа, сию простоту сердца, которые делают нас достойными любви Твоей. К Тебе, о Боже мой, возношу душу мою и сердце мое: не попусти погибнуть созданию Твоему, но избавь меня от единственного и величайшего зла: греха. Соделай, Господи, да переношу с таким же терпением беспокойства и скорби душевные, с какою радостию приемлю удовольствия сердечные. Если Ты хочешь, Господи, – можешь очистить и освятить меня. Се, предаю себя Твоей благости, прося истребить из меня всё противное Тебе и присоединить к сонму избранных Твоих.

Господи! Отыми от меня праздность духа, погубляющую время; суетность мыслей, мешающую Твоему присутствию и развлекающую внимание мое в молитве; если же, молясь, я уклоняюсь от Тебя моими помыслами, то помоги мне, дабы сие развлечение было не произвольно, и, отвращая ум, да не отвращу от Тебя сердце. Исповедаю Тебе, Господу Богу моему все грехи моего беззакония, ныне и прежде соделанные пред Тобою: отпусти мне их, ради имени Твоего святого, и спаси душу мою, которую Ты искупил драгоценною Кровию Твоею. Вручаю себя милосердию Твоему, предаюсь в волю Твою, твори со мною по благости Твоей, а не по злобе и беззаконию моему. Научи меня, Господи, располагать дела свои так, чтобы они споспешествовали к прославлению имени Твоего святого. Умилосердись, Господи, о всех христианах; услыши желание всех вопиющих к Тебе, избави от всякого зла, спаси рабов Твоих (имярек), пошли им отраду, утешение в скорбях и милость Твою святую. Господи, молю Тебя особенно о тех, которые меня чем-либо обидели и опечалили или какое-либо зло сделали: не наказывай их меня ради грешнаго, но пролей на них благость Твою.

Господи, молю Тебя о всех тех, которых я, грешный, опечалил, обидел или соблазнил, словом, делом, помышлением, ведением или неведением. Господи Боже! Отпусти нам грехи наши и взаимные оскорбления; изжени, Господи, из сердец наших всякое негодование, подозрение, гнев, памятозлобие, ссоры и все то, что может препятствовать любви и уменьшать братолюбие. Помилуй, Господи, тех, которые поручили мне, грешному, недостойному, молиться о них! Помилуй, Господи, всякого просящаго Твоей помощи. Господи! Сотвори сей день днем милосердия Твоего, подай каждому по прошению его; буди пастырем заблудших, вождем и светом неведущих, наставником немудрых, отцом сирых, помощником угнетенных, врачем больных, утешителем умирающих, и приведи нас всех к желанному концу – к Тебе, пристанищу нашему и блаженному упокоению. Аминь.

ЕЖЕДНЕВНАЯ МОЛИТВА

СВЯТИТЕЛЯ ФИЛАРЕТА,

МИТРОПОЛИТА МОСКОВСКОГО

Господи, не знаю, чего мне просить у Тебя. Ты един ведаешь, что мне потребно. Ты любишь меня паче, нежели я умею любить Тебя. Отче, даж раба Твоему, чего сам я просить не умею. Не дерзаю просить ни креста, ни утешения: только предстою пред Тобою. Сердце мое Тебе отверсто; Ты зришь нужды, которых я не знаю. Зри и сотвори по милости Твоей. Порази и исцели, низложи и подыми меня. Благоговею и безмолвствую пред Твоею святою волею и непостижимыми для меня Твоими судьбами. Приношу себе в жертву Тебе. Нет у меня другого желания, кроме желания исполнять волю Твою; научи меня молится; Сам во мне молись! Аминь.

МОЛИТВЕННОЕ ВОЗДЫХАНИЕ ИЗ ВЫПИСОК ОДНОЙ ВЕРУЮЩЕЙ

Господи Боже мой! Невозможно изобразить моего непотребства; я заблудшая агница из Твоего стада. Боже, во имя Твое, спаси мя. Горе мне, непрестанно согрешающей и отлагающей покаяние до будущего времени, не зная, что принесет мне день грядущий.

Горе мне, ясно разумеющей доброе и произвольно творящей лукавое. Слышала я о смерти, а живу, как бессмертная. Много обещаю я, а мало выполняю, ибо плод нужен, а не листья, дела нужны, а не слова.

Господи, просвети мрачный ум мой, согрей хладное сердце мое, пошли мне дух сокрушения о грехах моих, избавь меня от тьмы кромешной, от плача и скрежета зубов. Отец Небесный, не оставь меня и укрепи меня, немощную. Аминь.

Молитва оптинских старцев

Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне наступающий день. Дай мне всецело предаться воле Твоей святой. На всякий час сего дня во всем наставь и поддержи меня. Какие бы я ни получал известия в течение дня, научи меня принять их со спокойной душой и твердым убеждением, что на все святая воля Твоя.

Во всех словах и делах моих руководи моими мыслями и чувствами. Во всех непредвиденных случаях не дай мне забыть, что все ниспослано Тобой.

Научи меня прямо и разумно действовать с каждым членом семьи моей, никого не смущая и не огорчая.

Господи, дай мне силу перенести утомление наступающего дня и все события в течение дня. Руководи моею волею и научи меня каяться, молиться, верить, надеяться, терпеть, прощать, благодарить и любить всех. Аминь.

АКАФИСТ ЧЕСТНОМУ И ЖИВОТВОРЯЩЕМУ КРЕСТУ ГОСПОДНЮ

Кондак 1

Избранному Царем Славы и освященному крестного смертию Искупителя мира, чудодейственную силу имущему древу, составим вернии похвалу и радостно возопием: Радуйся, честное Древо, на нем бо совершися таинство всемирнаго искупления.

Икос 1

Ангельския силы, яко Божий служителии, окрест Креста Господня невидимо предстоящий, ужасающася, и поносную на земли смерть Иисусову на небеси воспеваша; мы бо, недостойнии, знамением Честнаго Креста Господня освящался, радостно взываем: Радуйся, честное Древо, кровию Богочеловека освященное; Радуйся, честное Древо, прославлыпееся послушанием Христовым. Радуйся, честное Древо, освободившее нас от ада; Радуйся, честное Древо, низложение диавола. Радуйся, честное Древо, возглашение силы Иисусовой; Радуйся, честное Древо, на нем бо совершися таинство всемирнаго искупления.

Кондак 2

Видящи Тя, на Кресте висяща, вся Силы Небесныя, лица закрывающе, хваляша и воспеваша Твое величие, Живодавче Христе; мы бо, на земли со страхом и трепетом пред Святым Твоим Крестом предстоя, воспеваем радостно песнь: Аллилуиа.

Икос 2

Разум неуразуменный, знамением Честнаго и Животворящаго Креста Господня дивно просвещающийся, со страхом и любовию поклоняется святому Древу и непрестанно воспевает сипе: Радуйся, Честный Крест Христов, из мертвых воскрешающий; Радуйся, Честный Крест Христов, проявляющий истину. Радуйся, Честный Крест Христов, на нем бо Иисус волею распяся и гвоздьми бысть пригвожден; Радуйся, Честный Крест Христов, на нем бо Святая Жертва принесеся. Радуйся, честное Древо, на нем бо совершися таинство всемирнаго искупления.

Кондак 3

Силою Честнаго и Животворяшаго Креста Господня бесы низлагаются, очищается нечистое житие наше, греховные помыслы отгоняются, озаряется чистотою сердце наше; того ради с верою творя крестное знамение и с благоговением взирая на изображение страданий Христовых, поем Богу: Аллилуиа.

Икос 3

Имея всегда пред очима нашима Крест Святый, осеняющий и освящающий святые храмы христианстии, охраняющий святыню Господню, мы со слезами благодарения воспеваем сипе: Радуйся, честное Древо, источниче благ вечных; Радуйся, честное Древо, освященное плотию и кровию Богочеловека.

Радуйся, честное Древо, Древо чудодейственное; Радуйся, честное Древо, Древо треблаженное. Радуйся, честное Древо, Древо жизни и спасения; Радуйся, честное Древо, на нем бо совершися таинство всемирнаго искупления.

Кондак 4

Бурю страстей лютых силен угасити Святый и Всечестный Крест Христов, той бо меч духовный, щит верных, оружие всесильное и знамение всепобеждающее, сего ради и мы недостойнии в веселии взываем Богу: Аллилуиа.

Икос 4

Слыша учение Христово, веруем в тайну спасительного искупления, поклоняемся страстем Христовым, лобызаем Крест Всесильный и радостно взываем сипе: Радуйся, Честный Крест Христов, угасивший ярости пламя; Радуйся, Честный Крест Христов, поразивший богоотступников. Радуйся, Честный Крест Христов, победивший полчища вражий; Радуйся, Честный Крест Христов, отсекший главу змиеву. Радуйся, Честный Крест Христов, торжество веры и надежды христиан; Радуйся, честное Древо, на нем бо совершися таинство всемирнаго искупления.

Кондак 5

Боготочный источник исцелений бысть нам Крест Чудодейственный, на нем бо Христос волею пострада нашего ради спасения, и Божественныя длани Своя распростерши, любовию Отчею с Голгофы объя всю вселенную, сего ради возопием Ему, Богу нашему, песнь: Аллилуиа.

Икос 5

Видевши вси языцы величие славы Креста Господня и чудодейственную силу изображения и знамения его, увероваша во Святую, Живоначальную и Нераздельную Троицу и поклонишася Кресту Всечестному сего ради взываем радостно: Радуйся, честное Древо, силою своею на добро нас вразумляющее; Радуйся, честное Древо, силою своею нас от болезней исцеляющее. Радуйся, честное Древо, славою своею вся вражия силы в бегство обращающее; Радуйся, честное Древо, славою своею венценосных царей прославляющее. Радуйся, честное Древо, величием своим их царство возвышающее; Радуйся, честное Древо, на нем бо совершися таинство всемирнаго искупления.

Кондак 6

Проповедником Богоносным явися честное Древо, из него бо бе сооружен Крест Христов, Крест четвероконечный, трисоставный, его бо земля чудодейственно израсти нетленным и зело благоухающим. Крест – покров беспомощных, на нем бо Христос волею заклан бысть. Ему бо, Спасителю мира, приносим песнь: Аллилуиа.

Икос 6

Возсиял еси яко солнце правды, Всечестный Крест Христов, в недрах земли сокровенный, несколько столетий бездушными камнями яко сокровище сберегаемый и на радость всему миру обретенный, Ему бо велегласно возопием: Радуйся, Честный Крест Христов, молитвами и усердием благочестивой царицы Елены найденный; Радуйся, Честный Крест Христов, на высоту патриархом Макарием воздвигнутый для торжественнаго поклонения всеми языцами. Радуйся, Честный Крест Христов, посрамивший идолопоклонство и неверие; Радуйся, Честный Крест Христов, призвавший хулителей к покаянию. Радуйся, Честный Крест Христов, яко ты Древо чудодейственное и Христоносное; Радуйся, честное Древо, на нем бо совершися таинство всемирнаго искупления.

Кондак 7

Хотяй проявити милосердие Свое Спаситель мира к роду человеческому, волею приемлет поношение, присуждается к позорной смерти, ко Кресту пригвождается и крестного смертию смерть попирает, тем бо и мы поем Ему: Аллилуиа.

