«Блудный сын»

Так я ничьим рабом не быть старался,

Что в плен попал в земле глухонемых,

И привкус поролоновый остался

В твоих, о жизнь моя, стихах переводных.

Мне в уши ноют голоса чужие,

И не видать лица ни одного,

И я привык – теплы бока свиные,

И жаль рожков, и рабства моего.

Прошло ли двадцать лет? вчера? сегодня? –

С Тобой, лицом к лицу, стоял я зло,

И из передней, как из преисподней,

Угарной вольностью несло.

Был май лихой, и пьяный и зелёный,

И Ты в дорогу мне конвертов передал,

Но я тогда не верил в почтальонов

И стиль эпистолярный презирал.

А здесь …хватает мне труда дневного,

Чтоб по навозу вилами писать,

И не припомнить мне ни улицы, ни дома,

И нет слюны, чтоб марку облизать.

Всё так, как есть; лишь иногда, ночами,

В воды стекло стоялое гляжусь,

И сединой, и горем, и глазами

Я на Тебя похожим становлюсь.