Икос 7

Дивное зрелище является мирови: Богочеловек распинается, руце и нозе пригвождаются, ребра Его прободаются, страданиями Его и уничижением очищаются раны греховнаго человечества. Крест Христов является торжественно победоносным знамением Славы Божией; сего ради взываем сице: Радуйся, честное Древо, смирения образ; Радуйся, честное Древо, апостолов похвало. Радуйся, честное Древо, преподобных утверждение; Радуйся, честное Древо, мучеников крепосте. Радуйся, честное Древо, пустынножителей ограждение; Радуйся, честное Древо, на нем бо совершися таинство всемирнаго искупления.

Кондак 8

Странное чудо! Позорный крест превратися в Древо жизни и спасения, той бо вразумляет, освящает и от болезней душевных и телесных исцеляет с верою и любовию непрестанно вопиющих Богу: Аллилуиа.

Икос 8

Все греховное житие наше очищается Чудодейственным Крестом Спасителя мира, послужившим к примирению Божества с преступным человечеством, сего ради мы благодарственно возопием: Радуйся, Честный Крест Христов, являющий нам любовь и долготерпение Божие; Радуйся, Честный Крест Христов, им бо совершися призвание языков. Радуйся, Честный Крест Христов, явление благости благоуповающим; Радуйся, Честный Крест Христов, глубина упования душ, любящих Господа. Радуйся, Честный Крест Христов, сила и радость всех христиан; Радуйся, честное Древо, на нем бо совершися таинство всемирнаго искупления.

Кондак 9

Всякая житейская буря сокрушается силою крестных страданий Богочеловека Иисуса, искупивших весь мир, тем бо и мы, чествуя Всечестнаго Креста Господня святое знамение, смиренно приносим Богу любви и славы радостную песнь: Аллилуиа.

Икос 9

Витийствующий язык не может изрещи достойныя похвалы Древу всечестному, из него бо составлен бысть Чудодейственный Крест Христов, благоухающий любовию страдальца Иисуса Христа, сего ради и мы, недоумея достойно восхвалити Тя, со елезами возопием: Радуйся, честное Древо, торжество Церкви Христовой; Радуйся, честное Древо, врачевство наше и радость. Радуйся, честное Древо, освящение всех путей жизни нашей; Радуйся, честное Древо, всем христианам вспоможение. Радуйся, честное Древо, всех немощных сила и подкрепление; Радуйся, честное Древо, на нем бо совершися таинство всемирнаго искупления.

Кондак 10

Спасти хотя мир, длани Своя пречистыя Христос на Древо вознес и древо преслушания заменися Древом Сыновняго к Богу Отцу послушания, рука невоздержания, низвергшая Адама, распростертыми руками Богочеловека соединяет Своею любовию все концы мира; тем бо и мы торжественно взываем победную песнь: Аллилуиа.

Икос 10

Стена еси, ограждающая нас от всех бед и напастей, Крест Всечестный, цельбоносный источниче всех языков, осеняющихся святым твоим знамением во имя Отца и Сына и Святаго Духа, сего бо ради с веселием взываем ти: Радуйся, Честный Крест Христов, кровию Богочеловека обагренный; Радуйся, Честный Крест Христов, цветами райскими благоухающий. Радуйся, Честный Крест Христов, лучами веры нас озаряющий; Радуйся, Честный Крест Христов, лучами надежды нас подкрепляющий. Радуйся, Честный Крест Христов, лучами любви нас обогащающий; Радуйся, честное Древо, на нем бо совершися таинство всемирнаго искупления.

Кондак 11

Пение похвальное приносим ти, Божественное, Животворящее Древо Креста Господня, верных осеняющее, неверных обличающее и всех нас ограждающее от всякаго врага и супостата, сего бо ради вопием песнь: Аллилуиа.

Икос 11

Поющий твоя чудеса, Всесильный Крест Христов, мы с верою и благодарением преклоняем колена сердца нашего, со слезами лобызаем святые нози страдальца Иисуса, поклоняемся страстем Христовым и тако возопием: Радуйся, честное Древо, скипетр царей христианских непреложный; Радуйся, честное Древо, держава всей вселенной. Радуйся, честное Древо, основание благочестия; Радуйся, честное Древо, водам освящение. Радуйся, честное Древо, полям и садам плодоносие; Радуйся, честное Древо, на нем бо совершися таинство всемирнаго искупления.

Кондак 12

Благодать Твою всесильную, Господи, являет нам Древо треблаженное, той бо осеняет ум наш, вразумляет и научает пети непрестанно песнь победную: Аллилуиа.

Икос 12

На гору Голгофскую водружен бысть Крест Честный, и Ты, Создатель мира, вознесен бысть на нем яко в позор мирови, мы же, вернии, лобызаем пречистыя язвы Твоя, поклоняемся Честному Кресту Твоему, сице взывая: Радуйся, Честный Крест Христов, предназначенный Богом для таинства искупления; Радуйся, Честный Крест Христов, яко ты еси радостное знамение нашего спасения. Радуйся, Честный Крест Христов, знамение нашего освобождения; Радуйся, Честный Крест Христов, страстей наших умерщвление. Радуйся, Честный Крест Христов, совести нашей успокоение; Радуйся, честное Древо, на нем бо совершися таинство всемирнаго искупления.

Кондак 13

О Пречестное, Божественное и Животворящее Древо Креста Господня! Чудодейственною твоею силою огради мя, грешнаго, осеняющаго с верою чело мое и перси моя и вся составы и уды моя святым твоим знамением во имя Отца и Сына и Святаго Духа, во славу Святыя Троицы, во Единице прославляемой, и благодарственно воспевающаго песнь победную: Аллилуиа. Аллилуиа. Аллилуиа.

(Этот кондак читается трижды, затем икос 1-й и кондак 1-й.)

АКАФИСТ ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЕ

ПЕРЕД ЕЯ ИКОНОЙ, ИМЕНУЕМОЙ «УТОЛИ МОЯ ПЕЧАЛИ»

Кондак 1

Взбранное нам и дивное избавление даровася, Твой образ честный, Преблагословенная Дево Владычице Богородице, яко избавлыпеся от злых явлением его и к нему взирающе, восписуем Ти благодарственная раби Твои, Богородице, но яко имущая державу непобедимую, от всяких нас бед свободи, да зовем Ти: Радуйся, Радосте наша, избави нас от всякаго зла и утоли наша печали.

Икос 1

Ангел множество, и вся Небесная Воинства славят Тебе, Царицу всех Богородицу, Ты же исполнила еси радости души наша милостивым явлением нам образа Твоего святаго, Богоизбранная Дево Владычице. К немуже кланяющеся, Тебе умиленная моления возсылаем, милосердому Твоему к нам заступлению со страхом зовущи таковая: Радуйся, Ты Отца Безначальнаго благословение; Радуйся, Ты Сына Превечнаго жилище. Радуйся, Ты Духа Святаго пребывание; Радуйся, яко Тебе славят многоочитии Херувими. Радуйся, яко Тебе похвальная приносят шестокрилатии Серафими; Радуйся, яко Тебе вся Небесная Воинства величают. Радуйся, яко Тебе вся колена земная Матерь Божию исповедуют; Радуйся, яко Тобою вся вселенная веселия исполняется. Радуйся, яко Тобою вся болезни наша исцеляются; Радуйся, Твоими бо молитвами печали наша утоляются. Радуйся, Твоими бо ходатайствы вся прошения наша исполняются; Радуйся, яко Тебе и Сыну Твоему в Твоей честней иконе благодарно поклоняемся. Радуйся, Радосте наша, избави нас от всякаго зла и утоли наша печали.

Кондак 2

Видят Тя, Богоизбранная Отроковице, вся Небесныя Силы предстоящу всегда Престолу Славы Небеснаго Царя и за христианы к Сыну и Богу молящуюся, Небесная Царице; мы же, грешнии, на земли зряще Твою святую икону и к ней припадающе, Тебе радостно поклоняемся, зовуще: Аллилуиа.

Икос 2

Разум подаждь нам, Всеусердная Предстательнице наша, Небесная Царице, из уст бо нас скверных, како мощно пети Твоему имени? Яко благих еси нам Ходатанца, сильна еси вспомоществовати во всякой нами требуемой помощи, да Тебе со умилением зовем сице: Радуйся, молитвы о нас к Сыну и Богу во утешение приносящая; Радуйся, Твоими молитвами очи наша от вечнаго рыдания избавляющая. Радуйся, Твоими Матерними молитвами Сына и Бога на милость к нам приклоняющая; Радуйся, Твоими молитвами праведный на нас гнев Божий утоляющая. Радуйся, Твоими ходатайствы грехи наша прощающая; Радуйся, Твоею помощию страсти наша истребляющая. Радуйся, Твоим предстательством временная наша скорби разрушающая; Радуйся, Ты во всяких бедах и нуждах нам помогающая. Радуйся, Тя славящих всегда прославляющая; радуйся, Твоею радостию печали наша утоляющая. Радуйся, непрестанное нам веселие подавающая; Радуйся, Ты нам райския двери отверзающая. Радуйся, Радосте наша, избави нас от всякаго зла и утоли наша печали.

Кондак 3

Сила Вышняго осени Тя к скорому и теплому заступлению верно притекающих к Тебе и честному Твоему образу поклоняющихся, единен бо токмо Тебе, Нетленней и Пречистей Богоматери, дадеся дар всякое благое наше прошение исполняти, и едина Ты можеши нам помощи, елико хощеши. Тем всяк возраст славословит Сына Твоего и Бога нашего, зовый: Аллилуиа.

Икос 3

Имущи богатство милосердия неоскудное, всем концем земным простираеши руку помощи и подаеши болящим исцеление, страждущим ослабу, слепым прозрение и всем вся по своей их потребе исполняеши. Мы же Тебе благодарно сице поем: Радуйся, едина Мати, милосердие нам являющая; Радуйся, милости сокровище многоценное нам открывающая. Радуйся, безчисленныя щедроты всем подавающая; Радуйся, слово премудрости просящим дарующая. Радуйся, преспеяние разума юным подавающая; Радуйся, раны наша греховныя истребляющая. Радуйся, праведных в райских селениих насаждающая; Радуйся, отчаянным будущих благ Надежд о и Укрепление. Радуйся, всех падших скоро к благодати возставляющая; Радуйся, всем во всякой требуемой от Тебе помощи помогающая. Радуйся, Радосте наша, избави нас от всякаго зла и утоли наша печали.

Кондак 4

Бурею многих бед одержимым нам всегда помогаеши, Небесная Царице, с верою прибегающим к Тебе и поклоняющимся цельбоносней Твоей иконе, ейже первописанней иногда рекла еси: «С сим образом благодать Моя и сила». И мы истинно веруем, яко послушаеши прошения призывающих имя святое Твое и Сыну Твоему зовущих: Аллилуиа.

Икос 4

Слыша Господь Твоя на Небеси о нас ходатайства, Избранная Палато Духа Святаго, исполняет Твоя прошения, мы же грешнии на земли, видевше святую Твою икону, яко светозарное солнце нам светящуюся, Тебе яко Божией Матери дерзаем глаголати: Радуйся, Солнце Мысленное нам являющая; Радуйся, светом немерцающим нас просвещающая. Радуйся, умерщвленных нас грехами оживляющая; Радуйся, неплодным матерем ложесна разрешающая. Радуйся, нечаянно находящих на нас злых врагов скоро прогоняющая; Радуйся, желаемых благ всегда нас наслаждающая. Радуйся, скоро в бедах и в печалех нас утешающая; Радуйся, верою Имя Твое призывающих от нечаянныя смерти спасающая. Радуйся, на Тя уповающим безконечный живот дарующая; Радуйся, веру и любовь к Тебе имущих к Небеси возводящая. Радуйся, Предстательство наше крепкое; Радуйся, во всяких обстоятельствах нас защищающая. Радуйся, Радосте наша, избави нас от всякаго зла и утоли наша печали.

Кондак 5

Боготечную звезду, честную Твою икону Ты нам показала еси, Владычице мира, к нейже мы зряще и верою сердечною молящеся, Тебе, Богородице, глаголем: «Ты еси нам щит непобедимый и стена необоримая, вопиющим Ти: Аллилуиа».

Икос 5

Видеша Силы Небесныя на руку Твоею Создавшаго Своима рукама человеки и Владыку разумевающе Его: мы же грешнии на земли зряще изображенную Тебе Пречистую Матерь Его, любезно Свои руце к нам простирающую, к Тебе умильно зовем: Радуйся, на руку Твоею Огнь Божественный неопально держащая, Имже грехи наша попаляются; Радуйся, на руку Твоею Света Неприкосновеннаго носившая, Имже души наша просвещаются. Радуйся, врагов наших видимых и невидимых побеждающая; Радуйся, любовь и милосердие к нам являющая. Радуйся, руце Твои в поручение о нас к Богу приносящая; Радуйся, вход в Царствие Небесное нам отверзающая. Радуйся, Твоею помощию нас защищающая; Радуйся, Твоим ходатайством грехи наша прощающая. Радуйся, Твоим молением печали наша утоляющая; Радуйся, яко Твоим предстательством всяких благ наслаждаемся. Радуйся, яко Тобою вся во благих желания наша исполняются. Радуйся, Радосте наша, избави нас от всякаго зла и утоли наша печали.

Кондак 6

Проповедницы Богоноснии Апостоли, по Вознесении Господни, при освящении храма Твоего невидимою рукою изображенный шаровными подобии на стене обретше образ Твой, Владычице, рожденному от Тебе Богу воспеша: Аллилуиа.

Икос 6

Возсияла еси премудростию от Истиннаго Солнца Правды, Богоизбранная Отроковице, и, лучи истиннаго Богоразумия испущающи, теми освещаеши всех верою исповедающих Тя истинную Матерь Божию быти, вопиющих сице: Радуйся, всех на Небеси славою Твоею просвещающая; Радуйся, начало человеческаго спасения устрояющая. Радуйся, ковчеже жизни нашея, от потопа смертнаго нас сохраняющий; Радуйся, в райских селениих жити нам дарующая. Радуйся, Предстательница наша к Богу, мир спасающая; Радуйся, в бедах сущих скоро заступающая. Радуйся, всякия болезни человеческия, телесныя и душевныя, исцеляющая; Радуйся, немым и косноязычным словеса отверзающая. Радуйся, всякаго блага просящим у Тебе Подательнице; Радуйся, учение благодати всем источающая. Радуйся, тем всякий чин и возраст довольно услаждающая; Радуйся, всех благия желания исполняющая. Радуйся, Радосте наша, избави нас от всякаго зла и утоли наша печали.

Кондак 7

Хотя долготерпеливый Всевидец Господь явити Своего человеколюбия и щедрот бездну, избра Тебе Себе в Матерь, милости неисчерпаемый Источниче, да аще кто праведным судом Божиим осуждения достоин, Твоим всемощным ходатайством сохранен будет и Сыну Твоему и Богу нашему велегласно зовет: Аллилуиа.

Икос 7

Дивна показал еси дела Твоя в Пречистей Матери Твоей, Господи, и дивну даровал еси нам Ея икону, паче лучей солнечных просвещающую людей, яко Самую зрящих Богородицу, и верою сердечною от души любовию вопиющих таковая: Радуйся, икону Твою на земли яко облак всем распростирающая; Радуйся, тою паче надеяния милосердое к нам заступление являющая. Радуйся, Твоею иконою источники чудес всюду источающая; Радуйся, явлением Твоея иконы вся люди просвещающая. Радуйся, тою новое знамение благодати в Церкви являющая; Радуйся, яко на икону Твою взирающе, Самой Тебе, истинней Богородице, поклоняемся. Радуйся, иконою Твоею, яко столпом огненным, мрак греха отгоняющая; Радуйся, тою печали наша утоляющая. Радуйся, Церковь освятившая тоя явлением; Радуйся, яко мы грешнии сохраняемся Твоим заступлением. Радуйся, вретище скорби нашея растерзающая; Радуйся, вечною радостию нас одевающая. Радуйся, Радосте наша, избави нас от всякаго зла и утоли наша печали.

Кондак 8

Странну и преславну в Церкви явлыпуюся, святую Твою икону Ангели воспеша, Апостоли прославиша, лик святителей поклонишася, мы же грешнии, припадающе, ожидаем Твоея великия и богатыя милости, с веселием вопиюще: Аллилуиа.

Икос 8

Всеми вышними и нижними владычествуяй Господь, видев Тя Матерь Свою всегда предстоящу Ему и со умилением Ему приносящу моление о нас грешных, обеща исполнити вся прошения Твоя. Мы же грешнии, надеяся на Твоя Матерния о нас молитвы, благодарственная Тебе приносим сипе: Радуйся, с Сыном Твоим и Богом вечно царствующая; Радуйся, Ему же всегда о нас моления приносящая. Радуйся, всех к Тебе прибегающих, Твоею милостию покрывающая; Радуйся, всех Радосте, печали наша утоляющая. Радуйся, примирение наше с Богом соделавшая; Радуйся, Бога и человека соединившая. Радуйся, спасение человеческое устроившая; Радуйся, прародительнаго греха клятву разрушившая. Радуйся, смертное наше естество безсмертием просветившая; Радуйся, жестокость сердца нашего умилившая. Радуйся, отчаянных к Богу возводящая; Радуйся, сосуды смертныя, на нас уготованная, сокрушившая. Радуйся, Радосте наша, избави нас от всякаго зла и утоли наша печали.

Кондак 9

Все естество ангельское похвальныя песни приносит Тебе, Божией Матери и Заступнице всех припадающих Тебе и просящих Твоея помощи, яко твердым и крепким Твоим предстательством праведных веселиши, грешных заступаеши и от бед избавляешь и печали утоляеши, и молишися о всех верою зовущих: Аллилуиа.

Икос 9

Ветия многовещанныя, яко рыбы безгласныя, недоумеют хвалити славный, Владычице, иконы Твоея праздник, ниже от скверных устен наших приносимыя Ти похвалы достойны, обаче, неисчетныя благодеяния, иконою Твоею нам являемыя, видевше, душею и сердцем радующеся, Тебе глаголем: Радуйся, от глада нас Хлебом Жизни питающая; Радуйся, от губительства смертнаго безсмертием нас соблюдающая. Радуйся, от труса греховнаго нас сохраняющая; Радуйся, от потопа смертнаго рукою Твоею крепкою нас избавляющая. Радуйся, от огня росою молитв Твоих нас восхищающая; Радуйся, от бед сильным Твоим предстательством нас защищающая. Радуйся, от меча силою Твоею нас охраняющая; Радуйся, от нашествия иноплеменник нас спасающая. Радуйся, от междоусобныя брани истинным миром нас ограждающая; Радуйся, от смертоносныя раны прибегающих к Тебе исцеляющая. Радуйся, от належащаго праведнаго прещения Божия Твоим молением нас свобождающая; Радуйся, от всякия нас язвы Твоим честным ходатайством изъимающая. Радуйся, Радосте наша, избави нас от всякаго зла и утоли наша печали.

Кондак 10

Спасти хотя род человеческий от прелести вражия, Человеколюбец Господь Тебе Матерь Свою дарова земным на помощь, глаголя: «Сынове человечестии, се Мати Моя Покров и Прибежище вам да будет, печальным Утешение, скорбящим Радование, обидимым Заступница, да всех из глубины греховныя воздвигнет, вопиющих: Аллилуиа».

Икос 10

«Царю Небесный, – тако молит за ны всегда Небесная Царица, – приими всякаго человека, славящаго Тя и призывающаго Имя Твое, идеже бывает память Святому Имени Твоему, и прославляющих Мя Имене Твоего ради, и не отрини их от лица Твоего, но благоволи в них и приими от них всякое моление, и всех от бед избави». Мы же грешнии, надеющеся на Твоя Матерния молитвы, зовем сипе: Радуйся, яко Ты Молитвенница наша к Богу теплая; Радуйся, яко Матерняя Твоя молитва много может, Владыку умилостивляющая. Радуйся, отчаянных Надеждо, печали их утоляющая; Радуйся, благодатию Твоею наше недостоинство осиявающая. Радуйся, нашу скверну чистотою Твоею очищающая; Радуйся, моления наша благоуханием Твоим исправляющая. Радуйся, брение наше тленное в нетление обращающая; Радуйся, неможение наше врачующая. Радуйся, вся наша болезни душевныя и телесныя исцеляющая; Радуйся, нашедший на нас облак страстей, скорбей и печалей скоро разгоняющая. Радуйся, сильным Твоим прошением вся полезная дарующая. Радуйся, Радосте наша, избави нас от всякаго зла и утоли наша печали.

Кондак 11

Пение всеумиленное приими от нас, Небесная Царице, и молитву, приносимую Тебе, Дево Богородице, услыши: к Тебе бо в напастех, скорбех и печалех прибегаем и пред Тобою в бедах наших слезы проливаем, и молим: «Утоли наша печали, и приими сию жертву Твоих рабов, зовущих: Аллилуиа».

Икос 11

Светоприемная свеща истиннаго Света сущих на земли явлыпися, души просвещаеши чтущих Твоея иконы явление и к разуму Божественному наставляеши поющих Ти сицевая: Радуйся, свеще неугасимая Огня невещественнаго, нас просвещающая; Радуйся, заре незаходимаго Света Божественнаго, нас озаряющая. Радуйся, Солнце правды, нас облистающее; Радуйся, Источник жизни райския нам источающая. Радуйся, Мати Света Истиннаго, благочестивых души просвещающая; Радуйся, Мати всех Бога, озлобленных всех души утешающая. Радуйся, Тя на помощь призывающих и имя Твое славящих спасающая; Радуйся, уповающим на Тя живота непостыдный конец дарующая. Радуйся, всем родом, Тя Матерь Божию почитающим и Богородицу именующим, непрестанно помогающая; Радуйся, осенением святыя Твоея иконы злых духов мечтания от нас прогоняющая. Радуйся, во внезапных на нас находящих скорбех и печалех скоро нас утешающая; Радуйся, всему миру радость дарующая. Радуйся, Радосте наша, избави нас от всякаго зла и утоли наша печали.

Кондак 12

Благодать Божественную испроси нам у Небеснаго Владыки Сына Твоего и Бога и простри нам руку помощи, и молитвами Твоими утоли наша печали, покрый нас кровом крилу Твоею, отжени от нас всякаго врага и супостата, умири нашу жизнь, да не погибнем люте, но приими нас в вечныя кровы, Покровительнице наша, да радующеся Тебе зовем: Аллилуиа.

Икос 12

Поюще Тя, державную Помощницу, хвалим Тя и, молящеся Тебе со умилением, веруем и исповедуем, яко испросиши благая временная и вечная воспевающим Ти: Радуйся, молитвами Твоими весь мир спасающая; Радуйся, всю вселенную ходатайством Твоим заступающая. Радуйся, православным на варвары победы подавающая; Радуйся, нашествия на христианы иноплеменных побеждающая. Радуйся, в вере благочестивыя сохраняющая; Радуйся, непочитающих иконы Твоя Святыя яко прах от лица земли развевающая. Радуйся, поклоняющимся иконе Твоей и Тя на помощь призывающим, и в печалех бедствующим скоро помогающая; Радуйся, нас грешных ко спасению и восприятию благ вечных наставляющая. Радуйся, безконечнаго царствия у Сына Твоего и Бога нашего всем нам испрошающая; Радуйся, верным безконечную жизнь дарующая. Радуйся, всем во всякой потребе вся полезная и благая подавающая. Радуйся, Рад осте наша, избави нас от всякаго зла и утоли наша печали.

Кондак 13

О Всепетая Мати, Небесная Царице и Владычице, Дево Богородице, рождшая всех святых Святейшее Слово, нынешнее приемши приношение, утоли наша печали и избави нас от всяких напастей, бед, скорбей и вечнаго осуждения и грядущаго изми мучения, и сподоби нас рабов Твоих в вечных райских селениях водворитися, зовущих: Аллилуиа.

(Этот кондак читается трижды, затем икос 1-й и кондак 1-й.)

АКАФИСТ ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЕ

ПРЕД ИКОНАМИ ЕЯ, ИМЕНУЕМЫМИ

«ВЗЫСКАНИЕ ПОГИБШИХ» И «ВСЕХ СКОРБЯЩИХ РЛДОСТЕ»

Кондак 1

Взбранней Воеводе победительная, яко избавльшеся от вечныя смерти благодатию от Тебе рождшагося Христа Бога нашего и Твоим Матерним пред Ним ходатайством, благодарственная восписуем Ти, раби Твои: яко имущая державу непобедимую, от всяких нас бед и скорбных обстояний свободи, зовущих: Радуйся, Благодатная Богородице Дево, погибших Взыскание и всех скорбящих Радосте.

Икос 1

Ангел предстатель послан бысть с Небесе рещи Богородице: Радуйся, Благословенная в женах, предреченная Мати Христа, Сына Божия. Темже и мы, грехми обремененнии, надежду спасения в Тебе улучивше, умильно взываем Ти: Радуйся, Божие ко грешным благоволение; Радуйся, кающихся пред Господем Богом крепкое заступление. Радуйся, падшаго Адама воззвание; Радуйся, слез Евиных избавление. Радуйся, греховную отъемлющая скверну; Радуйся, бане, омывающая совесть. Радуйся, рождшая Избавителя, беззакония наша милостиво очищающаго; Радуйся, всечудное всех к Богу примирение. Радуйся, мосте, воистину преводяй нас от смерти к животу; Радуйся, мир от потопа греховнаго спасшая. Радуйся, лествице небесная, еюже Господь к нам сниде; Радуйся, вина всех обожения. Радуйся, Благодатная Богородице Дево, погибших Взыскание и всех скорбящих Радосте.

Кондак 2

Видяще токи чудес, изливаемыя от святыя Твоея иконы, Благая Богородительнице, и разумеюще, яко Ты еси молящихся Благая Помощница, обидимых Заступница, ненадеющихся надежда, печальных утешение, погибших Взыскание, алчущих Кормительница, нагих одеяние, девственных целомудрие, странных Наставница, труждающихся помощь, слепых прозрение, глухих благослышание, больных исцеление, благодарственне вопием о Тебе Богу: Аллилуиа.

Икос 2

Тайну Твоего, Богородице, заступления людей, в скорби погибающих, уразумети хотяще, к Тебе прибегаем, о Мати и Дево. Ты же, яко Благая, научи ны разумети в защищении Благаго Сына Твоего милосердое промышление о спасении душ наших и очищение многих согрешений, да взываем Ти радостно: Радуйся, обуреваемых тихое пристанище; Радуйся, сумнящихся известное утверждение. Радуйся, Едина Мати милосердия; Радуйся, скорая Помощнице сущим в бедах и напастех. Радуйся, скорбьми грехи наша очищающая; Радуйся, печалию наши немощи душевныя врачующая. Радуйся, суетныя радости презирати нас научающая; Радуйся, к вышнему миру ум наш возводящая. Радуйся, от любве земныя к Небесней Божией любви нас привлекающая; Радуйся, в самых страданиих наших утешение и благодатную жизнь нам подающая. Радуйся, обетование благ вечных; Радуйся, Ходатаице вечныя радости. Радуйся, Благодатная Богородице Дево, погибших Взыскание и всех скорбящих Радосте.

Кондак 3

Силою свыше укрепи мя, Благая Владычице, недугующа телом и душею, и посещения Твоего сподоби и промышления, мрак уныния и скорби, облежащий мя, отгоняющи, да, спасаемый Тобою, присно воспою Богу: Аллилуиа.

Икос 3

Имущи богатство милосердия неизреченное, всем скорбящим руку помощи простираеши, недуги врачующи, страсти исцеляющи. Не презри и мене, Благая Владычице, на одре немощи моея низлежаща и вопиюща Ти: Радуйся, милости сокровище многоценное; Радуйся, отчаянных едина надеждо. Радуйся, тела моего врачевание; Радуйся, души моея спасение. Радуйся, твердая крепосте немощных; Радуйся, изнемогающих Заступнице и укрепление. Радуйся, гнев Божий Твоим молением скоро утоляющая; Радуйся, страсти наша силою молитв Твоих укрощающая. Радуйся, слепых зрение, глухих слышание; Радуйся, хромых хождение, немых глаголание. Радуйся, болящих благонадежное посещение; Радуйся, яко Тобою, по мере веры, подаются благодатная исцеления всем немощствующим. Радуйся, Благодатная Богородице Дево, погибших Взыскание и всех скорбящих Радосте.

Кондак 4

Буря многих бед и напастей обдержит мя, и волнения уже не терплю. Ты же, яко Милостивая Мати Спаса моего и Бога, воздвигни руце к Сыну Твоему, молящи Его, да призрит на лютую скорбь сердца моего и воздвигнет мя из пучины отчаяния, вопиющаго Ему: Аллилуиа.

Икос 4

Слышащи, Пресвятая Дево и Мати, Симеона праведнаго проречение: Тебе же Самой душу пройдет оружие, слагала еси в сердце Твоем вся глаголы сия, разумевающи, яко радость матерняго сердца о чадех многих печалей в мире сем бывает причастна. Темже, яко искушенней по всяческим и спострадати матерней скорби, могущей, взываем Ти: Радуйся, радость миру – Христа Спасителя рождшая; Радуйся, мир от скорбей избавляющая. Радуйся, поношение Сына Твоего терпевшая; Радуйся, страданием Его спострадавшая. Радуйся, скорбных матерей утешение; Радуйся, чад их благодатное охранение. Радуйся, в бедах скорое нам заступление; Радуйся, заблуждших исправление. Радуйся, младенцев питание; Радуйся, юных наставление. Радуйся, Мати сиротствующих, Радуйся, вдов заступление. Радуйся, Благодатная Богородице Дево, погибших Взыскание и всех скорбящих Радосте.

Кондак 5

Боготочную Кровь Сына Твоего на Кресте за спасение наше изливаемую зрящи, яко Раба Господня, повинующися воли Отца, Иже на Небесех, нам образ злострадания и терпения явила еси, да и мы, в пещи искушений и бед сущий, вопием смиренно Богу: Аллилуиа.

Икос 5

Видя Тя Сын Твой и Бог, при Кресте стоящую с возлюбленным учеником и сердцем Ему сраспинающуюся, глаголаше: «Жено, се, сын Твой», и ученику: «Се, Мати твоя», всыновляя Тебе вся верующия в Него. Мы же, яко общницы скорби и страданий Сына Твоего, имеюще в Тебе Благую Матерь, на Тя все упование в скорби возлагающе, вопием Ти: Радуйся, Мати рода христианскаго; Радуйся, усыновившая нас при Кресте Сына Твоего. Радуйся, Бога с человеки соединившая; Радуйся, верных Господеви сочетавшая. Радуйся, Агнице, рождшая Агнца, вземшаго грехи мира; Радуйся, чаше, черплющая нам радость от Источника безсмертия. Радуйся, Споручнице спасения грешных; Радуйся, Взыскание погибших. Радуйся, нечаянная грешных Радосте; Радуйся, падших возстание. Радуйся, Целительнице всех немощей; Радуйся, утоление всякия печали. Радуйся, Благодатная Богородице Дево, погибших Взыскание и всех скорбящих Радосте.

Кондак 6

Проповедуют милости Твоя, Богомати, вси концы вселенныя, ибо честным покровом Твоим покрываеши весь род христианский, о нем же присно молишися Христу Спасителю нашему и избавляеши от всех бед благонравныя и богобоящияся люди Твоя, верно вопиющия Богу: Аллилуиа.

Икос 6

Возсия благодать светозарная от пречудныя иконы Твоея, Богомати, пред нею же со слезами припадающе, молим Ти ся: отжени облак нашедших на ны искушений, да вопием Ти радостно: Радуйся, приносящая к Сыну Твоему и Богу моления верных; Радуйся, и Сама у Престола Сына Твоего присно молящаяся о нас. Радуйся, Предстательнице к Богу, мир от бед спасающая; Радуйся, Заступнице родахристианскаго, от Бога нам дарованная. Радуйся, древо благосеннолиственное, имже покрываются мнози; Радуйся, древо светлоплодовитое, имже питаются вернии. Радуйся, покрове миру, ширший облака; Радуйся, земле обетования, из нея же течет мед и млеко. Радуйся, ниво, растящая обилие щедрот; Радуйся, Подательнице всякия благости. Радуйся, Благодатная Богородице Дево, погибших Взыскание и всех скорбящих Радосте.

Кондак 7

Хотящи явити токи чудес от святыя иконы Твоея «Взыскание погибших», повелела еси, Владычице, в погибели и печали сущим молебная пения пред тою совершати и получившим исцеление – проповедати милости, ради тоя иконы явленныя, да не сокрыт будет источник благодатных врачеваний всем требующим. Темже и мы не таим Твоих благодеяний, но благодарственно прославляюще Бога, вопием Ему: Аллилуиа.

Икос 7

Новая купель Силоамская паче оныя древния явися, Пречистая Владычице, храм Твой, в немже поклоняемся чудотворней иконе Твоей: ибо не единою в лето и токмо первее входящим здравие тела подаеши, но всякий недуг и всякую язву душевную и телесную врачуеши с верою и любовию к Тебе прибегающих. Сего ради вопием Ти: Радуйся, купель, в нейже вся скорби наша погружаются; Радуйся, чаше, еюже радость и спасение восприемлем. Радуйся, каменю, напаяющий жаждущия жизни; Радуйся, древо, услаждающее сланыя воды житейскаго моря. Радуйся, животворныя воды неистощимый Источниче; Радуйся, бане, омывающая греховную скверну. Радуйся, скорбей наших услаждение; Радуйся, печалей наших утоление. Радуйся, демонов попрание; Радуйся, врагов посрамление. Радуйся, Благодатная Богородице Дево, погибших Взыскание и всех скорбящих Радосте.

Кондак 8

Странники и пришельцы вси есмы на земли сей, по глаголу апостолову: беды от врагов, беды от сродник, беды от лжебратии терпяще в лишениих многих и скорбех. Ты же, Владычице, яко Благая Путеводительница, настави нас к тихому пристанищу и моли Сына Твоего прощению прегрешений нам прежде конца дароватися, да присно вопием Богу: Аллилуиа.

Икос 8

Все житие наше на земли болезненно и печали исполнено от клеветы, досаждения, укоренил и иных многовидных бед и напастей, немощствует бо тело, изнемогает и дух наш. К Тебе убо прибегаем, Богомати, пред пречистою иконою Твоею припадающе, исполни радости и веселия скорбная сердца наша, да вопием Ти: Радуйся, Путеводительнице, к Небесному отечеству нас руководящая; Радуйся, Царице Неба и земли, врата райская нам отверзающая. Радуйся, Милостивная, нас милующая; Радуйся, Домостроительнице, житие наше добре устрояющая. Радуйся, руно орошенное, еже Гедеон предвиде; Радуйся, блаженное чрево, невместимаго всеми Бога вместившее. Радуйся, Неопалимая Купино; Радуйся, Нерушимая Стено. Радуйся, Живоносный Источниче; Радуйся, Цвете Неувядаемый. Радуйся, умягчение сердец злых; Радуйся, умиление благих. Радуйся, Благодатная Богородице Дево, погибших Взыскание и всех скорбящих Радосте.

Кондак 9

Всякая житейская в мире сем сладость печали бывает причастна: слава не стоит, богатство мимотечет, лепота и здравие увядают, друзи и искренний смертию отъемлются. Услади убо наша скорби, благих Виновная, Твою нетленную дающи радость нам, вопиющим Богу: Аллилуиа.

Икос 9

Ветия многовещанныя недоумеют, киими словесы скорбящия и погибающияутешати, но Сама, Владычице, возглаголи сердцам нашим утешение, благодати Твоея лучами облак скорби нашея и мрак уныния разгоняющи, да взываем Ти: Радуйся, обрадовавшая надеянием на Тя всех христиан; Радуйся, Радосте и умирение миру. Радуйся, Подательнице Божественныя благости; Радуйся, Надеждо благ вечных. Радуйся, кораблю хотящих спастися; Радуйся пристанище житейских плаваний. Радуйся, верная Хранительнице уповающих на Тя по Бозе; Радуйся, одеждо нагих дерзновения. Радуйся, Хранительнице всех и утверждение; Радуйся, всех верных ограждение и священное прибежище. Радуйся, помоще верно молящихся Тебе; Радуйся, светлое благодати познание. Радуйся, Благодатная Богородице Дево, погибших Взыскание и всех скорбящих Радосте.

Кондак 10

Спасти хотяй род человеческий от вечныя муки и непрестающия скорби, Человеколюбец Господь в приснодевственную утробу Твою вселися, и Тебе, Матерь Свою, дарова погибающим в помощь, покров и защищение, да будеши печальным утешение, погибшим взыскание, скорбящим радование, отчаянным надежда, вечныя муки Своим ходатайством избавляющая и к Небесному веселию приводящая всех, верно вопиющих Сыну Твоему и Богу нашему: Аллилуиа.

Икос 10

Стена еси девам, Богородице Дево, и всем к Твоему покрову прибегающим. Темже молим Тя, заступи, покрый и соблюди всех погибающих и безпомощных от искушений, озлоблений и бед, Тебе с любовию взывающих: Радуйся, столпе девства; Радуйся, чистоты и целомудрия сосуде избранный. Радуйся, воинствующим на плоть целомудрием изрядное венчание; Радуйся, во иночестве благоскорбящим Подательнице вечнаго радования. Радуйся, пламень страстей изменяющая; Радуйся, мрак искушений прогоняющая. Радуйся, Наставнице целомудрия; Радуйся, чистоты ограждение. Радуйся, человеков исправление; Радуйся, Еюже от падения нашего возстахом. Радуйся, твердое веры утверждение; Радуйся, приятное молитвы кадило. Радуйся, Благодатная Богородице Дево, погибших Взыскание и всех скорбящих Радосте.

Кондак 11

Пение всеумиленное приносим Ти, раби Твои, Богородице, яко всесильней Заступнице рода нашего: утоли болезни к Тебе прибегающих, укроти гнев Божий, праведно на ны движимый грех ради наших, избави нас от всякия лютыя скорби и погибели, вопиющих о Тебе Богу: Аллилуиа.

Икос 11

Светоприемная свеща, углем благодати Божия возжженная, явися нам пречестная икона Твоя, Владычице, на освящение наше и утешение. Мы же, любовию чтуще и с верою припадающе к ней, вопием Ти: Радуйся, сильным Твоим заступлением от всех бед нас избавляющая; Радуйся, от труса и потопа нас защищающая. Радуйся, от глада душевнаго и телеснаго нас снабдевающая; Радуйся, огнь росою молитв Твоих угашающая. Радуйся, от смертнаго губительства нас спасающая; Радуйся, в бранех крепкая Помощнице. Радуйся, от нашествия иноплеменных нас ограждающая; Радуйся, от междоусобныя брани охраняющая. Радуйся, плавающих легкое по водам прохождение; Радуйся, путешествующих добрая Водительнице. Радуйся, пленных свобождение; Радуйся, от належащаго праведнаго прещения Божия скорое избавление. Радуйся Благодатная Богородице Дево, погибших Взыскание и всех скорбящих Радосте.

Кондак 12

Благодати залог восхотевши дати роду нашему, цельбоносную икону Твою явила еси нам, Богомати, от неяже токи чудес с верою приходящим источаются, недузи врачуются и скорби утоляются. Сего ради радостно о Тебе вопием Богу: Аллилуиа.

Икос 12

Поюще Твоя милости и чудеса, Богородительнице, хвалим Тя вси, яко твердую Предстательницу нашу, и со умилением поклоняемся Тебе, молящейся о нас, и просим: воздвигни руце к Сыну Твоему, да в сей жизни и по смерти нашей милосердие Его неотступно будет о нас, взывающих Ти: Радуйся, непостыдное наше упование в житии и по преставлении нашем; Радуйся, уповающим на Тя мирен конец жития сего подающая. Радуйся, в день судный наша Надеждо и Защищение; Радуйся, Судии Праведнаго умоление. Радуйся, геенны вечныя избавление: Радуйся, Надеждо вечнаго спасения. Радуйся, ключу Царствия Христова; Радуйся, двере райская. Радуйся, мосте, к Небесем преводяй; Радуйся, всех кающихся грешников Прибежище и Благая Заступнице. Радуйся, Ангелов Радосте; Радуйся, всех праведных Славо и Утешение. Радуйся, Благодатная Богородице Дево, погибших Взыскание и всех скорбящих Радосте.

Кондак 13

О Всепетая Богообрадованная Мати, рождшая на радость Небу и земли Царя Христа, Бога нашего! Услыши глас скорбящих раб Твоих и, приемши сие малое моление наше, избави нас от всяких бед, скорбен и напастей, недуги наша исцели, клеветы потреби, всяку злобу и вражду отжени от нас и будущия изми муки о Тебе вопиющих: Аллилуиа.

(Этот кондак читается трижды, затем икос 1-й и кондак 1-й.)

АКАФИСТ ВСЕМОГУЩЕМУ ВОГУ В НАШЕСТВИИ ПЕЧАЛИ

Кондак 1

Возбранный Воеводо и Господи, радосте и веселие рабом Твоим, ид еже Ты, тамо потребляется всякая печаль, идеже несть Тебе, тамо всякая радость суетна. Призри на мя, грешнаго, погибающаго в беде сей, и явлением спасения Твоего посети мя, зовуща:

Господи мой, Господи, Радосте моя, даруй ми, да возрадуюся о милости Твоей.

Икос 1

Ангелов Творче и Господи Сил, спасения ради падшаго человека не возгнушался еси Девическаго чрева, последи же заплевания, поношения и поносную смерть претерпел еси, Слове Божий, Благ бо еси и Человеколюбец. Сие помышляя, дерзаю приступи™ к Тебе и со слезами молитися:

Господи мой, Господи, Милосердый Спасителю мой, спаси мя, погибающаго.

Господи мой, Господи, пришедый не праведныя спасти, но грешныя, избави мя от напасти сея.

Господи мой, Господи, недуги наша приемый и болезни понесый, исцели болезни сердца моего.

Господи мой, Господи, Крестом Твоим мир миру Твоему даровавый, ниспосли мир Твой смущенней души моей.

Господи мой, Господи, Своею смертию смерть упразднивый, упраздни яже на мя козни лукаваго.

Господи мой, Господи, Радосте моя, даруй ми, да возрадуюся о милости Твоей.

Кондак 2

Видевый многия образы человеколюбия Твоего, явленныя на бывших прежде мене грешницех, дерзнух и аз возвести к Тебе очи мои, живущему на небеси: помилуй мя, Господи, яко немощен есмь, избави мя горькия сея печали и сподоби радостию и веселием пети Тебе: Аллилуйя.

Икос 2

Разумную мя тварь сотворил еси, Создателю мой, аз же, окаянный, приложихся скотом несмысленным и уподобихся им, прогневах бо благость Твою, Спасе; сего ради праведно сею скорбию поразил мя еси; еже познах и каяйся к Тебе прибегох, сипе моляся:

Господи мой, Господи, сохранивый мя в юности моей, сохрани мя от врагов, нападающих на мя.

Господи мой, Господи, укрепление тела моего в старости моей, укрепи мя, духом и телом изнемогающаго.

Господи мой, Господи, Наставниче мой, настави мя на путь спасения.

Господи мой, Господи, Радосте моя, даруй ми, да возрадуюся о милости Твоей.

Кондак 3

Сильный во бранех, Господи, прииди в помощь изнемогающей души моей и буди ми Заступник от враг видимых и невидимых, яко отец мой и мати моя остависта мя, друзи мои и искренний мои далече от мене сташа. Но Ты, Отче сирых и Судие вдовиц, буди ми, безпомощному, Помощник, поющему Тебе: Аллилуйя.

Икос 3

Имеяй престол небо и подножие землю, Страшный, отъемлющий дух князем, не отрини мене, суща прах и пепел, но дерзающа к Тебе, Вездесущему и Всеведущему, сице глаголати:

Господи мой, Господи, воздвигни силу Твою и прииди во еже спасти мя от руки сильных и обидящих мя.

Господи мой, Господи, Его же вся боятся и трепещут, пощади мя, яко страх и трепет прииде на мя и покры мя тьма смертная грехов ради моих.

Господи мой, Господи, одеяйся светом яко ризою, просвети мя, омраченнаго печальми житейскими.

Господи мой, Господи, простирали небо, яко кожу, простри ми покров заступления Твоего.

Господи мой, Господи, мир Твой даруй смиренней души моей.

Господи мой, Господи, Радосте моя, даруй ми, да возрадуюся о милости Твоей.

Кондак 4

Бурею многомятежнаго сего жития потопляем, к Тебе руце мои простираю, Слове Божий: яко же Петра утопающаго спасл еси, тако и мне простри крепкую руку Твою и избави мя беды сея, да с радостию благодарным сердцем вопию Тебе: Аллилуйя.

Икос 4

Услышах, Господи, глас Твой пресладкий, якоже рекл еси: «Призови Мя в день скорби твоея, и изму тя, и прославиши Мя», – и из глубины отчаяния моего со дерзновением приступи™ к Тебе дерзаю, глаголя:

Господи мой, Господи, согреших на небо и пред Тобою, приими мя, якоже блуднаго сына приял еси.

Господи мой, Господи, мытаря паче фарисея оправдивый, не вниди в суд с рабом Твоим, яко не оправдится пред Тобою всяк живый.

Господи мой, Господи, мудрости Наставниче, настави мя, раба Твоего.

Господи мой, Господи, смысла Подателю, подаждь ми смысл, да возмогу избежати хитросплетения и лукаваго навета ненавидящих мя.

Господи мой, Господи, на смиренныя призираяй, виждь и скорбь мою, и труд мой, и яви ми милость Твою.

Господи мой, Господи, Радосте моя, даруй ми, да возрадуюся о милости Твоей.

Кондак 5

Боготочною Кровию возлюбленнаго Сына Твоего Иисуса Христа примирихся Тебе, Отче Небесный, но се паки, якоже пес на свою блевотину, ко греху возвратихся, сего ради праведно сею лютою бедою наказуеши мя. Но услыши мя, Господи Боже мой, в день печали сея, яви мне милость и спасение Твое и даждь ми в наказании присно взывати Тебе: Аллилуйя.

Икос 5

Видя пророк Давид пророка Нафана, обличающа его о содеянных им, прииде в чувство и исповеда грех свой и рече: «Согреших ко Господу, и услыша мя Господь, и отъят согрешения моя». Аз же, окаянный, паче онаго прегрешивый, плода покаяния отнюдь не стяжах; сего ради приидоша на мя злая сия. Но милостив буди ми, сипе молящуся:

Господи мой, Господи, укрепи мя силою свыше, да не паду под тяжестию скорби сея.

Господи мой, Господи, на Езекиины слезы милостивно воззревый, воззри оком благосердия Твоего и на излияние слез моих пред Тобою.

Господи мой, Господи, Манассиины воздыхания услышавый, услыши мое воздыхание сердечное.

Господи мой, Господи, в вышних живый и на смиренныя призираяй, призри на мя, грешнаго.

Господи мой, Господи, Радосте моя, даруй ми, да возрадуюся о милости Твоей.

Кондак 6

Проповедник покаяния, Предтеча Твой, Слове Божий, многократно вопиет к совести моей, да покаюся от злых дел моих; но аз, окаянный, небрегох о сем. Тем же постиже мя праведный гнев Твой, беды бо и скорби нападоша на мя, грешнаго; но Ты, Господи Боже, Спасителю мой, прежде даже не посетиши мя, даруй ми время, да плачуся злых моих и Тебе вопию: Аллилуйя.

Икос 6

Возсия в скорби моей утешительное слово Твое, Спасителю мой, еже рекл еси: «Просите и дастся вам». Абие избегнув тенет отчаяния, с надеждою на человеколюбие Твое прибегох к Тебе, тако моля ся:

Господи мой, Господи, Утешиние мое, утеши мя, в печали сущаго.

Господи мой, Господи, Заступниче мой, заступи мя от возстающих на мя.

Господи мой, Господи, Помоще моя, помози ми, яко изнеможе душа моя от скорби сея.

Господи мой, Господи, Памяте предвечная, даруй ми имети всегда в памяти благодеяния Твоя и никогдаже отчаятися милости Твоея.

Господи мой, Господи, Крепосте моя, укерепи мя без смущения просити от Тебе помощи Твоея.

Господи мой, Господи, Радосте моя, даруй ми, да возрадуюся о милости Твоей.

Кондак 7

Хотя и иногда злочестивый царь Навуходоносор погубити отроки, повеле, да ввержени будут в пещь огненную; но Ты, Отче Небесный, послал еси Ангела Твоего, да остудит пламень горящий. Поели и ныне, Господи, утешение Твое рабу Твоему и спаси мя ради милости Твоея. Аще бо и согреших, но не отступих от Тебе, и Тебе, Единому и Истинному Богу, покланяюся, поя: Аллилуйя.

Икос 7

Дивно прославился еси в фараоне и во всем воинстве его, Боже Израилев, призрел бо еси на озлобление людей Твоих, и вопль ихулышал еси. Услыши убо и мою молитву и спаси мя, сице к Тебе вопиющаго:

Господи мой, Господи, избавивый люди Твоя от руки врагов их, изми и мя из руки ненавидящих мя.

Господи мой, Господи, изведый избранныя Твоя от земли египетския, изведи от скорби сея душу мою.

Господи мой, Господи, сокрушивый брани, сокруши злыя наветы мыслящих злая мне.

Господи мой, Господи, избранныя и всадники потопивый в Чермнем мори, потопи множество неправд моих в мори милосердия Твоего.

Господи мой, Господи, Радосте моя, даруй ми, да возрадуюся о милости Твоей.

Кондак 8

Странна сотворих себе милости Твоея, Отче Небесный, злыми делы удалихся от Тебе и поработихся суетному миру сему. Темже и пожигаюся лютою скорбию, утопая в глубоких дебрех отчаяния; но Ты, яко Милосерд и Человеколюбец, приими мя, заблудшаго, и спаси мя от беды сея, Тебе вопиюща: Аллилуйя.

Икос 8

Весь осквернен нечистотою греховною, в бездне зол погружаем, к Тебе очи мои, живущему на небеси, возвожу; услыши плачевный вопль мой:

Господи мой, Господи, просветивый день светом солнечным, просвети душу мою, тьмою сует мира сего помраченную.

Господи мой, Господи, Преблагий Утешителю, исполни Божественнаго утешения грешную душу мою.

Господи мой, Господи, Его же словом небеса утвердишася, утверди мя во исповедании святаго имени Твоего.

Господи мой, Господи, на Херувимех носимый и певаемый от Серафим, приими от мене, грешнаго, приносимое Тебе моление.

Господи мой, Господи, Радосте моя, даруй ми, да возрадуюся о милости Твоей.

Кондак 9

Всякие милости Источниче и смысла Подателю, о Преблагий Утешителю, настави мя глаголати достойная пред Тобою; ум же мой, печалию мира сего смущаемый, и душу мою, помраченную страстьми, исполни Божественнаго Твоего утешения, да с веселием воспою Тебе: Аллилуйя.

Икос 9

Ветия многовещанныя не могут изглаголати множества благости Твоея и любве к роду человеческому, Сыне Божий; смирил бо еси Себе до рабия зрака. Не отрини убо и мене, без числа согрешающа, обаче со страхом предстояща пред Тобою и тако молящася:

Господи мой, Господи, Пастырю добрый, душу Твою положивый за овцы, избави мя, заблуждшее овча, от челюсти душетленнаго волка, зияющаго пожрети мя.

Господи мой, Господи, нас ради поруганный, и убиенный, и ко Кресту пригвожденный, тех ради страданий Твоих от поруганий видимых и невидимых врагов сохрани мя.

Господи мой, Господи, Безгрешный, со беззаконными вмененный, изми мя из рук ненавидящих мя.

Господи мой, Господи, Егоже язвами вси исцелехом, исцели уязвленное горестию сердце мое.

Господи мой, Господи, Радосте моя, даруй ми, да возрадуюся о милости Твоей.

Кондак 10

Спасти хотяй избраннаго Тобою Израиля от насилия египетскаго, воззвал еси Моисея, раба Твоего, из купины огнегорящия, и сия глаголал еси ему: «Видя вид ex озлобление людей Моих, иже во Египте, и вопль ихуслышах». Призри убо и ныне, Господи, на озлобление мое и исцели болезнь сердца моего, да благодарственно вопию Тебе: Аллилуйя.

Икос 10

Царю Небесный, Утешителю, Душе истины, яви милосердие мне, рабу Твоему, и погруженную в печаль душу мою посети и укрепи мя, тако Тебе молящася:

Господи мой, Господи, апостолы научивый вещати иными языки, научи мя страху Твоему.

Господи мой, Господи, мученики пред мучители дерзновения исполнивый, даруй ми дерзновенно стати противу греха, мира и диавола.

Господи мой, Господи, Святый Освятителю верных Твоих, освяти душу мою, да будет достойна нарещися домом Твоим.

Господи мой, Господи, Свете и света Подателю, просвети мя, тьмою скорби омраченнаго.

Господи мой, Господи, Сокровище благих, не лиши и мене даров благости Твоея.

Господи мой, Господи, Радосте моя, даруй ми, да возрадуюся о милости Твоей.

Кондак 11

Пение всеумиленное Тебе приносяща и сокрушенным сердцем Тебе молящася, не презри, о Преблагий Владыко; отврати убо лице Твое от грех моих, но не отврати лица Твоего от раба Твоего, яко скорблю, скоро услыши мя, поющая Тебе: Аллилуйя.

Икос 11

Свете истинный, Христе Боже, просвети омраченную страстьми душу мою светом благодати Твоей, да со благоговением молюся Тебе, сице глаголя:

Господи мой, Господи, не погуби мене, окаяннаго, не имуща исправления жизни, но дерзнувша стати пред Тобою.

Господи мой, Господи, Теплото Животворная, согрей мя, в скорби сей исчезающаго.

Господи мой, Господи, сияние славы Отчия, осияй мя светом заступления Твоего.

Господи мой, Господи, творяй Ангелы Своя духи и слуги Своя пламень огненный, поели Ангела Твоего, соблюдающа мя от всякаго зла.

Господи мой, Господи, Радосте моя, даруй ми, да возрадуюся о милости Твоей.

Кондак 12

Благости ради и любве к роду человеческому, Отче Небесный, послал еси Единородного Сына Твоего, Господа нашего Иисуса Христа, Иже на земли явися и с человеки поживе, последи же, Безгрешен Сый, со беззаконными вменися, и Своею Кровию обнови растленное грехом естество наше, и весь мир пети научи: Аллилуйя.

Икос 12

Поюще Твое неизреченное человеколюбие, Христе Боже, яко нашего ради спасения Крест и смерть претерпети изволил еси, исповедую и правосудие Твое, яко истиною и судом навел еси на мя скорбь сию, грех ради моих; но Ты, пришедый призвати не праведныя, но грешныя на покаяние, услыши мя, паче всех грешнейшаго, сице молящагося Тебе:

Господи мой, Господи, Агнче Божий, вземляй грехи мира, возьми от мене бремя тяжкое грехов моих.

Господи мой, Господи, яко Агнец безгласен, на заклание веденный, научи мя терпети находящая мне злая роптания.

Господи мой, Господи, Адамово рукописание раздравый, раздери рукописание безсчисленных грехов моих.

Господи мой, Господи, разбойничие покаяние приемый, приими и мое, грешнаго, покаяние.

Господи мой, Господи, мертвых воскресивый, воскреси душу мою, умерщвленную грехми.

Господи мой, Господи, падших Возстание, воздвигни и мя, падшаго.

Господи мой, Господи, Радосте моя, даруй ми, да возрадуюся о милости Твоей.

Кондак 13

О Премилосердый и Преблагий Господи Боже мой, Заступниче обидимых и безнадежных Надеяние, воззри оком благоутробия Твоего на озлобление и скорбь мою, и спаси мя ради милости Твоея, поюща Тебе: Аллилуйя.

(Этот кондак читается трижды. Затем икос 1-й и 1-й кондак.)

Молитва первая

Господи, спаси мя, погибающаго! Се, кораблец мой бедствует от искушения волн житейских и близ потопления есть; но Ты, яко Бог Милосердый и сострадательный немощем нашим, властию Твоею всесильно запрети волнению бедствий, хотящих погрузити мя и низвести во глубину зол; и да будет тишина, яко ветры и море послушают Тебе. Аминь.

Молитва вторая

Спаси мя, Спасе мой, по милости Твоей, не по делом моим. Ты хощеши мя спасти. Ты веси, имже образом спасти мя. Спаси убо мене, якоже хощеши, якоже можеши, якоже веси. Имиже веси судьбами, спаси мя. Аз на Тя, Господа моего, надеюся, и Твоей воли святой себе вручаю. Твори со мною, еже хощеши; аще хощеши мя имети во свете, буди благословен; аще хощеши мя имети во тьме, буди паки благословен. Аще отверзеши ми милосердия Твоего двери, добро убо и благо; аще затвориши ми двери милосердия Твоего, благословен еси, Господи, затворивый ми по правде. Аще не погубиши мя со беззаконьми моими, слава безмерному милосердию Твоему; аще погубиши мя со беззаконьми моими, слава праведному суду Твоему: якоже хощеши, устрой о мне вещь. Аминь.

Посмотрим, чем в напастях и гонениях укреплял и утешал себя св. царь Давид, который много претерпел злостраданий, – да и мы научимся в подобных случаях не унывать, но так же, как и он, укреплять себя в бедах и скорбях.

Господи, как умножились враги мои! Многие восстают на меня (Пс. 3, 2). Много было у св. царя Давида врагов и гонителей, так что недруги, считая его отверженным, говорили: нет ему спасения в Боге (ст. 3). Однако он не отчаивался и думал о своем положении по-другому: Но Ты, Господи, Заступник мой, слава моя, и Ты возносишь поникшую голову мою (ст. 4). Этими словами он показывает сердечную веру в Бога и великое к Нему дерзновение, так как и далее прибавляет: Не убоюсь тысяч людей, со всех сторон нападающих на меня (ст. 7). Бог не отринул его, но, наоборот, защищает. А кого Бог защищает, того и многие тысячи врагов победить не могут, поскольку Бог несравненно сильнее всякой твари, пред Ним все трепещет и Его всемогущей силе все повинуется.

Таким образом, мы видим, что плотские люди неправильно рассуждают о судьбах Божиих, думая, что те, кто находится по Божиему попущению в напасти или гонении, непременно оставлены или отвержены Богом: Бог оставил его (Пс. 80, 11); Где Бог твой? (Пс. 41, 11). Святое Писание учит нас противоположному: Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает (Евр. 12, 6).

Поэтому мы не должны смущаться, но в напастях и гонениях прибегать только к Богу, ибо в этом заключается свойство веры: Бога иметь своим Заступником, у Него просить помощи и защиты, помня, что Он Сам попускает нам напасти и что только Он один и может от них избавить или облегчить нашу скорбь.

Имеющий истинную и усердную веру обращается к Богу как к Отцу, говорит Еосподу: «Прибежище мое и защита моя, Бог мой, на Которого я уповаю!» (Пс. 90, 3). Так сын обращается к отцу: «отец мой»; так верный раб обращается к господину своему: «господин мой». Если обращаемся так к Богу, то этим показываем, что мы Его сердечно любим, готовы оказывать Ему усердное послушание, слушать и исполнять слово Его святое. Если же не будем творить волю Божию, то услышим: Что вы зовете Меня: «Господи! Господи!» – и не делаете того, что Я говорю (Лк. 6, 46)?

В заключение 3-го псалма св. Пророк говорит: Ты, Господи, даруешь спасение, и на людях Твоих благословение Твое (ст. 9), т. е. спасает нас только Господь и в сей временной жизни, и в вечной. Спасает уповающих на Него во время брани, моровой язвы, на море от потопления, во время голода, от наветов и ухищрений врагов, спасает везде и всюду. Устремлен взор Господень на боящихся Его, уповающих на милость Его, что Он душу их спасет от смерти и во время голода пропитает их (Пс. 32, 19). Хотя нечестивые и свирепеют, и возносятся, но в конце концов погибают и телом, и душою; но от Господа спасение праведникам, Он – защита их во время скорби; и поможет им Господь, и избавит их; избавит их от нечестивых и спасет их, ибо они на Него уповают (Пс. 36, 39).

Люди Божий – это те, кто почитает Бога истинной верой, страхом, любовью и послушанием, т. е. истинные христиане, благочестно живущие и всем сердцем ищущие Бога. На таковых пребывает благословение Божие как во временной жизни, так и в вечной.

Будем же подвизаться и стараться быть Божиими людьми, чтобы и на нас снизошло благословение Божие. Аминь.

(Размышления святителя Тихона Задонского на стихи 3-го псалма.)

СЛАВА БОГУ ЗА ВСЕ

Акафист благодарственный

Кондак 1

Нетленный Царю веков, содержащий в деснице Своей все пути жизни человеческой силою спасительного Промысла Твоего: благодарим Тя за все ведомые и сокровенные благодеяния Твоя, за земную жизнь и за небесные радости Царства Твоего будущего. Простирай нам и впредь Твои милости, поющим: Слава Тебе, Боже, во веки.

Икос 1

Слабым беспомощным ребенком родился я в мир, но Твой Ангел простер светлые крылья, охраняя мою колыбель. С тех пор любовь Твоя сияет на всех путях моих, чудно руководя меня к свету вечности. Славно щедрые дары Твоего Промысла явлены с первого дня и доныне. Благодарю и взываю со всеми, познавшими Тя:

Слава Тебе, призвавшему меня к жизни;

Слава Тебе, явившему мне красоту вселенной.

Слава Тебе, раскрывшему предо мною небо и землю как вечную книгу мудрости;

Слава Твоей вечности среди мира временного.

Слава Тебе за тайные и явные милости Твои;

Слава Тебе за каждый вздох грусти моей.

Слава Тебе за каждый шаг жизни, за каждое мгновение радости;

Слава Тебе, Боже, во веки.

Кондак 2

Господи, как хорошо гостить у Тебя: благоухающий ветер, горы, простертые в небо, воды, как беспредельные зеркала, отражающие золото лучей и легкость облаков. Вся природа таинственно шепчется, вся полна ласки, и птицы и звери носят печать Твоей любви. Благословенна мать-земля с ее скоротекущей красотой, пробуждающей тоску по вечной отчизне, где в нетленной красоте звучит: Аллилуйя!

Икос 2

Ты ввел меня в эту жизнь, как в чарующий рай. Мы увидели небо, как глубокую синюю чашу, в лазури которой звенят птицы, мы услышали умиротворяющий шум леса и сладкозвучную музыку вод, мы ели благоуханные и сладкие плоды и душистый мед. Хорошо у Тебя на земле, радостно у Тебя в гостях.

Слава Тебе за праздник жизни;

Слава Тебе за благоухание ландышей и роз.

Слава Тебе за сладостное разнообразие ягод и плодов;

Слава Тебе за алмазное сияние утренней росы.

Слава Тебе за улыбку светлого пробуждения;

Слава Тебе за земную жизнь, предвестницу небесной.

Слава Тебе, Боже, во веки.

Кондак 3

Силою Духа Святого обоняет каждый цветок, тихое веяние аромата, нежность окраски, красота Великого в малом. Хвала и честь животворящему Богу, простирающему луга, как цветущий ковер, венчающему поля золотом колосьев и лазурью васильков, а души – радостью созерцания. Веселитесь и пойте Ему: Аллилуйя!

Икос 3

Как Ты прекрасен в торжестве весны, когда воскресает вся тварь и на тысячи ладов радостно взывает к Тебе: Ты источник жизни, Ты победитель смерти. При свете месяца и песне соловья стоят долины и леса в своих белоснежных подвенечных уборах. Вся земля – невеста Твоя, она ждет Нетленного Жениха. Если Ты траву так одеваешь, то как же нас преобразишь в будущий век воскресения, как просветятся наши тела, как засияют наши души!

Слава Тебе, изведшему из темноты земли разнообразные краски, вкус и аромат;

Слава Тебе за радушие и ласку всей природы.

Слава Тебе за то, что Ты окружил нас тысячами Твоих созданий;

Слава Тебе за глубину Твоего разума, отпечатленного во всем мире.

Слава Тебе, благоговейно целую следы Твоей незримой стопы;

Слава Тебе, зажегшему впереди яркий свет вечной жизни.

Слава Тебе за надежду бессмертной идеальной нетленной красоты;

Слава Тебе, Боже, во веки.

Кондак 4

Как ты услаждаешь думающих о Тебе, как животворно святое Слово Твое, мягче елея и сладостнее сот беседа с Тобой. Окрыляет и живит молитва к Тебе; каким трепетом наполняется сердце и как величава и разумна становится тогда природа и вся жизнь! Где нет Тебя – там пустота. Где Ты – там богатство души, там живым потоком изливается песнь: Аллилуйя!

Икос 4

Когда на землю сходит закат, когда воцаряется покой ночного сна и тишина угасающего дня, я вижу Твой чертог под образом сияющих палат и облачных сеней зари. Огонь и пурпур, золото и лазурь пророчески говорят о неизреченной красоте Твоих селений, торжественно зовут: пойдем к Отцу!

Слава Тебе в тихий час вечера;

Слава Тебе, излившему миру великий покой.

Слава Тебе за прощальный луч заходящего солнца;

Слава Тебе за отдых благодатного сна.

Слава Тебе за Твою благость во мраке, когда далек весь мир;

Слава Тебе за умиленные молитвы растроганной души.

Слава Тебе за обещанное пробуждение к радости вечного невечернего дня;

Слава Тебе, Боже, во веки.

Кондак 5

Не страшны бури житейские тому, у кого в сердце сияет светильник Твоего огня. Кругом непогода и тьма, ужас и завывание ветра. А в душе у него тишина и свет: там Христос! И сердце поет: Аллилуйя!

Икос 5

Я вижу небо Твое, сияющее звездами. О, как Ты богат, сколько у Тебя света! Лучами далеких светил смотрит на меня вечность, я так мал и ничтожен, но со мною Господь, Его любящая десница всюду хранит меня.

Слава Тебе за непрестанные заботы обо мне;

Слава Тебе за промыслительные встречи с людьми.

Слава Тебе за любовь родных, за преданность друзей;

Слава Тебе за кротость животных, служащих мне.

Слава Тебе за светлые минуты моей жизни;

Слава Тебе за ясные радости сердца.

Слава Тебе за счастье жить, двигаться и созерцать;

Слава Тебе, Боже, во веки.

Кондак 6

Как Ты велик и близок в мощном движении грозы, как видна Твоя могучая рука в изгибах ослепительных молний, дивно величие Твое. Глас Господень над полями и в шуме лесов, глас Господень в рождестве громов и дождей, глас Господень над водами многими. Хвала Тебе в грохоте огнедышащих гор. Ты сотрясаешь землю, как одежду. Ты вздымаешь до неба волны морские. Хвала смиряющему человеческую гордыню, исторгающему покаянный вопль: Аллилуйя!

Икос 6

Как молния, когда осветит чертоги пира, то после нее жалкими кажутся огни светильников – так Ты внезапно блистал в душе моей во время самых сильных радостей жизни. И после молниеносного света Твоего какими бесцветными, темными, призрачными казались они. Душа гналась за Тобою.

Слава Тебе, край и предел высочайшей человеческой мечты;

Слава Тебе за нашу неутолимую жажду Богообщения.

Слава Тебе, вдохнувшему в нас неудовлетворенность земным;

Слава Тебе, облекшему нас тончайшими лучами Твоими.

Слава Тебе, сокрушившему власть духов тьмы, обрекшему на уничтожение всякое зло;

Слава Тебе за откровения Твои, за счастье чувствовать Тебя и жить с Тобою.

Слава Тебе, Боже, во веки.

Кондак 7

В дивном сочетании звуков слышится зов Твой. Ты открываешь нам преддверия грядущего рая и мелодичность пения в гармоничных тонах, в высоте музыкальных красок, в блеске художественного творчества. Все истинно прекрасное могучим призывом уносит душу к Тебе, заставляет восторженно петь: Аллилуйя!

Икос 7

Наитием Святого Духа Ты озаряешь мысль художников, поэтов, гениев науки. Силой сверхсознания они пророчески постигают законы Твои, раскрывая нам бездну творческой премудрости Твоей. Их дела невольно говорят о Тебе: о, как Ты велик в Своих созданиях, о, как Ты велик в человеке.

Слава Тебе, явившему непостижимую силу в законах вселенной;

Слава Тебе, вся природа полна законов Твоего бытия.

Слава Тебе за все открытое нам по благости Твоей; Слава Тебе за то, что Ты сокрыл по мудрости Твоей. Слава Тебе за гениальность человеческого ума; Слава Тебе за животворящую силу труда. Слава Тебе за огненные языки вдохновения; Слава Тебе, Боже, во веки.

Кондак 8

Как близок Ты во дни болезни. Ты Сам посещаешь больных, Ты Сам склоняешься у страдальческого ложа, и сердце беседует с Тобой. Ты миром озаряешь душу во время тяжких скорбей и страданий. Ты посылаешь нежданную помощь. Ты утешаешь, Ты любовь испытующая и спасающая, Тебе поем песнь: Аллилуйя!

Икос 8

Когда я в детстве первый раз сознательно призвал Тебя, Ты исполнил мою молитву, и душу осенил благоговейный покой. Тогда я понял, что Ты – благ и блаженны прибегающие к Тебе. Я стал призывать Тебя снова и снова, и ныне зову:

Слава Тебе, исполняющему во благих желания мои;

Слава Тебе, бодрствующему надо мной день и ночь.

Слава Тебе, врачующему скорби и утраты целительным течением времени;

Слава Тебе, с Тобою нет безнадежных потерь, Ты даруешь всем вечную жизнь.

Слава Тебе, Ты одарил бессмертием все доброе и высокое, Ты обещал желаемую встречу с умершими;

Слава Тебе, Боже, во веки.

Кондак 9

Отчего вся природа улыбается во дни праздников? Отчего тогда в сердце разливается дивная легкость, ни с чем земным не сравнимая, и самый воздух алтаря и храма становится светоносным? Это веяние благодати Твоей, это отблеск Фаворского света; тогда и небо и земля хвалебно поют: Аллилуйя!

Икос 9

Когда Ты вдохновлял меня служить ближним, а душу озарял смирением, то один из бесчисленных лучей Твоих падал на мое сердце, и оно становилось светоносным, как железо в огне. Я видел Твой таинственный, неуловимый Лик.

Слава Тебе, преобразившему нашу жизнь делами добра;

Слава Тебе, запечатлевшему несказанную сладость в каждой заповеди Твоей.

Слава Тебе, явно пребывающему там, где благоухает милосердие;

Слава Тебе, посылающему нам неудачи и скорби, дабы мы были чуткими к страданиям других.

Слава Тебе, положившему великую награду в самоценности добра;

Слава Тебе, приемлющему высокий порыв.

Слава Тебе, возвысившему любовь превыше всего земного и небесного;

Слава Тебе, Боже, во веки.

Кондак 10

Разбитое в прах нельзя восстановить, но Ты восстанавливаешь тех, у кого истлела совесть, Ты возвращаешь прежнюю красоту душам, безнадежно потерявшим ее. С Тобой нет непоправимого. Ты весь любовь. Ты – Творец и Восстановитель. Тебя хвалим песнью: Аллилуйя!

Икос 10

Боже мой, ведый отпадение гордого ангела Денницы, спаси меня силою благодати, не даруй мне отпасть от Тебя, не дай усомниться в Тебе. Обостри слух мой, дабы во все минуты жизни я слышал Твой таинственный голос и взывал к Тебе, вездесущему:

Слава Тебе за промыслительное стечение обстоятельств;

Слава Тебе за благодатные предчувствия.

Слава Тебе за указание тайного голоса;

Слава Тебе за откровения во сне и наяву.

Слава Тебе, разрушающему наши бесполезные замыслы;

Слава Тебе, страданиями отрезвляющему нас от угара страстей.

Слава Тебе, спасительно смиряющему гордыню сердца;

Слава Тебе, Боже, во веки.

Кондак 11

Через ледяную цепь веков я чувствую тепло Твоего Божественного дыхания, слышу струящуюся кровь. Ты уже близок, часть времени рассеялась. Я вижу Твой Крест – он ради меня. Мой дух в прахе пред Крестом: здесь торжество любви и спасения, здесь не умолкает во веки хвала: Аллилуйя!

Икос 11

Блажен, кто вкусит вечерю во Царствии Твоем но Ты уже на земле приобщил меня этого блаженства. Сколько раз Ты простирал мне Божественной десницей Тело и Кровь Твои, и я, многогрешный, принимал эту святыню и чувствовал Твою любовь, несказанную, сверхъестественную.

Слава Тебе за непостижимую живительную силу благодати;

Слава Тебе, воздвигшему Церковь Твою как тихое пристанище измученному миру.

Слава Тебе, возрождающему нас животворящими водами Крещения;

Слава Тебе, Ты возвращаешь кающимся чистоту непорочных лилий.

Слава Тебе, неиссякаемая бездна прощения;

Слава Тебе за чашу жизни, за хлеб вечной радости.

Слава Тебе, возведшему нас на небо;

Слава Тебе, Боже, во веки.

Кондак 12

Я видел много раз отражение славы Твоей на лицах умерших. Какой неземной красотой и радостью светились они, как воздушны, нематериальны были их черты, это было торжество достигнутого счастья, покоя; молчанием они звали к Тебе. В час кончины моей просвети и мою душу, зовущую: Аллилуйя!

Икос 12

Что моя хвала пред Тобой! Я не слыхал пения Херувимов, это удел высоких душ, но я знаю, как хвалит Тебя природа. Я созерцал зимой, как в лунном безмолвьи вся земля тихо молилась Тебе, облеченная в белую ризу, сияя алмазами снега. Я видел, как радовалось о Тебе восходящее солнце и хоры птиц гремели славу. Я слышал, как таинственно о Тебе шумит лес, поют ветры, журчат воды, как проповедуют о Тебе хоры светил своим стройным движением в бесконечном пространстве. Что моя хвала! Природа послушна, а я – нет. Пока живу, я вижу любовь Твою, хочу благодарить, молиться и взывать:

Слава Тебе, показавшему нам свет;

Слава Тебе, возлюбившему нас любовью глубокой, неизмеримой, Божественной.

Слава Тебе, осеняющему нас светом, сонмами ангелов и святых;

Слава Тебе, Всесвятый Отче, заповедавший нам Твое Царство.

Слава Тебе, Искупителю Сыне, открывший нам путь к спасению;

Слава Тебе, Душе Святый, Животрящее Солнце будущего века.

Слава Тебе за все, о Троице Божественная, Всеблагая;

Слава Тебе, Боже, во веки.

Кондак 13

О Всеблагая и Животворящая Троице, прими благодарение за вся милости Твоя и яви нас достойными Твоих благодеяний, дабы, умножив вверенные нам таланты, мы вошли в вечную радость Господа своего с победной хвалой: Аллилуйя. Аллилуйя. Аллилуйя!

(Этот кондак читается трижды, затем икос 1-й и кондак 1-й.)

Примечания

1

Из книги Святителя Луки «Избранные творения».

Вернуться

2

Из книги схиархимандрита Иоанна (Маслова) «Святитель Тихон Задонский».

Вернуться

3

Из книги «Тайна души человеческой».

Вернуться

4

Из книги «Преподобный старец Силуан Афонский».

Вернуться

5

Из книги архимандрита Фотия (Спасского) «Одиннадцать бесед о страстях».

Вернуться

6

Из книги «Лествица».

Вернуться

7

В новогреческом переводе 1693 г. объяснено: то есть когда поются часы первый, третий и шестой.

Вернуться

8

Но только, если он неослабно к Божественному деланию нудится.

Вернуться

9

Из сборника «Утешение скорбящим».

Вернуться

10

Из книги «Семена сатаны и любовь Христова».

Вернуться

11

Из сборника «Невидимая брань».

Вернуться

12

Из сборника «Повседневное исповедание грехов с кратким толкованием».

Вернуться

13

Из книги «Молитва Великого поста.

Вернуться

14

Из книги «Духовное пробуждение», II т.

Вернуться

15

Преподобный Арсений Великий (354–447) происходил из Рима. Был велик мудростью и добродетелью. Получив имя «отца царей», поскольку император Феодосии поручил ему воспитание двух своих детей. В 394 году после божественного откровения он оставил мир и удалился в египетскую пустыню. Несмотря на прежнюю жизнь во дворцах, святой Арсений проходил свой монашеский подвиг с великой строгостью и самоотвержением.

Вернуться

16

Из книги: Н.Е. Пестов. «Основы православной веры».

Вернуться

17

Из книги «Я вглядываюсь в жизнь».

Вернуться

18

Из сборника «Как научиться терпеть недостатки ближних».

Вернуться

19

Из книги «Молитвослов и Псалтирь».

Вернуться

20

Из книги «Душеполезные поучения».

Вернуться

21

Из сборника «В помощь готовящемуся к исповеди».

Вернуться

22

Из книги «Слова подвижнические».

Вернуться

23

Из книги Исаака Сирина «Слова подвижнические».

Вернуться

24

Из книги Исаака Сирина «Слова подвижнические».

Вернуться

25

Из книги «Божий виноградник».

Вернуться

26

Из книги Орловой О.В. «Крестный путь Иоанна Златоуста».

Вернуться

27

Из книги «Созерцание и размышление».

Вернуться

28

Из книги «Собрание писем Оптинского старца иеросхимонаха Амвросия».

Вернуться

29

Из сборника «Письма Оптинских старцев».

Вернуться

30

Из книги «Собрание писем».

Вернуться

31

Скудельник – гончар-горшечник.

Вернуться

32

Из книги «Нам оставлено покаяние».

Вернуться

33

Из книги «Последнее оружие».

Вернуться